Технобойня
Шрифт:
– Начну я с заявления о том, что операция прошла успешно, все участники возможного саботажа были уничтожены. И доказательства находятся у меня в пакете.
– Уничтожены? Это не радует! Разве в уставе не написано: "Любой объект, находящийся в городе, имеет высокую ценность, и за их сохранность отвечают агенты"?
– Простите, но при погоне они спрыгнули с крыши. Я ничего не смог поделать.
– Предложи нам доказательства, что опасности больше нет, - сказал один из участников совета. В центре зала появилась небольшая площадка, на которой стоял стол со светящейся панелью.
"Проверяют", - подумал Статист.
Странный металлический звук раздался откуда-то справа и двое пришедших повернулись. Ничего не произошло, но лампочка в той стороне начала подмигивать.
– Что можно предпринять, чтобы подобных случаев больше не было?
– Стоит улучшить программное обеспечение моделей и вводить в их головы датчики нового поколения, - спокойно отвечал Статист.
– Сколько лет тем фильтрам, которыми мы пользуемся на данный момент?
– Они были впервые использованы около двухсот лет назад.
– Что изменилось с тех пор?
– Лишь то, что с того момента их количество выросло и терпимость к внешним воздействиям не улучшилась.
– Что вы можете предложить нового?
– Я считаю, что время этих фильтров давно ушло. Несмотря на то, что процент эффективности данной модели оптимизаторов очень высок - девяносто семь процентов, - хотелось бы увеличить их эффективность до ста. Так мы решим выход из строя всех старых моделей. На днях я обнаружил сорняковую модель, датированную тысяча девятьсот восемьдесят седьмым годом. Безусловно, фильтры меняются каждые полгода, но, сколько сил уходит на замену и производство. Нам нужен фильтр, который будет установлен раз и навсегда.
– Статист гордо приподнял подбородок, ожидая похвалы.
– Помните ли вы для чего стали нужны подобные фильтры?
– послышался женский голос впереди. Одновременно замигал свет.
Голоса, словно экзаменаторы подбирали вопросы, касающиеся истории возникновения их строя.
– Фильтр был изобретен человеком по имени Ардашев Геннадий Павлович, для того, чтобы первый из разумных роботов мог слушать речь и повиноваться приказам. В данной сфере Иван Гаврилович является "толкователем". Именно его слушает большинство моделей города. По моим данным в городе всего несколько толкователей, но точное их число мне неизвестно.
Свет неожиданно потух и примерно в полуметре от того места где находился мгновение назад стол, появилось изображение. На нем был город, тот самый, где в этот момент находился Илья, Роман, Иван Гаврилович и любой другой. Это была хронология, с отчетом времени. Годы щелкали, словно секунды и с каждым разом облик города становился все унылее. Промотав изображение до текущего года, картинка исчезла.
–
– Голос был рассержен. Басистый и с легкой хрипотой, он барабанил по ушам.
– Нам не выполнить возложенное на нас бремя, если так и дальше пойдет. Ответь! Где сейчас модели, от которых ты оторвал эти фильтры?
– На технобойне!
– пожал плечами молодой человек.
– Ты помнишь, какова была наша цель изначально?
– поддержал другой голос.
– Конечно, помню, это записано в кодексе.
– Все, что происходит в этом городе, записывается в Книге Времен. Сегодня, когда мы отступили от начальных планов, должны избрать новый путь, которого следует держаться следующие годы.
– Небольшая пауза.
– Каким ты видишь наше будущее? Каким образом бы ты его хотел изменить? Какие планы у тебя в голове?
– Думаю, стоит придерживаться плана о применении купола над районами сорняков. Таким образом, мы полностью отрежем гнетущее воздействие бедных районов и ...
– Ты видимо не понял, о чем тебя просят!
– оглушительный крик.
– Мы говорим о тотальном решении дела. Ведь мы не зря говорили тебе о том, что многое изменилось. Зачем нам отделять сорняков? Зачем нам вообще еще один купол?
– Статист был ошеломлен, услышав упоминание об "еще одном куполе". В голове его родилась идея о том, что, возможно какой-то из районов уже отрезан от мира, но об этом он узнаёт только сейчас.
– Пора лишить жизни тех, кто не достоин ее. Мы слишком долго тянули с этим решением, но пора взглянуть правде в глаза и понять, что они нам не нужны и никогда не были нужны... Наша миссия давно провалилась, а срок скоро подойдет к концу и мы уничтожим этот город.
Продолжил другой голос:
– Если случится хоть какой-нибудь конфликт, если произойдет, хоть еще один отказ оптимизирующего фильтра. Если хоть что-то пойдет не так, то этот город вспомнит, что такое План "Гнев".
– Где тела убитых?
– вновь повторился вопрос.
– В технобойне, в данный момент их, скорее всего уже разобрали на части.
– Отлично, их детали подойдут для Проекта "Гнев". Вы свободны... оба!
– Повысилась громкость голоса.
Иван Гаврилович с хмурым видом вышел в коридор. Он знал все о Проекте "Гнев" и помнил опасности, которые он в себе таит. Для него была не приятна даже мысль о последствиях плана Совета. Старик был категорически против подобных мер, но он не играл никакой роли и он это точно знал, потому что, если не он будет выполнять свою работу, то всегда найдется другой, кто сможет справиться со своими переживаниями и склонит голову пред теми, кому служит. Он часто поглядывал на своего статиста. Ни слова не говоря, старик продолжал идти к выходу, понимая, что скоро в этом городе многое изменится.
Сам Статист был ошеломлен и обескуражен тем, что от него скрыты некоторые детали общественной и политической жизни города. Ни о каком Плане "Гнев" он не слышал. Впервые же он узнал о существовании купола, возможно даже нескольких, только сейчас. Из названия плана он понял, что ничего доброго он в себе не несет. Но в то же время Статист понимал, что, если план будет принят, все следы его заговорщических действий будут смыты. Это несказанно радовало молодого человека. Он видел в этом выход всех проблем. Старик не заметил едкую ухмылку на лице Статиста. Он просто шел и думал, что скоро этому городу придется несладко.