Чтение онлайн

Так мистер Бенедикт бродил по своим владениям, склоняясь над окутанными белыми фигурами, открывая им свои тайны.

Последним оказалось тело Мерривелла Близа, глубокого старика, подверженного приступам комы. Мистера Близа уже несколько раз признавали мертвым, но он оживал во время приготовления к похоронам. Мистер Бенедикт откинул простыню с лица мистера Близа. Мистер Близ широко открыл глаза.

— Ах! — мистер Бенедикт едва не свалился на стол.

— О-о! — раздался стон из-под простыни.

У

мистера Бенедикта подогнулись колени, его затошнило.

— Выпустите меня отсюда! — простонал мистер Близ.

— Вы живы! — мистер Бенедикт комкал в руках угол простыни.

— О, что я слышал! — простонал старик, лежавший на столе. — Я не мог пошевелиться, не мог прервать ваши отвратительные откровения! О, вы ужасный человек, вы темная личность, вы чудовище, негодяй! Выпустите меня отсюда немедленно! Я расскажу обо всем совету, и мэру, и всем, и каждому! Ох, негодяй, негодяй! Проходимец, садист, гнусный извращенец! Погоди, я расскажу о тебе! — у старика выступила пена на губах. — Немедленно развяжи веревки, выпусти меня отсюда!

— Нет, — сказал мистер Бенедикт, опускаясь на колени.

— О, чудовище! — всхлипнул Мерривелл Близ. — Подумать только, что творилось в нашем городе, а мы ничего не знали! Отпусти меня, ты, чудовище!

— Нет, — прошептал мистер Бенедикт, пытаясь встать, и снова в ужасе опускаясь на пол.

— Что вы говорили! Что делали!..

— Простите меня... — прошептал мистер Бенедикт.

Старик попробовал приподняться.

— Нет! — мистер Бенедикт приготовил шприц для подкожной инъекции.

— Эй, вы! — дико заорал старик, обращаясь к закутанным в белое фигурам. — Помогите!

Он повернул голову к окну, в котором виднелись кладбищенские памятники.

— Эй, вы, там, под камнями! Слышите? Помогите!..

Старик откинулся назад, втягивая воздух со свистом, чувствуя приближение смерти.

— Слушайте! — бормотал он. — Он надругался над вами, и надо мной, ему долго все сходило с рук. Остановите его! Заставьте, заставьте его прекратить это!..

Слабея, старик втянул струйку слюны, вытекшую из угла рта. Он быстро терял силы.

Мистер Бенедикт, потрясенный, повторял:

— Они ничего не могут мне сделать. Не могут. Я говорю вам, не могут.

— Вы, в могилах! — стонал старик. — Помогите мне! Сегодня, или завтра, или когда-нибудь, встаньте и уничтожьте это чудовище! — из глаз его полились слезы.

— Глупо, — беззвучно проговорил мистер Бенедикт. — Вы умираете и несете чушь. — Мистер Бенедикт едва мог шевелить губами.

— Восстаньте! — выкрикнул старик. — Выйдите из могил!

— Прекратите, — прошептал мистер Бенедикт, — я больше не могу...

Стало совсем темно. Старик постанывал, теряя последние силы. Вдруг он умиротворенно улыбнулся и сказал:

— Они достаточно натерпелись от вас, негодяй.

Сегодня они сведут с вами счеты.

Старик умер.

Говорят, этой ночью на кладбище прогремел взрыв. Или даже несколько взрывов. Сверкали молнии, гудел колокол на колокольне, раскачивались памятники, неслись яростные стоны и проклятия, что-то взлетало в воздух. В покойницкой метались странные тени и огни, звенели бьющиеся стекла, двери срывались с петель. А потом — выбежал мистер Бенедикт, и вдруг раздался жуткий крик...

И настала тишина.

Горожане пришли на кладбище на следующее утро. Они обошли и покойницкую, и часовню, и церковный дворик.

И не нашли там ничего, кроме крови, разлитой, разбрызганной всюду, сколько хватало взгляда, сколько небеса кровоточили всю ночь напролет.

И никаких следов мистера Бенедикта.

— Где же он? — спрашивали горожане.

И сами же отвечали:

— Откуда нам знать?

Но они получили ответ.

В глубине кладбища, в густой тени деревьев, находились самые старые, стертые надгробья. Солнечный свет, пробивавшийся через пышные кроны, казался неестественным, театральным, как гирлянда или иллюминация.

Они остановились у одного из старых надгробий.

— Смотрите! — воскликнул кто-то. Остальные склонились над старым, поросшем мохом камнем.

Свежая надпись — словно исцарапанная ногтями, чьими-то торопливыми, слабыми, но неистовыми пальцами:

Мистер Бенедикт

— И сюда посмотрите! — крикнул другой. Все обернулись.

— На этом, и на этом, и на том! — он указывал еще на несколько надгробий.

Они разбрелись по кладбищу, в ужасе вглядываясь в надписи.

На каждом из надгробий та же неистовая рука нацарапала «Мистер Бенедикт».

— Невозможно, — малодушно пробормотал кто-то. Не лежит же он во всех могилах!

Молчание затянулось. Люди исподлобья поглядывали друг на друга. Все ждали ответа. И онемевшими, непослушными губами один из них выговорил:

— А почему бы и нет?..

В эту позднюю ночь старик вышел с фонариком из дома для того, чтобы поинтересоваться у мальчишек, по какому поводу они веселятся. Но они ничего не ответили, кувыркаясь в сухих листьях.

Старик вернулся домой и сел, обеспокоенный. Было три часа утра. Он посмотрел на свои руки. Маленькие, бледные и дрожащие — они лежали на его коленях. Он был угловатым, весь как будто состоял из одних суставов, а его лицо, отражавшееся в зеркале над камином, казалось лишь бледным облачком на стекле, запотевшем от дыхания.