Чтение онлайн

Стоп. А что я вообще знаю о метаморфах? А знаю я всего лишь два факта (зато каких!): факт первый - метаморфы могут принимать произвольное обличье и часто промышляют наемничеством, факт второй - Игнат мне как-то сказал, что в той злосчастной переговорке, где я попался людям из корпорации «Вира» на глаза, один из присутствующих чинов «Виры» был как раз метаморфом.

Чертовы ублюдки! Но сейчас не время отвлекаться, думаем дальше!

А что было потом? Потом я дал отпор этой твари, пусть и не фатальный отпор, но дал! После чего, почти сразу в мою квартиру

ворвалось еще одно существо. Почему сосед Толик стал вдруг существом? Да потому что про таких вот отморозков мне Игнат тоже рассказал!

Предельцы! Именно так он их назвал. Те, кто пожирают саму сущность чужого дара. Жаль, что он не раскрыл эту тему подробнее, очень жаль!

Стук закрывшейся двери на лестничной площадке отвлек меня от анализа ситуации. Я бегом проскочил коридор и выбрался на лестничную площадку, чтобы вперить взгляд в только что закрывшуюся дверь Толика.

Ну, я в общем-то и не сомневался, что полет с девятого этажа не сильно ему повредит. Нужно решать, что делать с этим созданием. Но, пожалуй, решать буду не я. Сдам его той же Ледяной смерти, к примеру. Пускай работает!

Да и некогда мне что-то решать! Приложение добросовестно доложило мне о том, что через пять минут к моему дому подъедет синий шевроле лачетти. Замечательно.

Быстро подскочив к гардеробному шкафу, достал свой старый-добрый рюкзак и начал лихорадочно собираться. Сюда я вернусь еще не скоро. Надеюсь…

До нужного адреса такси домчалось примерно минут за сорок. Пришлось даже приплатить таксисту немножко сверху, для ускорения.

Пулей вылетев из машины я на ходу попытался вспомнить подъезд друга. Да, у людей так бывает: этаж помню, цвет двери помню и даже ее расположение на лестничной площадке тоже помню! А вот подъезд нет.

Ну да это не проблема, с ключом от домофона. Методом проб и ошибок я весьма быстро отыскал нужный мне подъезд. Как оказалось, Григорий проживает в третьем подъезде. Дожидаться лифта я не стал, да и этаж всего-то четвертый.

Уже перед дверью я попытался отдышаться, одновременно с этим вдавливая до предела кнопку звонка. Не помогло.

Что же, тогда я войду сам, провернув ключ в замочной скважине, я немного подержал руку на дверной ручке, как бы решаясь войти. Ну, перед смертью же не надышишься, так вроде?

Рывком распахнув дверь я оглядел прихожую, точнее попытался. Света не было и где он тут включается я не знаю. Точнее не помню. Пришлось включить фонарик на смартфоне.

Открывшаяся картина откровенно меня напугала – повсюду следы борьбы: осколки от разбитого зеркала устилали весь пол в прихожей; обувь раскидана, а у шкафа-купе проломлена дверь. Чертовски плохие признаки. Чертовски.

Аккуратно ступая по осколкам зеркала от шкафа, я достал припрятанный нож из кармана куртки и подвесил его в воздухе рядом с правым плечом, но так, чтобы периферийное зрение отчетливо фиксировало парящий нож. Практично получилось!

Вот так медленно продвигаясь я и обыскал все 3 комнаты и кухню. Ничего. Осталось дело за малым. Проверив туалет, я чуть выдохнул, втайне надеясь, что и в ванной я

ничего не найду. Тогда это бы значило то, что Гриша все-таки покинул дом, возможно даже отправился в госпиталь, ну или в полицию. Придется обзванивать ближайшие учреждения и ехать к нему. Ну это уже частности!

Но уже поднося руку к двери в ванную комнату я отчетливо понял, не будет никакой полиции. Да и госпиталя тоже не будет. Предчувствие ясно дало понять – тебе туда ходить не стоит, Артем. Развернись и беги. Беги и размазывай слезы и сопли по щекам. Беги и будешь жить, Артем.

Сжав зубы до состояния «еще чуть-чуть и пора к дантисту», я медленно повернул дверную ручку… Чтобы тут же отшатнуться от нестерпимых запахов гари и жженой химии.

Дернувшись назад, я отошел в соседнюю комнату и открыл настежь окно. Свежий воздух…

Так и не поняв, чем это там так смердит, я задержал дыхание, прикрыл нос рукавом и прошел в ванную комнату…

От дикой вони у меня заслезились глаза и, наверное, поэтому я не сразу заметил то, что лежало в самой ванной.

— С-с-суки. — сдавленно прошипел я сквозь рукав.

Да какой к чертям рукав?! Бросившись к ванной, я навел луч света из смартфона на то что…лежало…лежал? Рвотные позывы не замедлили явиться, но за неимением пищи в желудке им пришлось отступить.

В очередной раз судорожно дернувшись, я обессилено оперся рукой о ванну и смотрел… Смотрел на почерневшие от огня и сажи человеческие останки.

Я брел по ночному городу, совершенно не различая дороги перед собой. Провожая мутным, бессмысленным взглядом редких ночных прохожих, я пытался хоть как-то прийти в себя и начать мыслить трезво.

Чертовы ублюдки. И это был самый ласковый эпитет, которым я наградил всю корпорацию «Вира» в общем, и одного долбанного Юлиуса частности. В своих озлобленных фантазиях я рвал их телекинезом на куски, скидывал их с двадцатого (и выше) этажа и делал еще много разных и крайне неприятных для них вещей. Одним словом, вы своих фантазиях я мстил!

По какой причине и какому праву они устроили такой беспредел? Для меня это непонятно! Неужели какая-то жалкая информация о связях корпорации с клиникой «Возрождение» стоит человеческой жизни?

Ах, денежные транши переводили в клинику «Возрождение»?! И что с того? Это же попросту смешно! Тогда в расход нужно пускать целую плеяду специалистов из нашего банка. И систему отчетности заодно!

Значит, все-таки, не только информацию о денежных переводах смог достать мой друг. Но тогда что именно он накопал?! Я выясню это сам. Ради памяти о Грише! Хорошем человеке и надежном друге! Моем друге!

И я не забуду того, что они сделали с ним. Не забуду сгоревшей начисто эмали и оплавленных краев ванной, в которой моего друга сожгли заживо. Не забуду контур наручных часов, слитых теперь в одну стальную массу и застывших на его левой руке. Я нихрена не забуду!