Чтение онлайн

— Это террорист! Вот такие как он, устраивают нам взрывы в метро.

Никто не заметил, как полковник легко достал из другого кармана Виноградова удостоверение сотрудника ФСБ. Паспорт на чеченскую фамилию для Димы Виноградова уже был давно приготовлен. Он лежал в кармане Мамонтова, там же, куда он положил изъятый документ. Вокруг собрались люди. Многие ругали лежавшего на холодном полу человека. Одна тетка, в большом пуховом платке, подойдя ближе, плюнула на труп, погрозив ему кулаком. А Дима Виноградов лежал, широко раскинув руки, словно собираясь защитить эту землю, и этот аэропорт, и все человечество от мамонтовых.

Дронго не стал подходить ближе. На сердце у него была боль, такая дикая, режущая боль какой у него никогда прежде не бывало. Он еще раз холодно посмотрел на Мамонтова, словно стараясь запомнить его лицо. Вокруг суетились сотрудники милиции, люди в штатском, снова кричали женщины. Дронго медленно повернулся, чтобы выйти из здания аэровокзала. И в этот момент грохнул взрыв.

Взрыв был такой неожиданный и такой сильный, что Дронго покачнулся. «Не успел», — горько подумал он. Поднялся страшный гвалт. Кричали взрослые, плакали дети. Кое-где еще осыпались битые стекла. Милиционеры, бросив заниматься убитым, побежали на летное поле. Люди Мамонтова, быстро подхватив тело погибшего, понесли его к стоявшей у подъезда машине-фургону.

На поле, рядом с готовым к взлету самолетом, произошел взрыв бензовоза. Сила взрыва была настолько велика, что повредила не только стоявший рядом самолет, но и два других. Несколько человек погибло, многие получили ранения. Только задержка посадки спасла пассажиров самолета, который сейчас горел. К счастью, он был пустой.

Дронго понял, что все было продумано до мелочей. Они специально вызвали Виноградова, устроили стрельбу, а затем произвели взрыв, подтверждающий их правоту. Теперь события в сознании большинства людей поменяются местами. Сначала был взрыв, а потом нашли и застрелили террориста. Уже завтра все газеты напишут о доблестных действиях сотрудников правоохранительных органов. Правда, при этом никто не заметит, что Дима Виноградов меньше всего похож на чеченца. Снова будут писать о кровожадных чеченцах, жаждущих крови младенцев.

Но все это его уже не интересовало. Он был теперь как заряженное ружье. И следил только за одним человеком. За полковником Мамонтовым. Тот, распорядившись унести тело, спокойно достал сигареты и закурил. Что-то сказал подбежавшему сотруднику, очевидно, приказав тому определить последствия взрыва.

«Он все еще медлит, не уходит. Значит, надеется обнаружить и меня, — понял Дронго. — Сукин сын. Сейчас я тебе покажу, как устраивать такие паскудные номера. Сейчас ты у меня немножко побегаешь». Он повернулся и поспешил к справочному бюро. Через минуту раздался голос дежурной по вокзалу:

— Мальчик по фамилии Мамонтов! Твой дядя ждет тебя у стойки номер двенадцать! Повторяю. Мальчик, чья фамилия Мамонтов, твой дядя ждет тебя у стойки двенадцать.

Мамонтов бросил сигарету, повернулся и осмотрелся. Он понял, кто именно мог передать подобное сообщение. Резким, нервным жестом подозвал одного из своих людей, приказав проверить все в справочной аэровокзала. И снова осмотрел зал. Теперь он знал, что здесь находится его личный враг.

Дронго следил за ним сверху, со второго этажа. Он видел, как вздрогнул полковник, как выбросил сигарету. Он не знал имени полковника и поэтому дал именно такое объявление. Мамонтов, осмотревшись, поправил пистолет и медленно пошел по залу, заглядывая каждому

встречному в глаза. Дронго хладнокровно следил за ним. В аэропорту была общая паника. После взрыва многие начали собирать вещи, чтобы вернуться в город, опасаясь повторения случившегося. Суетились сотрудники милиции. Скоро подъехали военные.

Мамонтов медленно шел, приглядываясь к людям. Он специально шел один, понимая, что вызов брошен лично ему. Это не было бравадой. Это была холодная ярость ненависти. Он искал Дронго. Того самого суперпрофессионала, который не должен был уйти из аэропорта живым.

Дойдя до лестницы, он стал подниматься на второй этаж. Там были многочисленные ларьки и павильоны, поставленные здесь в последние годы. Мамонтов решительно двинулся туда, отметив, как двое его сотрудников патрулируют зал внизу. Дронго был прав в своих рассуждениях, их было не так много в аэропорту. Мамонтов не мог брать на эту операцию сотрудников других отделов и групп. Иначе все пришлось бы им объяснять. В том числе, почему он застрелил не имеющего оружия старшего лейтенанта Виноградова и забрал у него из кармана какие-то документы.

Всего в аэропорту их было восемь человек. Двое сейчас были рядом с телом Виноградова. Один на летном поле. И еще четверо в здании аэровокзала, проверяли пассажиров, обходя залы. Дронго быстро спустился по противоположной от Мамонтова лестнице. Он обратил внимание, что в кармане пиджака у полковника переговорное устройство. Точно такое же устройство было у сотрудника, которого он отправил на летное поле.

Дронго вышел из здания аэровокзала и поспешил к зданию, в котором находилась депутатская. Кивнул дежурному, уже знавшему его в лицо:

— Я за своим чемоданом. Наверное, мне лучше сегодня никуда не лететь. Там такой взрыв!

— Да, — согласился напуганный дежурный, — это все чеченцы вытворяют.

Дронго вышел на поле. Взрыв произошел недалеко от здания аэровокзала. Быстрым шагом пошел к развороченному самолету, где работали пожарные, кричали сотрудники аэропорта, пытались навести относительный порядок офицеры милиции. Никто не обращал на него внимания.

Дронго заметил сотрудника Мамонтова. Подошел вплотную к нему.

— Добрый день, — сказал он, и дуло пистолета больно ткнулось в бок офицера. — Спокойно.

— Что вам нужно? — спросил сотрудник Мамонтова.

— Идемте, вернемся в здание, — предложил Дронго, — только без глупостей. Я застрелю вас сразу, как только вы попытаетесь открыть рот. Я друг убитого вами офицера ФСБ.

— Он разве был офицером ФСБ? — удивился сотрудник, благоразумно не оказавший сопротивления.

— Был, — подтвердил Дронго, — вот именно, был. — Он ловко левой рукой достал оружие у сотрудника Мамонтова и толкнул его в сторону аэровокзала.

Они пошли по полю. Дронго внимательно смотрел по сторонам. Пока все было в порядке. Главное, успеть дойти вовремя.

— Не туда, — показал он своему пленному, повернувшему к основному зданию, — в другую сторону, где вход в зал официальных делегаций.

Они вошли в здание, прошли мимо дежурного.

— В туалет, — показал Дронго, — только быстрее. Он рассчитывал, что там не должно быть много людей. Ведь это не туалеты основного здания. Дронго опять подтолкнул пленника.

— Что вы сказали насчет офицера? — еще раз спросил сотрудник Мамонтова. — Это действительно был офицер ФСБ?