Тайники души

Выражаю сердечную благодарность моим преданным коллегам по писательскому ремеслу:

Флоренс Энглин, Джою Боканегра, Клео Лэмпосу, Джейн Рубьетте, а также

Шарлотте и Джорджу Гэтчеллам, владельцам яблочных садов Гэтчелла, расположенных в городе Сент-Джозеф, штат Мичиган. А также искренне благодарю

Тома и Лорель Мак-Грат за то, что познакомили меня со Жмуркой.

Линн Остин – автор нескольких художественных произведений. Роман «Eve’s Daughters» был удостоен премии «Серебряный ангел». Также Линн написала серию книг под названием «Chronicles of the Kings». Помимо писательской деятельности, Остин известна также публичными выступлениями на различных конференциях и лекциях перед прихожанами и на обучающих семинарах. Линн живет с мужем и тремя детьми в штате Иллинойс.

Говорят, у каждого человека есть ангел-хранитель. Я никогда не нуждалась в нем так сильно, как после смерти Фрэнка Уайатта. Фрэнк был моим свекром и последним взрослым представителем клана Уайаттов.

Именно Бетти, тетя моего мужа, внушила мне мысль об ангелах-хранителях. Она пообещала молиться, призывая ангела мне в помощь.

Последний раз я раздумывала об ангелах много лет назад, посещая воскресную школу в одном из многочисленных маленьких городков, где папочка и я останавливались проездом во время наших странствий.

Если мы воскресным утром вдруг проезжали мимо церкви, папочка всегда заботился о том, чтобы я посетила службу.

В то воскресенье я была в методистской церкви где-то в штате Миссури и пожилая, седовласая, небольшого роста учительница сказала, что мы должны развлекать незнакомцев, потому что один из них может оказаться ангелом. Она так и сказала: «Развлекать». Я тогда подумала, что мы устроим представление – будем жонглировать шарами или покажем смертельный номер. И недоумевала: как такая сгорбленная, вся в морщинах старушка вообще может кого-то развлечь?

После того как Фрэнк Уайатт упокоился с миром на фамильном кладбище рядом с женой и двумя сыновьями, я начала надеяться, что Господь ответит на молитвы тети Бетти и вскоре мне действительно явится ангел и поможет со всем справиться.

А волноваться о том, как его развлечь, я начну, когда он доберется сюда.

– Что ты теперь будешь делать, Элиза?

После похорон мне задавали этот вопрос снова и снова, и я не знала, как на него ответить. На самом деле они хотели

спросить: «Как хрупкая молодая женщина с тремя маленькими детьми сможет управлять таким большим имением – Садами Уайатта?» Особенно учитывая то, что я все эти десять лет не ступала на территорию плодовых садов. Конечно, люди не знали моего прошлого, в Дир Спрингсе его никто не знал, даже Сэм – мой бедный покойный супруг. Мне было слишком стыдно рассказывать кому-либо о своем происхождении.

Но это не мешало соседям продолжать задавать вопросы. Алвин Грир был одним из любопытных.

– Что вы собираетесь делать теперь, после смерти Фрэнка, миссис Уайатт?

Я наполнила чашку кофе и протянула ему, игнорируя вопрос. Разве не понятно, что и часа не прошло с тех пор, как я похоронила свекра, и мой дом полон соседей, которые пришли, чтобы отдать дань уважения покойному, и у меня просто еще не было времени подумать?!

Наверное, нет; мистер Грир не собирался сдаваться.

– Вы знаете, кому поручить управление Садами Уайатта весной? – спросил он.

Я наполнила еще одну чашку кофе и предложила ее преподобному Диллу, который стоял в очереди за угощением рядом с мистером Гриром. Руки у меня дрожали.

Давным-давно я заметила, что если сразу не отвечать на заданный вопрос, то большинство людей нервничают и сами заполняют возникшую паузу, обычно предлагая собеседнику советы. В этот раз первым заговорил преподобный Дилл.

– Ваши родственники живут где-то неподалеку, миссис Уайатт? Мы можем за ними послать? По-моему, я не слышал, откуда вы приехали в наш город…

– Вам добавить сливок в кофе, преподобный отец? – спросила я, протягивая священнику молочник и снова пропуская вопрос мимо ушей.

Преподобный Дилл покачал головой.

– Нет, спасибо, я пью черный. Вы родом не из Дир Спрингса, не так ли?

– Нет.

Я сделала вид, будто очень занята раскладыванием чайных ложек и наполнением сахарницы. Откуда родом я и моя семья, его совершенно не касалось.

Последние десять лет это просторное сельское жилище со старой мебелью и выцветшими обоями было моим домом. Трое моих детей и я имели право здесь жить вместе с Фрэнком Уайаттом и его сыном Сэмом или без них.

– Конечно, сейчас речи не может быть о том, чтобы кто-то согласился купить такое имение. Теперь, когда страна погрузилась в депрессию, банки не выдают ссуд, – добавил преподобный отец.

– Да, но миссис Уайатт не может управлять здесь всем одна! – В тоне мистера Грира сквозило раздражение.

Я отступила немного назад и извинилась, сославшись на пустой кофейник. Пускай они вдвоем спорят о моем будущем, если оно настолько им интересно. Но тут тетя моего мужа, Бетти, преградила мне путь к отступлению. Ее пальцы сжали мою руку, словно тиски.

– Ты игнорируешь этих сплетников, не так ли, лапочка? – прошептала она. – Я обычно поступаю так же. Если ты ведешь себя немного странно, то прослывешь глупышкой и все оставят тебя в покое.

Тетя Бетти напоминала мне ручного попугая. Ее нос торчал совсем как клюв, и везде, куда бы она ни пошла, она суетилась, словно маленькая веселая птичка. Тетя была пышечкой совсем небольшого роста. Ее макушка, увенчанная пушистыми седыми волосами, едва доставала мне до подбородка, а я сама была никак не выше среднего роста.