Тайна понтифичи

Посвящается нашей лабрадорихе Басе.

Так любить умеют только собаки

Чем больше я узнаю людей,

Тем больше мне нравятся собаки

Генрих Гейне немецкий поэт

Часть 1

УБИЙСТВО В СОЛЯНОЙ КОМНАТЕ

Медицинский детектив

(Рассказывает собака-расследователь лабрадор ретривер ДЖЕКИ)

–

А вы знали, что мозг пятилетнего лабрадора развит так же, как мозг пятилетнего ребенка? Знали? А вот и нет. Это полная ерунда. Сообщаю вам как лабрадор шести лет. И соображаю я куда лучше пятилетнего ребенка, а иногда даже лучше своего хозяина, которому уже далеко за сорок.

Меня зовут Джеки ( понятно, что в честь Джеки Чана) а хозяина Борис. Мы с ним живем в скромной однушке на окраине Вильнюса. Живем вдвоем. Когда то у хозяина была семья – жена и дочка. Он приходил домой с работы и от него пахло машинным маслом, порохом и еще чем то опасным. Потому что Борис служил в полиции в отделе расследований убийств. Но настало время, когда к этим запахам примешались другие. Стало от Бориса пахнуть женщиной. Но не женой. Причем запах такой сильный, наглый, откровенный. И в самых разных местах. Вобщем эта женщина знала, чего добивалась.

Так пару недель попахло, а через месяц жена подала на развод.

Вот мы с хозяином и оказались в этой однушке с видом на старую телевышку .Райончик, кстати, в городе не самый привлекательный.

Собаке с человеком вдвоем жить хорошо. Утром мы гуляем, затем хозяин уходит на работу и бывает так, что возвращается он только на следующее утро. На этот случай у меня в углу есть пачка старых тряпок. А иногда выгуливает меня сосед. Но это когда он трезвый. Если поднапрячься, то удается и перетерпеть до утра. Но есть и свои плюсы. Можно спать на хозяйском диване, раскинув лапы в разные стороны.

Зато теперь от Бориса снова пахнет оружием, резиной, и бронежилетом. Потому что он теперь частный детектив и снова расследует преступления, хоть теперь и не в полиции, откуда его поперли за аморальное поведение.

Но иногда работы у него не бывает неделями и тогда он проводит долгие вечера за уютным стаканчиком «Джеймсона», а я на своей скромной подстилке влюбленно смотрю, как он постепенно надирается и засыпает прямо в кресле.

Но в тот день, когда началась эта история, он как ни странно вечером был трезв. Наверное, совсем кончились деньги, а «Джеймсон» нынче недешевое удовольствие.

Было уже довольно поздно. Осень. Телевышка скрылась в тумане, когда Борису позвонил его друг Павелас из полиции маленького городка Оленкай. Павелас – бывший коллега Бориса по отделу расследований убийств. Дружили, работали, выпивали вместе, а потом моего уволили за аморалку, а Павеласа, наоборот, отправили на повышение – начальником отдела, но только в маленький городок Оленкай. Городок, конечно крохотный, зато курорт европейского значения. Местная минеральная вода, говорят, творит чудеса. Тут тебе и минеральные ванны, и грязи и всякие другие лечебные процедуры в многочисленных санаториях и спа отелях.

Поначалу я даже не понял, что за вопрос они обсуждают. Все таки не забывайте, что я собака, хотя и довольно сообразительная.

Вообще то они часто созваниваются, Просто в разном состоянии. Борис звонит Павеласу, когда хорошо выпьет и ему надо с кем то почесать

языком. А тот скорее всего в этот момент трезвый, слушает весь его пьяный бред и мечтает поскорее повесить трубку. А потом все наоборот, звонит моему поддатый Павелас и начинает жаловаться на свою жизнь или наоборот хвастаться как ему хорошо живется на новом месте. А мой слушает с кислой миной. Или вообще не слушает.

Но в этот раз что странно, оба были трезвые, а дело, судя по всему, серьезное.

– Так ты говоришь, его убили в соляной комнате? Это такая у вас в городе лечебная процедура? И что, пациент надышался солью и откинулся? Да, тот еще у вас курортец.

– В том то и дело , что пациент умер не от вдыхания соли, а как показало вскрытие, от отравления цианистым калием. Произошло убийство. В нашем городе такого не было уже лет тридцать. – говорил на том конце Павелас

– Ну так ты там для того и трудишься, чтобы такое раскрывать.

– Все бы ничего, но ты сильно удивишься, когда узнаешь, как именно эта отрава попала к нему в организм. Такого в моей практике еще не было. Чувак вместо соляной ингаляции надышался мелким порошком цианида. Так называемой дисперсной смесью частиц соли и цианистого калия.. Медсестра, которая проводила процедуру, уже арестована, но что то в этом деле меня напрягает. Ты только не отказывайся, но без тебя, кажется, не разберусь . Помню что интуиция тебя никогда не подводила. Поразнюхаешь что и как и, может, поймешь больше нас провинциалов.

Ну насчет поразнюхать это конечно больше вопрос к моему собачьему носу, не правда ли?

В тот же вечер спустя пару часов на сборы мы с Борисом погрузились в его скромный джипчик и отправились в курортный городишко Оленкай.

Мы собаки очень любим ездить на машине. Не за рулем, конечно, хотя в будущем кто знает…. А сейчас обязательно нас надо поместить на заднее сиденье и открыть окно. И вот тогда собака высовывает морду из окошкка и просто балдеет от счастья. Это четвероногое наслаждение недоступно человеку. Во первых, смешно развеваются на ветру уши. А наши уши это ж вообще слабое место. Видели как собаки постоянно чешутся? Это в ушах у нас что то постоянно свербит и щекотится. А в машине сам ветер их почесывает и побалтывает. Прям так бы и гавкнул от удовольствия. Но главное – это собачий черный мокрый нос. Именно в дороге наш нос чувствует миллионы разных запахов: пахнет дорога – резиной, пылью, водительскими плевками, бензинами, травой по обочинам, деревьями ,которые проносятся по сторонам, зверушками, что прячутся по кустикам. Нос просто не успевает вбирать в себя всю эту пахучую прелесть. А вы спрашиваете, чего это мы собаки всю дорогу гавкаем и подвываем. Так вот поэтому же!

Мчится мчится наш джипчик сквозь ночь в Оленкай. Дорога туда одна единственная и пролегает она через знаменитый Дзукийский лес . Дзуки – это древние колдуны язычники. Считается, что именно от них пошла вся человеческая северная цивилизация. Именно здесь в сосновых дебрях дзуки творили свое первобытное колдовство. А может, и до сих пор живут и колдуют, кто ж знает, что творится в глубине леса? Хорошо, Борис сосредоточен на дороге, а я то вижу, как в лесной чаще вспыхивают странные огоньки. Кто это? Местное зверье? Или что то нечеловеческое злое следит за нами на пустынной ночной дороге?