Чтение онлайн

Оба, и Гонвил и Чомир, спали, только Чомир спал урывками. Думать подолгу, о чем-то одном, псу было не дано, и несколько часов Тэлзи устало держала его в состоянии полусна, снова и снова возвращая к определенным тревожным событиям, в которых тот не разобрался, когда они реально произошли. Большую часть ночи пес провел в состоянии смутного раздражения, хотя его инквизитор был осторожен, чтобы не обострять собачьих чувств настолько, чтобы Чомир проснулся.

Тэлзи такое положение вещей тоже не нравилось. Исследование этой части разума Чомира напоминало блуждание по темному болоту, которое время от времени сотрясалось и было окутано удушающим туманом. Иногда нервы почти не выдерживали, когда из воспоминаний

животного ей передавались порывы непонятного бешенства, ярко озаренные пережитыми ощущениями. Однако разочаровывало то, что расшифрованные кусочки конкретной информации оставались затуманены мутными, редкими, кошмарными переживаниями, которые, похоже, были единственной формой, в какой эти воспоминания можно было извлечь из собачьей памяти. Получить же информацию было крайне важно: девушка имела основания подозревать, что переживания Чомира могли означать, что кто-то готовит убийство его хозяйки.

Она ввязалась в это расследование чисто случайно. Гонвил была одной из немногих людей, кому Тэлзи рассказала о своей недавно приобретенной способности заглядывать в чужой разум. Днем Гонвил прогуливалась с Чомиром по лесистым холмам в окрестностях Пехенрон-колледжа. Внезапно, без видимой причины, Чомир взъярился, мгновение что-то высматривал и вынюхивал, а затем, ощетинившись, с рычанием бросился в кусты. Его хозяйка, испугавшись, понеслась за ним, выкрикивая: «Осторожно! Злая собака!», ибо Чомир, хоть обычно представлял собой весьма благовоспитанную зверюгу, по своим физическим данным был способен с легкостью разорвать человека или чьего-нибудь домашнего любимца в мгновение ока. Ладис догнала его буквально через несколько сотен метров и увидела, что его злость пропала также быстро, как и появилась. Вместо этого пес вел себя странным образом смущенно и взволнованно.

Гонвил подумала, что он просто учуял дикое животное. Но его поведение оставалось загадкой — Чомир всегда относился к любым формам местной дикой фауны так, словно они были недостойны его внимания. Наполовину в шутку, поскольку она не совсем была убеждена в способности Тэлзи действительно читать мысли, Гонвил предложила ей воспользоваться своим даром, чтобы выяснить причину беспокойства пса. И Тэлзи пообещала попробовать, но только после того, как Чомир уляжется. Это была ее первая попытка изучить собачье сознание, и она могла оказаться весьма перспективной.

Чомир оказался легко доступным для зондирования, гораздо легче, чем полдесятка человеческих разумов, в которые Тэлзи уже заглядывала. В подобных случаях требовались долгие часы предварительного поиска, чтобы подобрать индивидуальные мысленные схемы и крепко в них вцепиться. В сознание Чомира она проникла приблизительно через полчаса. Некоторое время большая часть того, с чем она сталкивалась, представлялось ей гротескно искаженным и малопонятным. Затем у Тэлзи в мозгу, как бы внезапно, включилось некое переводящее устройство, что вообще-то было характерным свойством ксенотелепата, и девушка поняла, что начинает преобразовывать собачьи ощущения в термины, имевшие конкретный смысл и для человека. Это было немного похоже на ситуацию, когда вдруг догадываешься, как работает незнакомый механизм. Примерно с час Тэлзи потратила на исследования и всяческие опыты. Затем, решив, что сможет в своих целях удовлетворительно контролировать Чомира, она направила его мысли в сторону случившегося сегодня днем.

Часом позже, или что-то около того, она остановилась, чтобы оба участника пси-эксперимента смогли малость передохнуть.

