Чтение онлайн

Его первой задачей было вычистить гостиницу и любовно отполировать валлиновые полы и мебель до блеска. Затем он взялся за меню. Про свой жареный картофель с пряностями Отик говорил только, что у рецепта было два основных ингредиента: картофель и пряности. «Если он не насытит вас, то можете не платить» — любил говаривать Отик. Вскоре никто уже не сомневался относительно его слов.

Остальные блюда, которые почерпнул Отик из своих путешествий, были не настолько известны, но так же вкусны: тушеное филе форели, пудинг из утиной печени, жареная крольчатина и клюква с сюрпризом.

Годы странствий тоже были отражены в обстановке общей комнаты гостиницы. Отик

украсил стены различными сувенирами, редкими вещами и всем тем, что поразило его воображение во время путешествий. И он продолжал пополнять свою коллекцию. Несмотря на протесты своих клиентов, каждый год Отик настаивал на том, чтобы закрыть гостиницу на месяц — он не мог доверить кому-нибудь еще управление ею — и отправлялся удовлетворять остатки своей тяги к странствиям.

Отик был непреклонен в своем стремлении увидеть так много на Кринне, как только сможет и отправлялся в путешествие. На грубой карте, подвешенной позади барной стойки, которую оставил какой-то кендер в обмен на еду, была испещрена пометками, обозначавшими те места, где Отик побывал. И всегда он возвращался с одним или двумя сувенирами. Однажды это был внушающий страх боевой топор минотавра. В другой раз это был искусно вышитый шарф эльфийской работы.

В первый день по возвращении Отик с большим бахвальством демонстрировал эти сувениры своим постоянным клиентам и тем, кто случайно остановился в гостинице. Затем он гордо добавлял эти вещи к обстановке комнаты, скрупулезно следя за точностью и правильностью расположения и при большом количестве советов от присутствующих.

К настоящему времени гостиница Последний Приют была настоящим музеем сувениров множества культур Кринна. Эта коллекция была одной из причин, по которой Китиара любила и одновременно не любила находиться в гостинице. Она смотрела на различные предметы и мечтала о тех местах, откуда они прибыли и о событиях, которые они видели. Но в конечном счете эти мечты неизбежно приводили Кит к факту, что она застряла в Утехе, далекой от любых событий. При этой мысли она опускала голову на руки и расстроено стонала, а затем уходила из таверны, чтобы не появляться здесь примерно с неделю или около этого.

Но Китиара всегда возвращалась. Слишком юная, чтобы полюбить Отиков эль и слишком бедная, чтобы пробовать его блюда, она редко покупала что-то существенное и просто сидела за столиком, часами потягивая стакан грушевого сока. Ее любимым местом был столик в углу около входа, расположенный так, чтобы она могла первой видеть путешественников, которые поднимались по длинной вьющейся лестнице к гостинице на верхушке дерева. У одного из них могли бы иметься новости о ее отце. Кто-нибудь из них мог бы развеять ее утехинскую скуку.

Китиара осталась в городе на деревьях намного дольше, чем рассчитывала, когда вернулась после своих приключений с Урсой и Пеньгородом — больше чем на два года. Она напрасно ждала прихода какой-нибудь группы путешественников, к которым она могла присоединиться в надежде увидеть что-то более интересное, нежели еще один следующий городок.

Вначале Отику не нравилось, что такая маленькая девочка слоняется по гостинице, но со временем он притерпелся — по крайней мере он перестал выгонять ее. Если он выпроваживал Кит через парадную дверь, то она проникала внутрь через заднюю. Если он следил за обеими дверями, то она все равно пробиралась в таверну через одно из окон. Когда казалось, что она ушла и Отик забывал о ней, то неожиданно оказывалось, что она как ни в чем ни бывало сидит у окна, не обращая на него ни малейшего внимания.

Ну и, по правде

говоря, Китиара благотворно влияла на бизнес. Пребывая в хорошем настроении, она могла болтать без умолку. Кроме того, она была терпеливой слушательницей дорожных историй, а каждая гостиница нуждается в хороших слушателях так же, как и в хороших рассказчиках.

А Отик в глубине души был добрым человеком. Он не завидовал Китиаре, проводящей так много времени вдали от дома, так как знал, что в доме занимает главенствующее положение больная Розамун. Когда в гостинице не было никаких других клиентов, Отик даже начинал разговоры с Кит. Ему нравилось рассказывать о происхождении своих сувениров и он иногда снимал вещи со стен, позволяя Кит потрогать их. Она страстно слушала короткие истории Отика, узнавая о мире то, что узнаешь не во всякой школе. Хозяин гостиницы благожелательно относился к Кит, так же, как и несколько лет спустя, будет относиться к Тике Вейлан, осиротевшей дочери одной из его официанток.

Отик понимал, что Китиара не долго будет чахнуть в его баре. В шестнадцать лет ее фигура уже почти потеряла неуклюжесть юности. Ее лицо приобрело привлекающую внимание угловатость, сужающуюся от высоких скул к волевому подбородку. Полные розовые губы смягчали нижнюю половину лица. Темные глаза украшали блестящие ресницы, полуночный цвет которых соответствовал шапке черных вьющихся волос, которые она продолжала носить по-детски остриженными.

Небрежно относясь к своей внешности, Китиара признавала только туники в обтяжку и леггинсы, потому что так она чувствовала полную свободу передвижения. По-видимому, она не сознавала, что эта одежда хорошо показывала ее естественное изящество и стройную фигуру. Теперь, когда они с Аурелин бродили по рынку, оценивающие взгляды были так же направлены на Кит, как и на ее традиционно симпатичную подругу.

И все же любой человек, который попытался бы флиртовать с Китиарой, получил бы колючую отповедь. Она считала, что большинство мужчин требовали намного больше, чем отдавали сами и Кит не нравился такой порядок вещей, даже когда дело касалось ее братьев — хотя, благодарение лунам, будучи уже восьми лет от роду, они казались способными самостоятельно позаботиться о себе. Магические исследования Рейстлина успешно продолжались и занимали почти все его время. Когда Карамон не пропускал школу, чтобы попрактиковаться с мечом, он постоянно крутился вокруг Гилона.

Китиара посмотрела в проем парадной двери, которую Отик оставил открытой этим теплым днем и увидела своего более сильного брата, как будто вызванного ее мыслями о нем. Карамон бегал вверх и вниз по мосткам у гостиницы вместе с ватагой друзей. Он и еще один мальчик стали в шутку состязаться, вооружившись двумя длинными палками. Карамон был очевидно более сильным и более проворным с палкой, но, смеясь, позволил своему другу победить и вскинул руки в притворной капитуляции. Китиара нахмурилась. Этот парень унаследовал слишком мягкий характер от Гилона.

Мгновение спустя Карамон подошел ко входу в гостиницу:

— Эй, Кит, не хочешь ли ты купить мне стакан грушевого сока или немного той вкусной картошки, которую подает Отик? — сказал он с улыбкой, которой даже Кит, будучи в дурном настроении, с трудом сопротивлялась.

Но, как всегда, когда Карамон пытался зайти в гостиницу, Китиара набросилась на него и вышвырнула наружу, прежде чем Отик успел среагировать.

— Еще немного картошки и ты так заплывешь жиром, что не сможешь поднять свой меч. А теперь пошевеливайся или не успеешь встретить Рейстлина на дороге из Дна Пруда!