Чтение онлайн

— Если бы я хотел подобной жизни, записался бы в гарнизон к какому-нибудь барону! — Не раскрывая глаз, пожаловался Ленокс.

— Да, Вибло на вас конкретно оттягивается, — протянул Токер, рассматривая разукрашенную физиономию племянника. Синяки различной свежести образовывали такую цветовую гамму, которую не решился бы сочетать даже знатный авангардист Паккард. — Ладно, думаю, вам еще не долго мучиться осталось.

— Правда? — Ленокс заинтересованно приподнял голову. — Неужели что-то от эльфов слышно?

— Вроде того, — нехотя подтвердил Токер, — недавно попугай с сообщением от Норбита прилетел. Паккард говорит, что «час расплаты» уже близок, что мы скоро будем сражаться за свое будущее,

за будущее своих внуков — хоть убей, не понимаю, к чему он про внуков загнул — и за всякое другое в этом духе.

— Здорово! — Слабо улыбнулся стажер.

— Ты так думаешь?

— Ну, да…

— А вот мне все это совсем не нравиться!

— Что именно?

— Да все! Не наше это дело с людьми воевать! Мы же охотники, а не солдаты!

— Так и ватари скорее звери, чем люди!

— Вот ты сейчас слово в слово процитировал сморчка Эрли!

— А разве это не так!

— Не думай, что я не считаю их животными по каким-то моральным соображениям. Нам придется воевать именно с людьми, со всеми вытекающими — они будут вооружены, и будут действовать согласованно! Это уже не охота, а война!

Если есть на свете штука, которую я ненавижу больше чем апельсины, так это, без сомнения, понедельники. Календарное начало недели обычно не сулило мне ничего кроме забот. По какому-то мистическому закону подлости, все самые неприятные дела почему-то приходились именно на этот день. Иногда понедельники подкидывали мне совсем уж скверные «сюрпризы». Впрочем, я не хочу сказать, что в остальные дни этих «сюрпризов» не было совсем — они имели место, правда, не в таком количестве. Что я только не делал, чтобы ликвидировать эту тенденцию — и расписание упрощенное составлял и выходные себе устраивал, когда позволяла ситуация. Понятно, что позволяла она не часто.

Однажды я решил просто на все забить и провести понедельник в свое удовольствие. В то злосчастное утро я даже выспаться толком не успел. На рассвете я был разбужен яростными воплями дворян и министров, пытавшихся пробиться через караул к моим покоям. Я спросонья переполошился, бунт думаю. Выскочил в одной ночной рубашке, левой ручкой махнул — половина столпившихся повалилась, правой махнул — остальные осели. Слава предкам, я тогда не смертельное заклятье использовал, хотя приложил подданных все же прилично, да еще и гвардейцам-караульным досталось. После недолгого разбирательства, версия о попытке переворота не подтвердилась. Оказалось, что из-за какой-то междоусобицы на севере, резко подскочили цены на зерно. Вот мои придворные паникеры, прознавши об этом поздним вечером, и ломанулись ко мне с первыми лучами солнца. «Что делать? Как быть? Это же удар по всей экономике! Необходимо задействовать резервные фонды!» — И так далее.

Вот так вот с понедельника и начался экономический кризис, продлившийся пару месяцев и унесший значительную часть казны. С тех пор я по понедельникам был особенно бдителен и дотошен. С одной стороны, может обычное совпадение, а с другой — все та же мистическая закономерность.

С чего я об этом вспомнил? Живя среди эльфов, я совершенно потерял счет времени. Они не пользовались общепринятыми календарями и вели счет с помощью своих гигантских деревьев. Как мне объяснили, у них цвет листвы меняется каждые девять дней. Для меня эти изменения были неочевидны — распознавать полутона зеленого и различать всякие там крапинки мог лишь поднаторевший эльфийский глаз. Так я и жил, не особенно заморачиваясь по этому поводу, пока не дожил до понедельника. Ничем кроме понедельника этот день и быть не мог, я сразу опознал его по непомерному количеству всевозможных неприятностей.