Происшествие на холмах все равно казалось необъяснимым, но стало обретать явно зловещие обертоны. Если бы у Чомира имелось представление о нереальном, он мог бы применить его к тому, что произошло. Тогда он понял бы, ощутив при этом вспышку ярости, что где-то поблизости находится тип, которого он запомнил

по предыдущей встрече и который представлял огромную опасность для Гонвил. Он и в лес-то устремился с четким намерением оторвать башку этому типу, да тот опять куда-то исчез.

Именно из-за этого Чомир пребывал в запутанном и взволнованном состоянии. Опасный для Гонвил тип одновременно и был и не был там. Чомир испытывал приблизительно те же чувства, какие могли быть у человека после встречи с призраком, растворившимся в воздухе почти сразу после того, как его заметили.

Тэлзи попыталась вызвать гештальт предыдущей встречи с таинственным незнакомцем, но столкнулась с такой растерянностью и бешенством, что не смогла получить четких деталей. Иногда в них проскакивало ощущение каких-то белых стен… возможно, просторного помещения с белыми стенами… и узколицый человек, который каким-то образом умудрялся оставаться за пределами досягаемости зубов Чомира.

К этому моменту Тэлзи почувствовала некое волнение. Явно случилось нечто неординарное. И предположение, что узколицый незнакомец действительно представлял для Гонвил угрозу…

Не поверив ни единому слову, Гонвил со смехом рассказала подруге историю, которую она слышала о себе с малолетства. О том, что на Тэйане, планете, с которой она прибыла на Орадо, чтобы стать студенткой Пехенрона, остались люди, ответственные за смерть ее родителей. Это произошло, когда малютке было меньше года, и эти люди собирались со временем убить и Гонвил, как завершающий акт мести за какое-то зло, якобы причиненное им ее отцом.

На Тэйане, по-видимому, сохранялись традиции узаконенной вендетты, так что история могла оказаться вполне правдоподобной. Но так, как ее пересказала Гонвил, она представлялась крайне маловероятной.

С другой стороны, у кого еще могли быть причины желать Гонвил вреда?

В ту минуту, когда она задала себе этот вопрос, Тэлзи испытала резкий приступ животного страха. Потому что теперь, когда мысль о причинах пришла ей в голову, она тут же смогла ответить на свой вопрос. Да, она знала людей, которые могли желать Гонвил смерти, но не из-за вендетты, а по логичной до тривиальности причине: они отхватили бы весьма недурственные денежки, умри Гонвил в течение нескольких последующих месяцев.

Некоторое время девушка сидела спокойно, едва поддерживая контакт с Чомиром, чтобы прокрутить пришедшую мысль со всех сторон, рассмотреть ее и дать развиться. Если Тэлзи оказалась права, получалась совершенно отвратительная вещь, и, к сожалению, она не видела никаких доводов, говорящих о противном.

Итак, в конце прошлого лета ее пригласили провести несколько дней с Гонвил в гостевом домике дамы, которая приходилась ей ближайшей родственницей и очень близким другом, и которая должна была сделать на Орадо набольшую остановку перед возвращением на Тэйан. Выражаясь корректно, визит получился не совсем успешным, хотя Гонвил об этом так ничего и не узнала. У Тэлзи со всем семейством Парлин — отцом, матерью и сыном — практически с первого взгляда возникло сильнейшее чувство взаимной антипатии, однако обе стороны соблюдали внешние приличия. Марло Парлин была привлекательной, энергичной женщиной, полностью затмевавшей своего мужа и сына. С Гонвил она едва ли не целовалась каждую минуту.

Как слышала Тэлзи, именно Марло всегда была всерьез озабочена, что Гонвил может когда-нибудь настичь гипотетическая вендетта…

Когда родители уехали, Парлин-младший остался на Орадо с единственным намерением убедить Гонвил стать его невестой. Хотя он и не был ей противен, идея выйти замуж за него совсем не грела сироту. Но, опасаясь больше задеть чувства матери, чем самого сыночка, она не могла отшить Парлина-младшего с необходимой решительностью. По крайней мере, он продолжал раз за разом возвращаться к вопросу о скорой женитьбе.