Чтение онлайн

Один из инженеров краем папки, в которой лежали чертежи, соскреб краску с деревянной балюстрады галереи и показал Франческе, что древесина изрядно повреждена. Потом ткнул в перила металлическим кантом той же папки, и он вошел в дерево, как нож в масло. После такого зрелища Франческа начала понимать, почему миссис Хэмптон волновало состояние старых зданий Палм-Бич.

Герда Шенер подошла к двери, ведущей на балкон.

— Мистер Бергстром возвращается с моря, — произнесла она.

Франческа отложила в сторону последнюю стопку пришедшей утром почты и встала из-за стола. Из окна открывался вид на расположенные к северу от дома лужайки, кусты

олеандров, около которых они с Баффи загорали перед обедом, а за ними — бетонный волнолом, прикрывающий старый причал для яхт.

— Мне казалось, его уже давно не используют, — пробормотала Франческа.

— Он использует, — ответила на это горничная. — Мистер Курт — опытный моряк и знает, что делает.

Франческа в изумлении посмотрела на нее. Ей казалось, что они недолюбливают друг друга. Интересно, что послужило причиной сцены в домике для гостей, свидетельницей которой она стала неделю назад?

«Фрейя» уже огибала волнолом. Стоящий у штурвала капитан направлял ее в узкий проход, ведущий в спокойный затон для стоянки судов. Великолепный корпус яхты казался хрупким, как яичная скорлупа, на фоне грубых бетонных блоков волнолома. Вдоль бортов яхты были спущены кранцы из пористой резины, обтянутой брезентом, предохраняющие корпус судна от ударов о пирс. Попутная волна приподняла яхту и, как показалось Франческе, чуть не бросила ее на стенку пирса. Но белокурый капитан вовремя совершил маневр и мягко причалил судно.

Франческа перевела дыхание.

— Интересно, для чего он пристал к берегу? — вслух подумала она. — Ведь обычно он держал яхту на рейде.

Миссис Шенер не повернула головы. Ее взгляд был прикован к яхте и высокому мужчине, который так умело управлял ею.

— Чтобы перенести на нее свои вещи, мисс Луккезе. Сегодня утром мистер Курт выехал из домика для гостей.

Франческа замерла на месте:

— Этого не может быть!

Она снова посмотрела на яхту, которая слегка покачивалась у пирса. Стоявший у штурвала мужчина метнул на берег швартов, Питер Пиви подхватил его и набросил петлю на причальный кнехт.

Горничная тихо сказала:

— Пускай убирается восвояси. Проходимец.

Франческа не верила своим ушам. Убирается восвояси?

— Но я же не гнала его! — воскликнула она. — Неужели все думают, что я выпроваживала его? Почему он ничего не сказал мне?

Голубые глаза Герды Шенер бесстрастно смотрели на нее.

— Вы должны спросить об этом его, мисс Луккезе. Но никак не меня.

Франческа почти бежала по лужайке, каблуки ее легких туфель увязали в песке. Хорошо, что на ней были брюки и просторная шелковая блузка, не стеснявшие движений. Она перепрыгнула три ступени, ведущие к причалу, и остановилась, переводя дыхание.

Питер Пиви закреплял швартов. Курт Бергстром, улыбаясь, смотрел на нее с палубы, на его окаймленном бородкой лице появилась улыбка, когда она, запыхавшись, остановилась на пирсе.

— Что ты собираешься делать? — крикнула ему Франческа. — Ведь ты же не уезжаешь?

Он, похоже, не слышал ее слов; его взгляд не отрывался от Франчески — от ее летящих по ветру волос, от тонкого лица, на котором светились тревогой большие серые глаза, от стройной, изящной фигуры. Курт тихонько присвистнул от восхищения и сделал ей знак рукой:

— Поднимайся на борт!

Франческа нерешительно взглянула вниз. Морская зыбь мерно покачивала «Фрейю». Ее палуба была в футе под ногами Франчески, а полоска воды между

стенкой и бортом яхты то расширялась, то сужалась. Она с ужасом представила себе, что ей придется прыгать, но если она промахнется, то непременно упадет в воду между «Фрейей» и пирсом.

Курт Бергстром смотрел на нее и протягивал руку. «Ты не решаешься сделать это, но ведь ты сделаешь», — говорил этот взгляд.

Франческа прыгнула. Палуба «Фрейи» в этот момент качнулась вверх. Франческа не успела испугаться, как уже очутилась рядом с Куртом. Колени ее вдруг ослабели, и она вцепилась в его полосатую тельняшку. Она сделала это! Курт ободряюще улыбнулся ей.

— Хочешь, я прокачу тебя? — предложил он.

Он крикнул Питеру Пиви, крепившему носовой швартов, чтобы тот отдал его, и протянул за спиной Франчески руку, отдавая кормовой. «Фрейя» начала плавно отходить от пирса.

— Отдай совсем! — крикнул он Питеру.

Поколебавшись, тот повиновался. Теперь ничто не держало яхту у пирса. Курт запустил двигатель, и яхта двинулась в открытое море.

Франческа все еще обеими руками держалась за Курта и почувствовала, как напряглись его мышцы, когда он наклонился, чтобы повернуть штурвал. Чтобы не мешать ему, Франческа оглянулась по сторонам в поисках опоры и с облегчением ухватилась за невысокий релинг на корме.

Яхта развернулась носом к волне, и Франческа мельком подумала, не укачает ли ее. Порыв ветра надул паруса. Яхта начала удаляться от берега. Франческа полной грудью вдохнула воздух и почувствовала себя лучше.

Уголком глаза она заметила человека, бегущего по зеленому газону от особняка к причалу. Высокого мускулистого человека с загорелым лицом.

Джон Тартл.

Только сейчас Франческа вспомнила, что она договорилась встретиться с Гербертом Остроу в шесть часов вечера в клубе. Джон Тартл должен был сопровождать ее на эту встречу, но у нее это свидание вылетело из головы. Предпринимать что-либо было уже поздно.

Она повернулась к своему спутнику, но он в этот момент был целиком занят управлением яхтой, огибая волнолом, отделявший «Дом Чарльза» от соседнего поместья семейства Уитни.

Франческа увидела, что Джон Тартл остановился на краю причала и провожал взглядом удаляющуюся яхту. К нему подошел Питер Пиви и остановился рядом. Франческа попыталась рассмотреть их лица. Питер Пиви выглядел скорее удивленным, но, едва взглянув на выражение лица Джона Тартла, она предпочла тут же отвернуться.

— Пожалуйста, вернись, — запоздало попросила Франческа. — Я… мы должны…

Она взглянула на стоявшего рядом с ней мужчину, на его белокурые волосы, развеваемые ветром, на его лицо, выражающее откровенную насмешку. Она показала рукой на берег.

— Я не должна отправляться куда-либо без него, — сказала она.

Курт Бергстром запрокинул голову, расхохотался, сверкнув полоской белых зубов, и сказал:

— Ну его к черту!

И они продолжили свой путь.

Франческа присела на верхнюю ступеньку трапа и сняла туфли. Их острые каблуки, как заметил Курт, оставляли следы на палубе. Когда она ступила на нагретые солнцем доски палубы, удивительное, блаженное тепло разлилось по ее телу. Сохранять равновесие босой оказалось куда легче, и Франческа почувствовала себя увереннее. Она чувствовала на себе взгляд Курта, и то, что она прочитала в его глазах, смутило ее. Неужели, глядя на нее, он вспомнил, как они занимались в его домике любовью, и в нем проснулось желание? Франческа предпочла не думать об этом.