Все началось с утреннего разговора с Первым, который сообщил, что из ночного патруля не вернулись двое эльфов. Так как эльфы — а особенно следопыты

на дежурстве — народ ответственный и исполнительный, можно было предположить худшее, а именно нападение ватари в непосредственной близости от Селения.

— Это не обязательно могли быть ватари, — выразил сомнение я, — мало ли по ночам хищников в джунглях ходит!

— Нет, — покачал головой Отаро. — Зверье к нашему Селению ни днем, ни ночью не приближается. Может, заметил, что у нас по дальнему периметру кострища круглосуточно дымят? Там кора деревьев воку постоянно тлеет, а дым этот никакая живность не переносит. Да и не смогли бы такие опытные следопыты как Дарет и Глау под чьи-то когти попасть! Все что мне на ум приходит, так это засада, типа той в какую и мы с Норбитом попались!

— Это, не спорю, наиболее вероятный вариант, но не стоит отбрасывать возможность того, что могло произойти нечто иное. Мы ведь как-никак посреди джунглей!

— К чему ты клонишь?

— Да к тому, что не стоит принимать каких-либо решений хотя бы до того, как мы не будем полностью уверены в причастности ватари.

Подтверждение наших самых худших опасений не заставило себя ждать. Незадолго до полудня вернулись эльфы, посланные на поиски. При них была пика одного из пропавших следопытов, покрытая запекшейся кровью. Местный эксперт-криминалист, она же — целительница Мриам, определила кровь как вполне человеческую. После столь неопровержимого доказательства все наши сомнения рассеялись — ватари подобрались к Селению вплотную.

На экстренном военном совете мы приняли почти единогласное решение как можно скорее осуществить наш план. И это не смотря на то, что он был все еще сырой и недоработанный, но для эльфов это уже не имело значения. Мастер Норбит пробовал, было возразить, считая, что соваться в ватарьево логово с тем, что мы имеем — это чистой воды авантюра. Я думал аналогично, но с протестами не лез — эльфов не переделаешь, они при малейшей угрозе своему дому становятся жуть какими решительными.

Как я и предполагал, рейнджеру не удалось переспорить эльфов. Он сплюнул, топнул ногой, словно обиженный ребенок, и, заявив, что с таким планом на доклад к Паккарду не явиться, гордо удалился. И дверью за собой хлопнул.

— Еще один сеанс гипноза, и он…

— Нет. — Решительно отмел мое великодушное предложение Первый. — В этом деле нам мастер Норбит не помощник, я не хочу его подставлять.

Я, нахмурившись, посмотрел на Отаро.

— Сам пойду к Паккарду и представлю план.

— Тогда я с тобой, — тут же поддержал я.

— Они тебя не ждут! — Запротестовал Первый.

— Тебя тоже. К тому же порталом туда и обратно быстрее будет.

Красные лучи заходящего солнца бликами отражались от портала, открывшегося посреди бухты, примыкающей к форту Алмеро. Он открылся под таким углом, что был практически неразличим со стороны форта, и дозорный, стоящий на одной из башен, увидел лишь, как прямо из воздуха появились две фигуры. Протерев глаза, потрясся головой и, убедившись, что фигуры не плод его воображения, он стремительно выхватил из поясного чехла табельную подзорную трубу и навел ее на пришельцев.

Один из них оказался эльфом и был знаком дозорному, потому как его предыдущее появление в форте наделало немало шума. Вторым оказался невысокий парень. Он повернулся лицом к форту и, резво подпрыгнув на месте, замахал обеими руками. Эльф дернул его за рубашку и потопал к лесу. Парень двинул за ним. Не дожидаясь, пока парочка визитеров скроется среди деревьев, дозорный поспешил вниз для срочного доклада начальству.

Эзенгрин и Отаро молча шагали по едва заметной тропинке, протоптанной рейнджерами. Одаренный дулся на Первого, за то, что тот не позволил переместиться прямо внутрь форта, и теперь приходилось пробираться через джунгли.