Чтение онлайн

– Заткнись! – рявкнул Данила. – Рэмбо, давай быстрее, а?

– Я и так быстро, – ответил Рэмбо, листая пластины. – Много лишнего, а с собой не утащишь. Так! «Наблюдения за неразумными». Это вроде заглавия. Я своими словами, если что, ладно?

– Давай уже! – махнул рукой Данила, расхаживающий между шкурок хамелеонов.

– На Ковчег завезены яйца из новой партии, включены наследственные коды существ различных миров…

Рембо читал, и многое прояснялось. Данила слушал и удивлялся; он даже на время позабыл, что спешит. Уже много лет люди существуют бок о бок с хамелеонами, исследуют их, вырезают железы, чтобы

добыть биотин. Данила и сам промышлял подобным образом до последнего похода в Сектор. Целые институты работали на Министерство Аномальных Ситуаций, высоколобые ученые вроде Астрахана-старшего выдвигали гипотезы… Хамелеоны, существа без постоянного облика, оставались загадкой.

Они обладали даром регенерации, у них не было тканей как таковых, и единственный постоянный орган хамелеона – железа – вырабатывал биотин. Что еще делала железа, так никто до сих пор и не разобрался.

Хамелеоны включали в свой генетический код фрагменты других геномов, от рыбьих до человеческих. Данила видел самые непредставимые смеси: и крылатых свиней, и пауков с птичьими клювами… и людей, не отличимых от настоящих.

Хамелеоны – неразумные – оказались исконной фауной родного мира Роя.

Не того Роя, что летел к Земле на этом корабле, а какого-то древнего, первоначального.

Насколько понял Данила (и остальные с ним согласились), вся фауна того мира была представлена метаморфами – такая вот причуда эволюции. По мере развития науки Рой начал изменять своих неразумных.

Они вышли в космос и начали занимать чужие планеты, но каждую переделывали под свой вкус. Каждый новый мир Рой превращал в копию своей родины. А для этого нужны были неразумные с определенными качествами, была нужна возможность уподобить себе коренное население планеты.

И Рой нашел такую возможность.

Хамелеоны были оружием – да-да, биологическим оружием! – с помощью которого Рой менял Землю. И не имело значения то, что Мать и все остальные давным-давно мертвы, – еще функционировали инкубаторы, Ковчег выполнял Программу Вторжения. И хамелеоны, подчиняясь инстинктам, меняли не только тварей внутри Барьера – они давно добрались до людей снаружи.

Все принимавшие биотин менялись – Данила давно знал это. Все они служили единой цели – преобразованию Земли в удобную для Роя планету.

Стало не по себе. Данила вспомнил, что мог чувствовать хамелеона, вспомнил, что Картографа и Марину корабль вообще принимал за своих. Они – не люди, и хорошо, что Мать мертва, – Рою нечего делать на Земле… Плохо то, что Программа выполняется. Но раз есть некая сила – мозг Ковчега, Искусственный Интеллект, или как еще это назвать – в общем, компьютер, выполняющий Программу, – значит, его можно сломать. И хакером для этого быть не обязательно – никакой сервер не устоит перед ломом. Автомат же и вовсе универсальное орудие взлома.

– Надо найти рубку! – повторил Данила. – Найти ее и просто уничтожить там всю аппаратуру. Остановить вторжение.

– Пойдем, – согласился Рэмбо, отрываясь от табличек. – Кстати, эту партию неразумных уничтожили сознательно, после того как Мать погибла. Наблюдавший за ними не сошел с ума – он просто стер свой труд и потом убил себя. Думаю, ясли разумных особей, где дозревали новые члены Роя, тоже были уничтожены. А может, и нет, надо дальше смотреть.

– Это не так важно, – Картограф дергал себя за бороду, взгляд

его бегал. – Это все не так важно. Я не понимаю, почему именно мы должны идти в рубку? Почему именно мы обязаны со всем этим разбираться? Мне, в конце концов, вообще не нравятся люди – никакие. Я буду только рад, если всех их уничтожат. Разве вы ни разу не мечтали об атомной бомбе или напалме? Ну вспомните, пляж, например, в Крыму, под Евпаторией, мелкий песок, волны, изумрудная вода, солнце… и блямкающая музыка, попса со всех сторон, и эти коровы пережаренные, и пузаны эти с пивом, водкой, гамбургерами… И так по всему миру, везде! Хочется взять и поубивать. Так ведь? И почему мы должны их спасать?..

– Картограф, помолчи, а? Рэмбо, что там дальше?

– Написано, что родилась новая матка, и молодой Рой улетел искать себе новый дом. Искал-искал, нашел, пытался перестроить, воевал с чужими. По описанию – с гуманоидами. Взял экземпляры на борт для исследований. Чужие победили, изгнали Рой. Рой летел дальше, опять нашел чужих, опять они, по описанию, снова гуманоиды, почти как люди, но эти не подошли – они не менялись, че-то там не сходилось. На борт они тоже были взяты. А после этого начался Большой Мор…

– Так-так! – воскликнул Картограф. – Значит, первые чужие – это люди, предки Лианы и Вождя, а те, что не подошли, – змееглазые! Вот оно как!

– Похоже на то, – кивнул Данила. – Дальше?

– Дальше – все. Написано, что программа выполняется. Что, когда найдется Дом, будет возрождена Мать, и Рой тоже. Только нужно пробудить Ковчег, то есть Улей… чтоб он начал экспансию. Тут то Ковчег, то Улей. Все готово, Улей ждет, когда придет разумный и даст команду. А некая Централь, та самая, с которой я спутал могильник, находится рядом, – Рэмбо махнул вправо. – В том конце ангара… яслей то есть. Буквально за этой стеной.

– Так что, тут есть и, скажем так, законсервированные яйца? – удивился Картограф.

Рембо отложил таблички и пожал плечами:

– Вроде есть. Тут не написано, где именно. Может, они сдохли… Протухли то есть.

– Отлично! – проговорил Данила. – А теперь нам срочно нужно в Централь!

Он зашагал вперед мимо герметичных контейнеров, которые стояли вдоль стен, начиная с середины длинного помещения, и мимо черных «пальцев» – таких же, как в долине, где проводился ритуал.

Неожиданно голову пронзила боль, будто от виска до затылка вогнали спицу. Мир покачнулся, затошнило, и Астрахан сел на корточки, сжимая виски.

Рядом корчился Картограф и скулил, катаясь по полу, Маугли.

Рэмбо возвышался над ними и не понимал, что происходит, Даниле же было так хреново, что он просто не мог анализировать ситуацию. В себя он более-менее пришел, только первый контейнер уже зашипел, раскрываясь.

Он все время был рядом. Два раза Марине удалось убежать от Него, но Он настиг, поскольку был не только снаружи, но и внутри.

Марина будто наблюдала себя со стороны, загнанная в клетку, в прозрачный террариум. Девушка больше не принадлежала себе, другим, человечеству – теперь она была – Его. Огромный, любящий, заботливый, Он баюкал ее в объятиях, утешал, когда она рыдала, обещал, что избавит ее от одиночества, и это была правда, а не пустые обещания мужчин. Нужно только дойти и воссоединиться, тогда она все поймет.