Чтение онлайн

– В эту минуту, – добавил капитан, – они отдыхают за оградой нашего храма. Пока они внутри, они будут неприкосновенны. Но как только они окажутся в состоянии его покинуть… начнется охота.

– Это так абсурдно! – слабо запротестовал фениксиец.

– Да, моему жребию не позавидуешь. Каладрийцы призвали меня на помощь, зная о том, что я был близок к тебе и что я, безусловно, единственный оставшийся в живых из тех, кто знал твою мать. Как могли бы они заподозрить, что мое присутствие здесь сведет меня с твоими убийцами и что я вынужден буду им облегчить

их задачу?.. Если бы это зависело только от меня, я попытался бы сорвать путешествие, но участие в нем властителя потребовало, чтобы нас было больше дюжины, странников, обязанных наблюдать за молнией и следить за тем, чтобы она сохраняла в целости Темную Тропу. У меня не было ни средства воспротивиться этому, ни даже возможности саботировать обряд. Даже если бы я попробовал это сделать, орден непременно бы мне помешал. Они прекрасно знают, что делают, поэтому позвали меня прислуживать во время обряда, чтобы убедиться в мо-276 ей преданности. После этого они велели мне держаться в стороне.

– Абсурд… – повторил Януэль.

– Я хорошо знаю тех, кто послан убить тебя, Януэль. Мы все были близки к твоей матери и часто сидели вместе за вашим столом. Я могу помочь тебе избавиться от них.

– А почему бы не попытаться уничтожить их прямо сейчас? Ты утверждаешь, что в храме они недоступны, но Чан, между прочим, умудрился пробраться даже в крепость ордена Льва… Мы должны воспользоваться случаем.

– Не сравнивай рыцарей Льва с пилигримами, малыш. Только самые важные особы этого Миропотока переносятся молнией, и в проекты наших храмов заложена их защита. Целая армия не смогла бы ее прорвать, клянусь тебе.

– А с какой стати я должен тебе верить? Ты предлагаешь Харонии средство до меня добраться, а я все еще сижу здесь и слушаю тебя! Это смешно, мне уже давно пора было уйти…

– Нет, ты останешься здесь и будешь меня слушать, потому что у тебя нет выбора! Если ты откажешься от моей помощи, ты ускоришь свою гибель. Феникс и даже этот меч не всегда смогут тебя защитить, малыш. Через девять дней мы увидим берега Каладрии, если путешествие пройдет спокойно. А пока мы здесь, всякое может случиться.

– Тогда что же? Ты предлагаешь дождаться, чтобы они восстановили свои силы?

– Я повторяю тебе, за оградой храма они недоступны. Нам следует запастись терпением, расставить им сети и устроить засаду. Нельзя давать им время на подготовку, нужно перехватить инициативу.

– А почему бы не предупредить тарасков? Если они узнают, что здесь харонцы, разве они не вмешаются, по-твоему?

– Я не думаю, что они пойдут на такой риск. Это может вызвать волнение Тараска, что создаст угрозу всему городу и его целости.

– Ты придумываешь им оправдания?

– Нет, я просто читал мемуары некоторых пилигримов и знаю, что подобное уже случалось. Орден как-то оповестил власти Тараска о присутствии Темной Тропы. Бой растянулся на несколько дней и длился до тех пор, пока харонцы, так и не одолев противника, не принесли себя в жертву, загнав Темную Тропу в пасть Тараска. Это погубило

Хранителя, и город затонул вместе с ним. С тех пор они и стали очень осторожны в этих делах.

– Тогда покинем город. Зафрахтуем судно и…

– И куда мы отправимся? – прервал его капитан. – Ты должен прибыть в Каладрию, а единственное средство передвижения – это Тараск.

– А почему бы нам не попытаться причалить к другому, поискав его поблизости?

– Даже если бы и была такая возможность, это ничего бы не изменило. Они воспользовались бы молнией, чтобы последовать за нами.

– Значит, остается засада…

– Я не вижу другого выхода.

Януэль умолк и на минуту задумался. По правде говоря, он уже убедился, что капитан мыслит верно.

– Я не знаю, сколько времени они будут оставаться в храме, – добавил Сокол. – Самое меньшее, две ночи. Надо бы этим воспользоваться, чтобы все организовать.

– Мы можем на них рассчитывать? – спросил Януэль, указывая на монахов-воинов.

– Больше, чем на кого бы то ни было.

– А ты? Как далеко ты можешь зайти, не предавая ордена?

– Сказав тебе о харонцах, я уже его предал… Я пойду куда угодно, если это понадобится тебе.

На этом обещании они расстались, договорившись о новой встрече в том же трактире, где Сокол собирался провести предстоящие два дня.

Под впечатлением от испытаний прошедшей ночи, Януэль хотел найти в себе силы встретиться с драконийкой и поговорить с ней. Он не считал, что случившееся между ними должно поставить под сомнение их дружбу.

Он отыскал дорогу к дому и минуту стоял на пороге, неподвижный и промокший до костей под все усиливавшимся дождем. Он опасался присутствия Черного Лучника и в особенности Фареля, суждение которого об этом важном для него вопросе его пугало. Старый учитель несколько раз высказывался о природе его чувств и о таящейся в них опасности для его замысла. К делу спасения Миропотока нельзя примешивать душевные волнения.

Он подождал в нерешительности, потом дважды негромко постучал. Послышался оглушительный голос, стремительные шаги. Дверь распахнулась настежь, перед ним стоял Черный Лучник, загораживая вход.

Гнев на его лице сменился чувством облегчения.

– Мы были чертовски обеспокоены, – сказал он.

– Я вышел пройтись, – уклончиво ответил Януэль.

– Пройтись? Того и гляди, настанет утро и… – Он осекся, уставившись на меч у пояса фениксийца. – Да хранят нас Химеры… – прошептал он, сразу узнав легендарную гарду меча Сапфира.

Он принадлежал к тем наемникам, которые хотя бы раз в жизни вбивали себе в голову желание отыскать один из этих пяти мечей, доверившись каким-нибудь упорным слухам. У него непроизвольно мелькнула мысль, что это копия, изделие какого-нибудь ловкого кузнеца, злоупотребившего доверчивостью Януэля, но это сияние цвета морской волны, которое просачивалось между выемками ножен, изумительной работы головка эфеса свидетельствовали об обратном… Он сглотнул слюну и почувствовал, как растаял его гнев.