Чтение онлайн

По залу разнесся надтреснутый властный голос. 

– Все наиболее прекрасно в миг гибели, не правда ли? 

Мардук попытался понять, откуда он исходит. Соберись. 

Закутанные в рясы магосы суетились в управляющем центре платформы, другие сгорбились над консолями, подключившись к портам блоков мысленного управления. Как бы то ни было, голос не принадлежал никому из них. 

– Битва продолжает бушевать, но война уже практически выиграна. 

Взгляд Мардука переместился на фигуру, которая стояла отдельно

от прочих и смотрела в пустоту. 

Вот. 

Окружавший нечестивое существо воздух трепетал. Рядом с ним истончалась граница между реальностью и владениями Изначальной Истины.

Кор Фаэрон. Магистр Веры.

– Тринадцатый Легион получил тяжкие раны, а у Калта навеки останутся шрамы. Солнце умирает. Поверхность будет очищена. Последние остатки сопротивления будут вынуждены уйти под землю, однако это им не поможет. Калт, самоцвет Ультрамара, уже в агонии. Это моя победа. Не Эреба. Даже не Лоргара. Моя. 

Почтенный кардинал обернулся. Его глаза лучились ликованием и мерцали противоестественной энергией.

– Вся система уже мертва, – произнес он. – Она еще просто не осознала своей гибели. 

Он приблизился, и Мардук подавил желание попятиться назад. 

– Воины Бел Ашареда хотят вырвать твои сердца и съесть их, пока ты еще будешь дышать, – рыкнул Кор Фаэрон. – Меня так и подмывает пойти им навстречу. Чего ты рассчитывал добиться? 

У Мардука начало покалывать кожу. Его глазам было больно смотреть на Кор Фаэрона, и он опустил взгляд. 

– Смотри на меня, – угрожающе прохрипел Кор Фаэрон. 

Мардук повиновался. Он сомневался, что смог бы воспротивиться, даже если бы попытался. 

Когда Легион обнаружил Колхиду и воссоединился с примархом, Кор Фаэрон уже подвергся разрушительному воздействию своей смертной природы. Он был стар, слишком стар, чтобы пройти полную процедуру усовершенствования и стать подлинным космическим десантником. Сейчас он все так же выглядел старым, однако, сколь бы хрупким и сгорбленным он ни был без доспеха, в нем присутствовала неоспоримая и яростная жизненная сила. 

Его поддерживали не только постоянные омолаживающие операции, а еще и опасная лихорадочная энергия, которая пылала жарким, ненасытным и губительным пламенем. Чтобы не дать ей поглотить себя, должна была требоваться высочайшая сила воли. Скорее всего, в галактике нашлось бы всего несколько существ, которые смогли бы поддерживать себя в таком состоянии, не превратившись вскоре в пустую выжженную оболочку. 

– Это моя война, кандидат, – прошипел Кор Фаэрон. – Моя. Ее нельзя было провалить. Захват этой платформы являлся центральной частью плана. От него зависела наша победа. Ты это понимаешь? 

– Да, мой господин, – сказал Мардук. 

– Да, мой господин, – передразнил его Кор Фаэрон с презрительной улыбкой. – И все же именно в этот драгоценный

миг, когда успех висел на волоске, ты решил пойти против наставника? 

– Я не… – начал было Мардук, но его заставил умолкнуть сверкнувший взгляд Темного Кардинала. Из мертвенно-впалых глазниц начали струиться испарения варпа. 

– Ты не хотел ставить под угрозу захват станции? – ощерился Кор Фаэрон. – Может, и нет, однако именно это ты и сделал. Возможно, ты вообще ни о чем не думал, ослепленный желанием возвыситься, убив одного из вышестоящих. Собственного наставника. Твое неуважение оскорбительно. 

– Какой толк от учителя, который не учит? – спросил Мардук. – Он не был моим наставником. Я был рад его убить. 

Один из ветеранов, стоявших у него за спиной, безмолвно выразил неодобрение. Он услышал, как клинок покидает ножны. 

– Нет, – рыкнул Кор Фаэрон воину, и вокруг него, словно ореол, замерцало зловещее сияние. Клинок скользнул обратно на место. 

– Даже будь у него желание меня наставлять, я бы ничему у него не научился, – дерзко продолжил Мардук. – Его душа была глухой к Изначальной Истине, а разум –закостеневшим и негибким. Его злило, что я слышу пантеон лучше, чем ему когда-либо удалось бы. Вот почему он отказывался меня учить. Меня послали сюда познать путь послушника, но при этом отдали под начало воина, не имеющего склонности к искусству варпа. 

– Ну, тогда очевидно, что он заслуживал смерти, – произнес Кор Фаэрон. 

Мардук скривился. 

– Нет, я не имел в виду…

– Ты оскорблен, что тебя отдали на попечение Бел Ашареда? Бел Ашаред праведно служил Легиону почти столетие, а ты немногим больше, чем просто неофит. Сколько ты сражался вместе с Семнадцатым? Две десятилетия? Три? Ты просто неблагодарное дитя. 

– Я молод, – сказал Мардук, – однако же не лишен таланта и жажду овладеть силами, которыми повелеваете вы, мой господин. 

Кор Фаэрон яростно уставился на него, и душа Мардука съежилась от явной желчности этого взгляда. 

– Чего ты не знал, так это то, что Бел Ашаред принадлежал к Темному Сердцу, – произнес Кор Фаэрон. – Он являлся членом секты, которая была моей кровавой правой рукой со времен Завета. Темное Сердце служило мне, когда Лоргар Аврелиан был еще ребенком, и продолжало нести свою службу впоследствии, несмотря ни на что. Бел Ашаред был из Темного Сердца, а ты убил его потому, что он оказался не тем учителем, на какого ты надеялся? 

У Мардука пересохло во рту. 

– Я… я не знал, – пробормотал он. 

Кор Фаэрон мгновение свирепо глядел на него, а затем резко отвернулся, искривив пальцы. Когда он заговорил, его голос был уже более сдержанным. 

– Ты утверждаешь, что желаешь овладеть теми силами, которыми я управляю. Почему? – спросил он, созерцая Калт. 

Мардук ответил не сразу. 

– Это простой вопрос, – произнес Кор Фаэрон. – Отвечай. 

– Я хочу служить примарху и Легиону всеми своими силами, – наконец сказал Мардук.