Тайны прошлого
Шрифт:
«Блаженны не видевшие, но уверовавшие», — всплыло в его памяти и он стал вести себя так, будто видит защиту стоящую за своей спиной.
— Христиане не заключают сделок с демонами! — твердо ответил Виталий.
Жрец расхохотался, все больше удивляясь столь неожиданному противнику в лице этого ничего непредставляющего из себя мальчишки. Но за тысячелетия он уже научился понимать, что внешность может быть обманчива.
— Мальчишка, ты даже не знаешь, какие сделки были заключены с такими, как ты. Не имея веры для получения чуда от Бога, многие взывают к глубинам ада, мгновенно получая
Вся эта долгая жизнь от сотворения и до последнего вздоха земли — постоянное соперничество добра со злом. Ты не первый и, я точно знаю, не последний. Я не прошу тебя продавать душу. Наоборот, я отдаю тебе души твоих друзей взамен на простую книгу, которая тебе не принадлежит.
— Хорошо, я отдам тебе книгу, но не раньше, чем увижу друзей и родителей на другом берегу.
— Не соглашайся! — заорал Арбахан. — Ты обещал отдать их мне.
— С тебя хватит и девы цвета тьмы. А с ними я сам буду разбираться, — хладнокровно ответил Киранез.
— Откуда ты знаешь, что он не обманет тебя? Как только они достигнут другого берега, то их без боя уже не отнять, ты же сам не хотел начинать битву.
— Я просто сказал, чтобы ты придержал драконов до нужного момента. И потом я знаю, когда люди лгут! От них исходит приятный гниющий запах греха, от него я такового не чувствую.
Жрец еще раз посмотрел на Виталика, будто убеждаясь в том, что делает правильный выбор, отпуская заложников, и подал знак Станиславу и прихвостням Арбахана.
Ступая осторожно шаг за шагом по гигантскому дубу, сами того не понимая, родители Виталика и Ирина с Олегом оказались под защитой тысячной армии невидимых существ…
Увидев, что заложники скрылись в сияющей белизне небесных духов, жрец стал требовать своего.
— Доволен? А теперь давай сюда книгу!
— Хорошо, — Виталик боялся, что следующая фраза может разозлить демона, и поэтому произнес ее как можно осторожней, с опаской посматривая вслед ушедшим заложникам, — она в моем школьном рюкзаке, а его я оставил на том берегу, когда нам пришлось спускаться в этот ров.
— Я же тебе говорил! — негодовал Арбахан.
— Ты решил меня обмануть? — жрец менялся на глазах, злоба исказила его лицо, а глаза засветились ярким огнем презрения и ненависти.
— Я же сказал, что отдам тебе книгу, значит отдам, только мне нужно сходить за ней.
— Этому не бывать! — гнев распирал его грудь, ноздри и череп, из которого медленно выползали, заворачиваясь дугой два рога. — Никто еще не смог обмануть Сипталеха. Ты встретишься с моей яростью, которая страшнее ада.
Одежда жреца разлеталась в клочья и перед Виталием уже стояло человекоподобное существо, с огромными рогами
Но чем страшнее становился враг, тем ясней Виталий стал замечать какой-то свет вокруг острова Арбахана. Набирающая силу тьма не могла поглотить света, исходящего, как казалось, отовсюду. Что-то начало меняться… и вот, он словно прозрел…
Войско ангелов, которое ждало одного неверного шага со стороны демона, чтобы кинуться в бой, открылось глазам Виталия.
— Ты сам не знаешь, что украл, — шипел уже не «знающий тайное», а мститель — Сипталех.
— Я обещаю, если ты разрешишь мне сходить на тот берег, я верну тебе книгу, она нам ни к чему. С тех пор как она попала к нам, у нас только одни проблемы.
— Как я могу знать, что ты не сбежишь от меня? — слова словно рокотали в его горле, проскальзывая меж клыков вместе с язычками пламени.
Но Краснов уже слышал, как шелестят блистающие одежды, как рассекают воздух огромные белые крылья, как звенят мечи вытаскиваемые из ножен, и как затаилось дыхание перед боем у небесной армии, пришедшей на помощь.
Весь страх прошел. Чувствуя себя под защитой даже на этом берегу, он понимал, что Бог дорожит его жизнью, и каким бы страшным не становился жрец — Виталика больше не запугать.
— Ты сам говорил, что твоих людей по миру много, ты сам рассказывал о власти, которая у тебя есть. Что тебе мешает найти меня потом, если я тебя обману?..
— Складно говоришь… — рычал демон, — если ты меня обманешь, я тебя найду, и ты сам будешь молить меня о смерти, но я тебе не подарю ее. Я знаю, как продлевать мучение на годы и десятилетия… И ты узнаешь об этом, если только я замечу подвох с твоей стороны.
— Оставь свои угрозы для других, — мужество меняло Виталия на глазах.
Хотя он был все тем же щуплым, ничтожным и грязным мальчишкой на фоне свирепого, извергающего пламя монстра, внутри он держался подобно витязю из русских былин, который только и ждет, чтобы потягаться силами с нечистью.
— Не позволяй ему! — пытался вразумить Арбахан, — Я их знаю! Поверь мне! Ты ведь помнишь, как они поступили со мной! Прикончи его! Наших сил хватит удержать сопротивление!
Но жрец уже все решил. Он издал пронзительный звук, и с неба, словно огромная птица, спустился крылатый арабский жеребец — вечный спутник Киранеза.
— Садись на моего коня, он перенесет тебя на тот берег и вернет обратно. Если ты будешь играть не по правилам, он столкнет тебя в пропасть. И скажи своим пернатым друзьям, чтобы они не прикасались к нему.
Виталий подошел к диковинному коню — злому, как бешенный пес и дикому, как мустанг, но одного взгляда жреца хватило для того, чтобы он склонился и предоставил спину наезднику. Кожа — грубая, как гранит, волос — толстый, как проволока, глаза — как бездонная тьма. Подкованный черной сталью конь походил больше на готический памятник, а не на живое существо.