Чтение онлайн

— А Грановскому плевать! Он перетасовал текст пьесы и сделал их молодыми, — возмущалась Наташа. — А почему Анька Железняк может играть роль жены, а он не может играть роль Германа?! Они ровесники, учились на одном курсе, та через постель Грановского стала звездой, а Димка произносит только одну фразу: «Кушать подано!».

— Не утрируй, Наталья. У меня есть роли. Не главные, но есть. И я считаю, что все уже кончилось. Не может убийца поставить себе цель убить всех артистов. Полная бредятина! А вы как думаете, Александр Иваныч? К театру уже не подберешься. Там на каждом шагу охрана.

— Я бы не был уверенным на все сто процентов. Ты попал под прессинг режиссера? Тебя он тоже шантажировал?

— Да вовсе нет!

Как раз Анька мне и сказала, что он обзванивает театры в поисках артистов. Я сам подошел к Антону Викторовичу и предложил ему попробоваться на роль Германа. Он долго и оценивающе меня разглядывал, а потом своей пищалкой произнес: «А почему бы и нет! В конце концов, Колодяжный еще не Шекспир, и может подвергаться корректировкам». На послезавтра назначена репетиция.

— Ну что я говорила! — возмутилась девушка. — Сам напросился! Сумасшедший! На роли Германа двое ведущих артистов голову себе свернули в полном смысле этого слова. Он тоже решил записаться в покойнички.

— Нельзя жить с дрожью в коленях. Не могу я больше валять дурака в театре. Либо работать, либо менять профессию. А тут прямая дорога в главную лигу и на гастроли. На следующий год намечены Германия, Швеция и Швейцария. Да об этом никто из нас и мечтать не мог! Одна только Анька попала в главную лигу, и ты уже сказала почему.

— Постой, Дима, — перебил его Трифонов, — что-то я не понимаю. Ты театр путаешь с футболом. О какой лиге идет речь?

— О гастрольной, дядя Саша! — нервничала Наталья.

— Ну да, — подтвердил молодой артист, — Грановский сторонник компактных и мобильных гастролей. Реклама запускается за месяц до приезда театра в город. На раскрутку бросаются большие деньги, а потом приезжает «Триумф» с двумя-тремя спектаклями, где задействовано минимум действующих лиц и декораций. Сейчас в театре три таких спектакля: Уильям Гибсон «Двое на качелях», Теннесси Уильяме "Трамвай «Желание» и Фридрих Дюрренматт «Играем Стриндберга». Теперь для разбавки он решил взять русский детектив. В «Тройном капкане» занято шесть человек и действие происходит в одной комнате. Он умышленно использует декорации из спектакля «Двое на качелях», и актерский состав из гастрольной лиги.

— Можно немного поподробней об этом составе? — заинтересовался Трифонов.

— Все наши звезды, девять человек. Все они и играют в этих спектаклях…

— Ты хочешь сказать, играли! — поправила Наташа.

— Да, конечно. Ольшанский, Хмельницкая, Костенко, Леско, Горобец, Фартышева, Драгилев, Птицын и Анька Железняк.

— Шестерых уже нет, — напомнила девушка.

— Знаю, хватит меня за язык хватать. Вы понимаете, Александр Иваныч, если мне дадут роль в «Тройном капкане», то я автоматически получу роли в "Трамвае «Желание» и в «Двое на качелях». Ведь больше девяти человек Грановский на гастроли не возьмет. Арифметика очень простая. Существует так называемая выездная бригада, где есть постоянный состав артистов, способных друг друга подменять, все при деле и пьесы лучшие из мировой классики. Ну какой идиот откажется от таких ролей! Плевать мне на маньяка. Такой шанс упустить нельзя. Я всю жизнь себе этого не прощу. А тут еще такие страны в гастроли включены! Швейцария! Лучший в мире климат. А публика?

Трифонов улыбнулся.

— А я-то удивлялся, как это Наташа определила, что вместо Фартышевой будет играть Леско!

— Так у Грановского выбора не было. По мере убывания, извините за бестактность, он заменял погибших актеров из выездной девятки. Никто и не надеялся попасть в списки претендентов на какую-нибудь роль.

— Живых осталось трое. Значит, ему понадобится еще шесть человек? — спросил Трифонов.

