Темное эхо
Шрифт:
Кевин Уолтроу не отличался той деловой хваткой, которой обладал брат. Он стал полицейским, однако после того, как Стивен купил яхту Сполдинга, Кевин тоже с удовольствием проводил на ее борту время, свободное от дежурств. В отличие от несклонного к брачным узам Стивена Кевин был женат, имел двух маленьких детей, и его новое увлечение стало причиной натянутой атмосферы в доме, в особенности когда — спустя три месяца после покупки — Стивен предложил провести пасхальную неделю в переходе до Лонг-Айленда и обратно.
Сузанна считала, что в конечном итоге Кевин сумел добиться отпуска потому,
Судно отбуксировали в Нью-Джерси, опечатали и подвергли тщательному осмотру. Ничего существенного обнаружить не удалось, братья Уолтроу словно испарились. В конечном итоге через месяц ее привели обратно в Бостон. Здесь, возможно по причине богатства Стивена, а может, и потому, что Кевин принадлежал к бравой когорте бостонских «героев», яхту вновь подвергли осмотру, на сей раз более придирчивому, и даже провели примитивную судебно-медицинскую экспертизу.
— Что-нибудь удалось найти?
Сузанна отпила глоток.
— Обильные следы крови, как если бы между братьями вспыхнула страшная ссора. А может, кто-то из них напоролся на багор или что-то в этом роде. Несчастные случаи в море далеко не редкость. Но вот что странно: у братьев были разные группы крови, и они обе присутствовали в следах примерно поровну.
— Так, а еще что?
Она задумчиво покивала.
— Чековая книжка Уолтроу. Ее нашли в ящике стола в капитанской каюте. Она тоже оказалась перепачкана кровью. На задней обложке Уолтроу собственноручно, черными чернилами торопливо накарябал пару слов. Одно-единственное предложение: «Моя очередь».
— Это происшествие вызвало переполох?
— Я бы не сказала. Америка в ту пору переживала бурное время. Страна не страдала от нехватки скандалов или сенсаций. Впрочем, кое-какое расследование все же провели; из этих отчетов-то я и почерпнула основные факты.
Следователя звали Эрни Хауз. Бывший полицейский, сменивший работу на частного сыщика, который занимался парапсихологическими аспектами. Дело в том, что после Первой мировой коллективная скорбь многочисленных семейств привела к возникновению бума самопровозглашенных ясновидцев, которые брались передать загробные весточки от погибших сыновей. Хауз неплохо зарабатывал, выводя этих «экспертов» на чистую воду. При этом, однако, он не забывал насыщать аппетиты доверчивой публики, при всяком удобном случае заполняя новости утверждениями, что сам-де обладает оккультными способностями.
Давнишняя трагедия с гоночными яхточками могла означать, что братья оказались каким-то образом обречены и что их вероятная гибель была примером того, как никому не удастся обвести судьбу вокруг пальца. Впрочем, у Хауза имелась также альтернатива он
— И под каким углом он это подал?
— Уж во всяком случае не под сверхъестественным — ответила Сузанна, грызя ноготь. — Хауз опросил вдову Уолтроу и узнал от нее, что в течение нескольких недель перед вояжем Кевин третировал семью вечными скандалами, был угрюм и склонен к рукоприкладству. Хауз оказался до того циничен, что подкатил даже к Майклу, семилетнему сыну Кевина, желая добиться более сенсационных подробностей об отце. Так вот, я не думаю, что полиции Бостона сильно нравятся повествования о недавно погибших сотрудниках, которые якобы лупят жен, а по ночам слышат голоса в собственной голове. Как-то утром Эрни проснулся в номере одной из бостонских гостиниц и обнаружил на своей подушке боевой патрон. С пулей тридцать восьмого калибра в мягкой оболочке. Типовой боеприпас к табельному полицейскому револьверу. Намек он понял и больше не опубликовал ни слова про Уолтроу или «Темное эхо».
— Каким образом ты все это узнала?
— Хочешь верь, хочешь нет, но история оказалась не до конца трагической. Майкл Уолтроу со своей младшей сестрой Молли унаследовал основную долю состояния родного дядюшки. Сейчас ему восемьдесят четыре, но в нем не найти и малейшего следа старческого слабоумия. Да он вообще известный художник-пейзажист и доживает свой век на Мартас-Виньярде. Я разыскала его телефон и позвонила. Сказала ему, что собираю материалы про «Темное эхо». Он не спрашивал зачем, так что мне и врать-то не пришлось.
— И он с готовностью согласился на интервью?
— С готовностью? — помотала головой Сузанна. — Вот уж вряд ли. Хотя и признался, что рад возможности наконец-то об этом поговорить. От него я узнала про Хауза, неприятного и потливого человечка, от которого несло перегаром и дешевым табаком.
— Понятно. Так и что он рассказал тебе про Кевина?
— Уверяет, что в того вселился дьявол. Из добродушного, смешливого мужчины он превратился в раздражительного монстра, которого все в доме боялись. Человека словно подменили буквально за несколько недель. Майкл убежден, что его отец убил собственного брата на борту яхты, после чего наложил на себя руки. Однако за все это надо винить только дьявола.
— То есть само судно не виновато?
— Вот именно. На момент тех событий ему шел восьмой год, да и в семье у них все католики. Короче, он решил, что папа оказался одержимым бесовской силой. До сих пор так считает.
— А что он сделал с яхтой?
— Ничего не сделал. По завещанию она отошла Молли Уолтроу. Судно поместили в сухой док, где оно так и стояло, потихоньку ржавея и собирая пыль. Когда Молли достигла совершеннолетия, то продала яхту, ни разу так и не поднявшись на борт.