Темная звезда

Дверью не хлопнули, но закрыли с тем характерным звуком, который издает дверь, когда закрывающий ее человек с преогромным удовольствием грохнул бы ею, и только разумная осторожность удерживает его от этого.

Ли едва заметно улыбнулась и подняла голову, когда на ее стол шлепнулась кипа бумаг, бесцеремонно брошенная рыжеволосой девушкой, явно выведенной из себя. В ее зеленых глазах Ли заметила яростные огоньки.

— Ты, кажется, слегка раздражена? Что-то случилось? — спросила Ли, в ее голосе слышалась нотка сочувствия.

— Раздражена? — Мисс Керриган

беспомощно развела руками, будто была не в состоянии описать точно, что именно ее так рассердило. — Когда-нибудь я скажу этому типу все, что я о нем думаю, и можешь поверить мне на слово, это будет нелицеприятно.

Губы Ли Дермот слегка скривились, а в глазах искоркой блеснула насмешка.

Глаза Ли были глубокого темно-синего цвета и сразу же приковывали к себе внимание, а бледно-кремовый цвет лица и аккуратно заплетенные и уложенные короной волосы на ее маленькой, великолепной формы голове придавали ей особое очарование. Ли казалась всегда спокойной, и многие считали ее холодной. Ее волосы цвета бледного пламени вспыхивали живым ярким огнем, как только на них падал свет или когда их оттенял подходящий фон. У нее были красиво очерченные губы, в уголках которых часто играла улыбка, отчего сразу же пропадало ощущение холодности.

Вглядевшись в ее лицо, можно было заметить, ч и у нее страстный темперамент, не позволяющий си равнодушно созерцать жизнь.

Керри Керриган — вообще-то, данное ей при крещении имя было Розалин Керриган, но почти всем она была известна под прозвищем «Керри» [1] — хорошо знала Ли и поэтому была уверена, что в данном случае та не воспринимала ее слова всерьез.

— Э-э, да ладно, — выдохнула она, присаживаясь на уголок стола, — может, и трудно будет набраться храбрости. Наш босс, возможно, внешне и привлекателен, но из мужчин, что я имела несчастье встретить, он как представитель своего пола более всех способен внушать ужас.

— Основная твоя беда, — заявила ей Ли, — в том, что ты позволяешь ему приводить себя в трепет.

— Приводить в трепет? — Эти слова заставили зеленые глаза снова разгореться. — Я на него сейчас просто страшно разозлилась и совершенно не могу понять, как ты умудрилась продержаться рядом с ним три года. Три года! Она закатила глаза. — У тебя, должно быть, терпение мраморной статуи!

Ли небрежно повела плечами:

— Я просто совершенно равнодушна и к нему самому, и к его дурному настроению.

— Везунчик… ведь именно тебе приходится почти постоянно отвечать на его звонки! Но еще кое-что я могла бы сказать о владельце Мередит, — снизошла Керри, — он никогда ни единого слова не говорит не по делу.

— То есть никогда не амурничает, ты это имеешь в виду? — Красивые губы Ли слегка приподнялись в уголках. — Бедняга не имеет понятия, что это такое, даже если бы и вздумал попытаться!

Сердитое гудение звонка, напоминавшее звук, производимый роем разъяренных пчел, выпущенных на волю, нарушил покой в маленьком кабинете Ли, и Керри соскочила со стола и скрылась в смежную общую комнату. Ли взяла карандаши и блокнот и направилась к двери святилища своего

хозяина, той самой двери, которой едва не хлопнула Керри, но она, разумеется, и не могла хлопнуть ею, потому что Руис Алдорет просто был не тот человек, который мог бы позволить по отношению к себе что-либо подобное. Не был он и таким человеком, который мог бы допустить фамильярность по отношению к своему августейшему положению Главы Дома Меридит, и для того, чтобы ответить ему грубо, требовалось немалое мужество, чего у Керри определенно не было.

Руис Алдорет мог привести в содрогание единым словом или создать напряжение одним взглядом. Он обладал абсолютным знанием того, что касалось его фирмы, и никогда не щадил себя. Обладая огромной работоспособностью, он требовал того же и от каждого работающего на него. Если же им не удавалось оправдать положение, занимаемое в фирме, он их увольнял. Но никогда он не увольнял людей несправедливо, и единого взгляда его холодных темных глаз было достаточно, чтобы понять: возражения бесполезны. Его слово было окончательным.

Ли, не испытывая ни малейшего страха, взглянула на босса, когда входила в кабинет, чтобы определить, какое у него настроение. Он стоял у стола и нетерпеливо рылся в бумажном хаосе, царившем на столе. Ли восприняла сигнал барометра как «шторм», но надеялась, что бури все же удастся избежать, хотя и не была в этом уверена, так как Руис Алдорет был наполовину испанцем. Фирма Мередит досталась ему в наследство по материнской линии.

— Я вам нужна, мистер Алдорет?

— Если бы вы не были нужны, я бы не звонил! — рявкнул он в ответ.

Без сомнения, Руис Алдорет был привлекательным мужчиной, но его портил характер. — Где контракт «Браун и Кентон»? Поджав губы, Ли прошла к полкам у стены и достала пухлую папку с документами.

— Вчера вечером вы просили меня положить его на место, — сказала она.

Ли почувствовала, что он слегка оттаял, но только слегка. Руис Алдорет взял папку, достал контракт, хмуря брови, прочитал его, потом взглянул на нее, все еще стоящую перед его столом.

Черные брови его сдвинулись, лицо приобрело замкнутое и холодное выражение.

— Хорошо, можете идти.

Ли пошла, сдерживая дикое желание расхохотаться, хотя иногда, выходя из его кабинета, она чувствовала себя так, будто ее пропустили через мясорубку.

«Керри была права, — подумала она, усаживаясь за стол, — Руис Алдорет может кого угодно привести в бешенство»… Но, к счастью, Ли обладала большей выдержкой, чем горячая Керри, и вдобавок к тому, она привыкла к такому обращению. По сравнению с Руисом Алдоретом ее Брюс был наделен почти ангельским характером.

Ли стала думать о Брюсе, однако снова зазвучал звонок, правда не так раздражительно, как раньше.

Когда Ли во второй раз вошла к метру, Руис Алдорет расхаживал по кабинету. Его высокая стройная фигура вызывала восхищение. Руис Алдорет остановился и с любопытством посмотрел на Ли.

— Мисс Дермот, — сказал он, — не знаете ли вы хорошего ресторанчика недалеко от офиса? У меня совещание с представителями фирмы «Браун и Кентон», и времени на поездку в обычное место не остается.

Ли быстро прикинула в уме. По соседству было одно или два кафе, но вовсе не столь дорогих и исключительных, чтобы они могли устроить ее хозяина.