Чтение онлайн

Отключившись, он свалился на меня. С трудом выбравшись из-под него, я отдышалась.

Змей лежал поперек кровати на животе.

Меня это не устраивало.

Я сняла с себя браслеты. Отрезанные потоки вновь устремились по своим руслам. Это как если бы ты сидел в ящике и тебе почти нечем дышать, а затем ящик открыли и ты вышел на воздух. Воздух с такой силой наполняет легкие, что начинает кружиться голова. Так и здесь. От магических потоков я начала оживать. Стало так хорошо! Хотелось просто лечь и насладиться этим. Но времени

не было. Поэтому дождавшись, когда потоки успокоятся, я принялась за дело.

Сначала сплела щуп и, подхватив им Змея, подняла его под потолок и со всей силой швырнула на пол. Ох, как хорошо!

Подойдя к нему, я пнула его. Раз. Второй. Третий…. Потом я сбилась со счета. Но это было неважно. Главное, я получала удовольствие…

Как же я мечтала об этом!

Но приходилось сдерживаться. Килах знает, как бы мне хотелось забить его до смерти. Но… Когда-то (когда одаренных было наперечет) Древние приняли закон, запрещающий убийство магов. Заклинание, наложенное ими, действует по сей день. Если я сейчас убью Змея, меня просто свяжет по рукам и ногам. От этого заклинания не уйти.

Вот только Змей ушел.

Я не знаю как, но знаю, что это он убил мою мать.

Восемь дней. Восемь долгих, бесконечно долгих дней моя мать умирала от боли. Ее корежило и ломало. А я ничем не могла ей помочь. Никто не мог. Сильнейшие целители оказались бессильны. Даже уменьшить боль и то не могли. Только травы. Травы, которые используют бедняки, которые не могут оплатить лечение магов, позволили облегчить ее страдания…

Незадолго до смерти она прохрипела: «Доариний…он отравил…меня».

И пусть все целители твердили, что она умерла от «хаоса» (это болезнь, когда потоки, входя в тело, начинают беситься и кромсать внутренности), я знала, это отравление. Во-первых, моя мать никогда и ничего не говорила не обдумав. А во-вторых, она была не первой жертвой. Змея не просто так прозвали Змеем. Все, кто как-то задел или перешел ему дорогу, умирали. Или страдали так, что проще было умереть. Я знала много таких историй. Но самое страшное было то, что никто ничего не мог доказать. Змей всегда ускользал…

Вот потому мне было так тяжело удержаться, чтобы не забить его насмерть. Пришлось заставить себя успокоиться.

Но ведь… напакостить ему мне никто не помешает?! А потому…

Я подошла к валявшемуся Змею и наступила ему руку. Послышался хруст. То же самое с другой рукой. М-м-м… ну просто музыка. И магичить некоторое время не сможет. По крайней мере, пока целителя не найдет.

Затем я сорвала с него все амулеты. Открыв маленькую дверцу, заглянула. Вот она комната для философских размышлений. С ночным горшком, то бишь. Причем не пустым.

Мерзко похихикав, я опустила туда свой урожай из амулетов, и воздушной волной утопила их. Найти-то он их найдет. Но вот как будет вытаскивать и не побрезгует ли?

Вернувшись к Змею, еще раз попинала его. Потом достала его кинжал и срезала его волосы. Поскольку они были забраны в хвост, это было легко. Это, конечно, не сравнится с тем, что он устроил моей матери. Но хоть немного

попортит ему настроение, памятуя о том, что волосами своими он очень гордился.

Очень хотелось продолжить в том же духе, но время поджимало.

Собираясь выйти из комнаты, я случайно бросила взгляд на зеркало. Хм, появиться, что ли, перед слугами в таком виде? Посмотреть на их реакцию. Нет. Обойдутся. Видеть эту красоту, еще заслужить надо. Такая красавица отражалась в зеркале!

Нет, серьезно. Я очень красива. Просто идеальна. И у меня только один недостаток… Ну ладно… два. Рост тоже можно отнести к числу недостатков. Я высокая. Такая высокая, что в последние пять лет редко встречала мужчин, которые могли бы смотреть на меня сверху вниз. Зато у меня правильные черты лица. Красивые серые глаза, которые в некоторых случаях светятся лунным светом. Пухлые, красиво очерченные губы. Роскошная грива черных волос, блестящих, как чешуя кории. Шикарная грудь, от которой млеют все мужчины, да что там, слюной капают. Тоненькая талия и «стройные, бесконечно длинные ноги», как мне сказала одна «ночная ласкальщица». Но… Я уже говорила про рост. Так вот, второй недостаток – я смуглая. Очень. А поскольку в Алетане все темное и черное считается отмеченным Тьмой… И поскольку все горидские дамы отличаются благородной бледностью... В общем, это был большой недостаток, который перевешивал все мои достоинства. Раньше моя смуглость была не так заметна. У храмовников мама покупала некую ритуальную мазь, которая делала кожу светлее.

Но это было дорогое удовольствие, и с некоторых пор стало мне недоступным. Спустя год после смерти матери мой «папаша» умудрился окочуриться от сердечного приступа. После обряда Пламени вознесения выяснилось, что он банкрот. Причем полный. Видимо, после смерти жены «папочка» пустился во все тяжкие и промотал с помощью любовниц все состояние. Получив извещение о крахе, у него случился приступ прямо на рабочем месте. Это официальная версия.

А вот моя.

Моя мама, будучи беременной, заключила с графом Сордан договор: он – признает ее ребенка, она – предоставляет свое состояние. Но ее деньги были не главным. Мама была сильнейшим менталом. В королевстве, где с каждым годом рождалось все меньше магов с сильным даром, это было большим плюсом. При дворе маму приняли с распростертыми объятиями (потому как мозги «сильных мира сего» требуют не меньшей защиты, чем тело). А ее муж, никому не известный граф со средненьким даром, стал первым советником короля. У супругов были раздельные спальни, о чем я знала доподлинно. Но у графа Сордана всегда были любовницы. И мама всегда на это закрывала глаза. Потому что чувств у нее к нему не было. Это знали все. И если в первое время придворные дамочки как-то пытались задеть первую фрейлину королевы, то потом перестали. Мама оставалась равнодушной к рассказам о похождениях мужа. Вот потому-то пойти в загул моему отчиму не было смысла.

А смерть от сердечного приступа. Это смешно… было бы. Если бы не ситуация, которая сложилась после этого. Пусть он маг со средним даром, но то, что он не сумел оказать себе помощь... Это азы, которые осваиваешь одними из первых.

И деньги, которые он промотал. Это как же надо было постараться, чтобы за год спустить одно из самых больших состояний в королевстве. И это притом, что он продолжал оставаться советником короля, а значит, имел доступ к «кормушке».