Чтение онлайн

— Ничего, ради тебя я постараюсь выдержать испытание, но если допечёт, дам отпор.

Извини, она всё же твоя тётя, но я думаю, что всё будет хорошо. Так что не переживай и вперёд! — успокоила Виктора Елена. Он внимательно посмотрел на неё, взял руку, поцеловал:

— Спасибо, родная. Нам осталось немного, скоро приедем, сейчас поворот и мы почти у цели. Иришка, как ты? Устала, солнышко? Всё перечитала? Смотри, мы подъезжаем. Это родина моих предков, я разыскал по рассказам тётки и по документам

Купили дом из дуба, перебрали всё, отремонтировали, подвели газ, воду. Дом конечно уже не их, но очевидно, что

он был приблизительно такой же. Так что прошу в наш дом, я очень рад, что вы здесь. А вот и моя тётя, Ядвига Владимировна, прошу любить и жаловать.-

На крыльце стояла высокая сухопарая женщина в брюках и вязаной кофте, волосы заправлены под тоже вязаный беретик. Она внимательно смотрела на подъехавшую машину, пытаясь рассмотреть сидящих в ней. Виктор вышел и сразу подошёл к тёте:

— Привет, вот мы и приехали, встречай гостей тётушка, корми нас, мы голодные. Это Елена, не обижай её — представил Виктор вышедшую из машины Елену. Елена, чувствуя на себе изучающий взгляд старухи, подошла ближе к крыльцу:

— Здравствуйте, Ядвига Владимировна, я рада познакомится с Вами. Вы извините нас, что мы без приглашения приехали к Вам.
–

— Проходите, пожалуйста, в дом, я рада вашему приезду. А где Ваша дочка? Как Вы доехали, всё хорошо? — с деланной вежливостью спросила тётя.

— Всё хорошо, Виктор домчал нас очень быстро, а Иришка в машине, пусть немного остынет, здесь ветер — тоже с холодной вежливостью ответила Елена, ей не нравился этот упорный взгляд новой родственницы.

А Виктор в это время достал из багажника сумки и с ними направился в дом.

Неожиданно его тётя бросилась за ним, на её лице мелькнул страх. Она быстро скрылась в доме, оставив Елену в полной растерянности.

Вдруг из дома раздались крики Виктора:

— Что захотела побольнее ударить? Выбрала момент, да? Только не говори, что забыла, всё равно не поверю. Как ты могла?
–

Елена с испугом слушала эти крики Виктора, он никогда вообще не кричал, а сейчас в его голосе смешались и ярость, и боль. Растерявшись Елена решила выяснить, что же сделала эта старая карга и почему такой крик. Она поднялась на ступени и тут из дома выбежал Виктор. Он не замечал Елену, на его лице было такое отчаяние, такая боль, что Елена просто застыла. Виктор пробежал мимо и скрылся за домом. Ничего не понимая Елена зашла в коридор, в котором было три двери. Одна из них была чуточку открыта и из-за неё слышались невнятные звуки. Елена открыла дверь и оказалась в большой комнате с двумя окнами. Между окнами стоял большой комод с зеркалом, а на комод склонилась тётя Виктора и горько плача бормотала:

— Я не хотела, я просто забыла, забыла. Витенька, прости. О Господи, что я наделала!
–

Елена подошла к ней:

— Что случилось? Что Вы сделали?
–

Женщина вся в слезах повернулась к Елене, в руках у неё была фотография, продолжая рыдать она сказала:

— Леночка, я не хотела, я всегда снимала их, а сегодня не заходила сюда и вот забыла снять. Он меня не простит, я сделала ему так больно. Что же мне сделать, чтобы он поверил?
–

Ничего не понимая Елена взяла из рук тёти фотографию, ещё три в таких же рамках висели по обе стороны зеркала. На фотографии в руках Елены был снимок женщины и девочки.

Они лежали на лугу в венках из цветов, старшая показывала кончик языка, а девочка смеялась. Обе были рыжие, такие весёлые и очень счастливые. Елена перевела взгляд на другие снимки. На втором снимке была одна девочка, она с удивлением смотрела в объектив, а в руке у неё была ромашка, на которой сидела бабочка.

Фотограф очень точно выбрал момент, чтобы передать изумление этой девочки перед красотой бабочки и страх, что та сейчас улетит.

На двух других была семья, на одной было море и мужчина держал на обеих руках этих двух рыжеволосых, на другой — все трое сидели на ступеньках крыльца. Впереди девочка, за ней женщина и наконец мужчина. Елена вглядывалась в фотографии и ничего не могла понять, что же так взволновало Виктора.

Потом до неё дошло, что это же Виктор со своими двумя " солнышками", Виктор. В этом красивом мужчине с длинными волосами, с накаченной, спортивной фигурой, с счастливой улыбкой на лице с трудом можно было узнать теперешнего такого худого, седого, с шрамом на лице Виктора. Но это был он, теперь Елена узнавала его черты лица: глаза, нос, губы.

— Это Света и Таня? — тихо спросила у тёти.

Та ещё продолжая всхлипывать кивнула и начала снимать фотографии со стены. Елена остановила её:

— Подождите, не снимайте, я думаю, что он сейчас вернётся. Он очень соскучился по ним, ведь он их не видел так давно. Просто, это был для него шок. У меня к Вам просьба, посмотрите, пожалуйста, за Иришкой, чтобы она никуда не влезла из любопытства.-

Женщина ещё всхлипывая, закивала головой:

— Знаете, Леночка, я так рада, что Вы приехали с Витей и свою девочку привезли, для меня это такой подарок. Я уже иду, найду Витю и помирюсь с ним, а то мне так больно за свою оплошность. А за Иру не волнуйтесь, я посмотрю за ней — и с этими словами быстро вышла из комнаты.

Елена сняла фотографию, где они втроём сидели на крыльце. Это был вечер, солнце освещало лица красным светом и столько спокойствия и счастья было в этом снимке, что у Елены покатились слёзы.

— Ну как, неплохая витрина была? — раздался глуховатый голос Виктора позади. Елена обернулась. Он стоял за её спиной и жадно смотрел на фото.

— Какая витрина, о чём ты? — не поняла Елена.

Виктор махнул рукой перед своим лицом.

— Мне самому не верится, что это я, прямо Алон Делон! Ты извини меня за этот концерт, не сдержался. Просто зашёл в комнату с сумками, поднял голову, а они смотрят на меня. Знаешь, я ведь уже стал забывать их лица. Иногда ночью проснусь и вспоминаю, вспоминаю, а всё как-то расплывается, неясно. Уже прошло восемь лет с того времени, целых восемь лет.-

— Это мы приехали к тётке после Турции, всё так было хорошо, погода, природа и мои девочки. Тётка сняла нас на крыльце в последний вечер перед возвращением в Москву.-

Виктор держал фотографию в руках и смотрел, смотрел то на одну, то на другую свою девочку. Елена с тревогой наблюдала за ним, боясь повторения припадка. Но всё было нормально, он положил снимок на комод.

Постоял, вздохнул, подумал, обнял Елену за плечи:

— Ладно, пошли к Иришке, а то она там с тёткой одна. Ты не возражаешь, если эти две фотографии будут висеть, а две уберу. Иришке незачем смотреть, каким я был до аварии. Хорошо?
–