Технобойня
Шрифт:
Едва добравшись до туалета, Роман начал умываться, пытаясь привести себя в порядок. Беспорядочные мысли витали в голове, не давая мыслить рационально, но лишь одна из них выделялась среди прочих. Мысль о том, что никакого похода в районы для бедных не будет. Это было так странно, ведь до разговора с Иваном Гавриловичем, Стеклов был твердо уверен в правильности своего решения. Холодная вода чуть обжигала кожу рук и лица. Морозные мурашки поползли по спине, высасывая из каждой поры капельку пота. В голове возникла новая волна помутнения. Роман упал на пол и ударился левой стороной лица.
Он осторожно поднялся и, не внимая ничему вокруг, попытался разглядеть, что случилось с ухом. Он повернул голову и увидел жирную кровавую змею, выходившую из уха. Салфеткой он убрал кровь, и первым же решением стало, что он порвал барабанную перепонку, но слышал он отлично. Но более никаких предположений не было, и на тот момент вариант с барабанной перепонкой оставался, казалось, единственно верным. Звон в ушах после удара уже немного успокаивался. Челюсть с трудом, но двигалась. Он попытался рассмотреть, что находится в ухе, но, не сумев этого сделать, мизинцем промокнул салфетку водой и прочистил ухо от крови. Вид у Стеклова был не из лучших. Что-то изменилось. Теперь он снова мог поспорить с кем угодно, что пойдет до конца, чтобы попасть туда, куда хочет. Он встряхнул головой, несколько раз махнул руками, будто занимаясь зарядкой. Становилось лучше. Еще раз, окропив лицо холодной водой, Роман осмотрел себя. Капля крови на воротнике рубашки могла выдать его. Роман поднял воротник пиджака и легким шагом вернулся в зал ресторана.
Все та же приятная обстановка встретила дорогого клиента.
Иван Гаврилович, не обращая на сидящих рядом людей, осторожно, аристократически ел легкий салат и запивал красным вином. Роман подошел и, глядя сверху вниз, стал ожидать, когда старик обратит на него внимание.
– С тобой все в порядке?
– осматривая подопечного, поинтересовался Иван Гаврилович. Его взгляд был необычайно спокоен.
– Присаживайся, не стой над душой.
Роман знал, что старик оказывает на него странное воздействие, не поддававшееся объяснению, но просто уйти было нельзя. Это показалось бы странным. Он присел и начал разглядывать меню.
– Я так подумал и кое-что решил. Взгляни на меня, - произнес лысенький старичок.
Роман поднял взгляд. Его озарила вспышка света. Некоторое мгновение он не мог ничего видеть. В это время голос Ивана Гавриловича возник возле уха и начал шептать:
– Забудь все что было. Забудь свое имя. Забудь свой статус. Забудь свой дом. Забудь своих родных. Теперь тебя зовут Игорь. У тебя есть сестра Алена...
– Многое из того, что говорил старик, казалось сумасшествием. Он закладывал новую информацию в мозг.
Роман открыл глаза. Все было по-прежнему. Он помнил, как его зовут, помнил все до последней детали. Гипноз старика не сработал, подумал Роман.
– Что с тобой случилось, Игорь? Ты потерял сознание.
Роман чувствовал себя неуютно. Руки
– Сколько я был без сознания?
– решил подыграть Стеклов
– Минут пять, не меньше. Я начал беспокоиться. Я даже позвонил твоей сестре Алене, она скоро будет здесь.
"Не понимаю, что происходит, - твердил внутренний голос.
– Но, что бы это ни было... Я в полной заднице". Роману стало необычайно страшно находиться в одной компании с этим человеком. Старик смотрел на него пристальный и отчасти дьявольским взглядом, изучая ответы, словно некий сотрудник, допрашивающий пойманного шпиона.
– Ты хочешь воды?
– Спасибо за предложение, но я, пожалуй, пойду, мне пора, чувствую себя уже намного лучше.
Роман потянулся за портфелем и воротничок рубашки с кровавой кляксой оголился. Послышался звон бьющейся посуды, где-то в дальнем углу. Иван Гаврилович резко отвернул голову, не увидев следов крови. В это время Роман взял портфель и направился к выходу, чтобы поскорее выйти из этого места и вернуться домой.
– Так мы с тобой договорились? Ты никуда не идешь?
– почти кричал старик.
– Не понимаю о чем вы, - решил дальше играть свою роль Роман.
Стеклов на прощанье кивнул. Еще несколько мгновений отделяли его от выхода, как неожиданно он почувствовал тяжелую руку у себя на плече и повернулся. Иван Гаврилович открыл рот, чтобы повторить свой вопрос, но замялся. Протянул руку к голове Романа и повернул ухом к себе. Зрачки его глаз в этот же момент сузились, и он насупил брови.
– Что с твоим ухом?
– Не знаю, я был без сознания и ничего не помню. Мне действительно пора, простите меня.
Роман резким движением вырвался из рук Ивана Гавриловича. Но тот схватил его за руку и вновь спросил:
– Ну, так мы договорились? Ты никуда не идешь?
– Да-да, - торопливо отвечал Стеклов.
Молодой человек медленно пошел к выходу, боясь преследования.
Иван Гаврилович, что-то заподозрив, окликнул:
– Как Илья?
– С Ильей все в поряд...
– Роман проговорился. Теперь нужно бежать. Бежать, как можно быстрее. Но куда? Куда бежать, если старик знает, где он живет? Бежать некуда! Только домой! Мой дом - моя крепость. Стеклов решил, что его там никто не сможет достать, и он сможет всегда уйти через черный выход, о котором знал только он.
Старик остался один у дверей, погруженный в пагубные для Стеклова мысли. Ноздри расширились, а веки тяжело опустились, показав всю горечь сложившейся ситуации. Огромный кулак тяжело сжался. Глубокий вдох и выдох. Иван Гаврилович достал из внутреннего кармана пиджака мобильный телефон и по памяти набрал недлинный номер. Два гудка и в трубке раздался мужской голос.
– Советник, это Иван. Доверенный мне Тысяча триста тридцать шестой вышел из строя и желает направиться в бедные районы. Запрашиваю поддержку для его стерилизации или же полного уничтожения.