— Если он меня утвердит, то пять. Я думаю, он их найдет. Но спектакль не снимет. Министерство культуры уже утвердило репертуар гастролей за границей.

— Вот почему Грановский так настырен, — сделал

заключение Трифонов.

— Во всяком случае, он выбывает из числа подозреваемых, — уверенно заявила Наташа. — Кому нужно рубить сук, на котором сидишь, и репетировать целыми днями впустую?! Работал, работал, а артистов взяли и придушили. И начинай все сначала.

— Ну а чем интересны эти самые гастроли? — спросил Трифонов. — Вы и раньше выезжали за границу?

— Один раз ездили в Данию с "Трамваем «Желание». Три года назад. Потом появились и другие спектакли. Побывали с ними в Питере, Сочи, Клеве, Владивостоке и Тбилиси. Согласитесь, тоже ведь не какой-нибудь Пердищенск — города с большой буквы! Двойной оклад, и на всем готовом. Конечно, такие поездки устраивает Грановский-старший. Уж он-то везде договориться сможет. И все это за два года благодаря мобильности и изворотливости. Питер, Киев и Владивосток — прошлым летом, Тбилиси, Сочи, Пятигорск — в позапрошлом году.

— Пожалуй, ты прав, Дмитрий. Я бы на твоем месте тоже не устоял перед соблазном, — задумчиво протянул Трифонов.

— И вы, дядя Саша?! — возмутилась девушка.

Птицын решил окончательно и бесповоротно, что больше он порога театра не переступит. Плевать он хотел на деньги и на карьеру! Ни то ни другое покойнику не нужно. Всю ночь он думал и ни на минуту не сомкнул глаз.

Впервые за последние два года ему захотелось выпить, но он боялся. Никто в театре не знал, что Птицын, приглашенный Грановским из калужского театра в Москву, был гиблым алкоголиком. Возвращение в столицу, где жила его мать, значило для него возвращение к жизни. Грановский не просто приглашал его в театр, а предлагал роль Антония в «Клеопатре» и зарплату, о которой он и мечтать не смел. Вот тогда он вспомнил, что ему тридцать восемь лет и жизнь можно начать заново.

Вернувшись в Москву, первым делом Сергей Птицын закодировал ся от пьянства. Он не очень верил в чудеса, но очень хотел бросить пить. У него получилось. То ли врачи оказались волшебниками, то ли он сам сумел собрать силу воли в кулак, но с выпивкой Сергей завязал.

В Театре «Триумф» он чувствовал себя уверенно и как актер, и как человек. В труппе отсутствовали громкие имена известных артистов. Грановский, приехавший сам с периферии, боялся именитых мастеров. Он пошел собственным путем. Подобрал таланты из других городов для основного состава, делая некоторые исключения, а во вспомогательный состав приглашал выпускников театральных вузов. Первые его лозунги гласили: «Мы докажем Москве, что настоящие театры и артисты — это не звезды, а духовность!» Надо сказать, Грановский сумел выйти со своим театром на передовые рубежи, но благодаря брату-миллионеру и приглашенным режиссерам для постановки очередных шедевров. Сам он ставил мало и больше времени уделял хозяйственным и коммерческим делам.

За пять лет существования «Триумф» создал свой репертуар из двадцати спектаклей. Актеры работали на износ, но не жаловались. Ни один актер с громким именем не получал столько, сколько обычный артист в «Триумфе». И это также подчеркивалось при каждом удобном случае. Все шло как нельзя лучше, пока не прогремел первый выстрел.

Колокол возвестил о падении новой театральной империи. Мечта не может существовать долго, мираж есть мираж, он недостижим и неосязаем.

Два года назад мать Птицына умерла, и он остался жить один в небольшой, но уютной квартирке. Под Москвой имелась небольшая дачка с печкой, но после смерти матери он туда ни разу не ездил. Строил ее еще покойный отец, так и не дослужившийся до генерала, но хозяйство вести умел и материалы доставать через воинские ведомства тоже. Сруб получился добротным, но Сергей не любил отдых на природе, предпочитая веселые вечеринки в компании молоденьких девушек, где поднимал остроумные тосты с бокалом, наполненным безалкогольным шампанским.