Чтение онлайн

Через полтора часа на спине хаура болтались две увесистые туши, из реки было выловлено несколько мелких тварей – этот день оказался весьма удачным для охоты, и теперь Ахмед с удовлетворением набирал из горного ручья свежую воду в сосуд из дубленой кожи, надеясь утолить жажду и немного отдохнуть в тени перед тем, как двинуться за образцами пород. Однако не прошло и нескольких минут, как его слух уловил крик. Это был молодой женский голос, в котором Фалих распознал русский язык, и, судя по интонации, происходило что-то драматичное. Охотник вспомнил о диалоге с главным инженером и, оседлав хаура, без промедления направил его на голос.

Перевалив через несколько дюн, он увидел, как огромная рукокрылая рептилия атаковала незнакомую

девушку, костюм которой очень подходил под описание людей с базы. Грозный ящер, прозванный исследователями «драконом» действительно во многом походил на дьявольского персонажа из древних легенд: его вид был устрашающим, поведение – очень агрессивным, размеры – внушительными; размах перепончатых крыльев достигал четырех метров, а в холке рептилия могла вырасти до двух метров. Питалась она почти всем, что двигалось, подбирала падаль и отнимала добычу у представителей своего и других видов, порой не гнушалась нападать и на человека. Вот и сейчас «дракон» бросался на свою жертву, крича, хлопая крыльями, хватая мощными лапами девушку то за руки, то за ноги. Летчица отбивалась, пыталась убежать, но рептилия настигала ее и, в конце концов, ухватив крючковатыми когтями за руку, подняла ее в воздух на несколько метров. Ахмед схватился за бластер, и, улучив момент, когда «дракон» снизит высоту, выстрелил. Рептилия хрипло вскрикнула и, асинхронно взмахивая крыльями, рухнула в песок. Девушка с выдохом ударилась о бархан и скатилась с него.

Когда «араб» спешно направился к ней, перебирая ногами горячий песок, произошло неожиданное: сзади ему был нанесен сильный удар и несколько болезненных порезов. Мужчина упал, выронив бластер, из его налуча высыпались стрелы. Обернувшись, охотник увидел, как на него камнем летела другая рептилия. «Дракон» схватил его и потащил за собой, однако Ахмед так ловко вывернулся, перехватив конечности хищника, что к тому моменту, как оказался в воздухе, успел вцепиться пальцами ему в бока, а затем и в спину. Оседлав «дракона», он ухватился за холку из перьев и потянул крупную голову твари назад, на себя. Клюв рептилии задрался к небу, она потеряла равновесие и принялась метаться из стороны в сторону.

Дарья наблюдала за этой ужасающей сценой, будучи не в силах подняться. Ее впечатлили мужество и отчаянность незнакомца, вместе с тем она поняла, что ее сиюминутные впечатления оказались слишком радужными. Реальный мир Тауруса был весьма жесток.

Наконец, рукокрылая тварь упала в песок, охотник соскользнул с ее крыла и побежал к оброненному бластеру. Дальше события развивались молниеносно: хищник прыжком поднялся в небо, но выстрел из оружия сбил его. «Дракон» захрипел и грузно, словно гиря, погрузился в дюну, подняв трехметровую волну песка. Обессиленно ударяя крыльями, он несколько раз судорожно дернулся и наконец затих.

В воздухе повисла тишина.

Приходя в себя, Ахмед выдержал паузу и только сейчас заметил, как на левом предплечье через рукав рубахи проступала кровь. Жгло спину. Мужчина закинул за плечо бластер, поправил чудом уцелевший лук. Выпавшие из налуча стрелы оказались частично сломаны, частично потеряны. «Пожалуй, Бату был в чем-то прав: иногда бластер надежнее», – мысленно признался он себе. Охотник медленно приблизился к бездыханному телу рептилии, подцепил носком ботинка малинового окраса крыло, окинул его взглядом, отбросил и направился к девушке.

Дарья выглядела напуганной и растерянной. Ахмед сразу отметил белизну ее кожи, голубой цвет глаз и бледность губ. Светло-каштановые волосы были острижены довольно коротко, под углом; пряди удлинялись к лицу и подчеркивали аккуратный, чуть заостренный подбородок. Сложно устроенный летный костюм обволакивал ее тело, обнаруживая красивую, гармонично сложенную фигуру. За свою жизнь Фалих-старший видел костюмы «выходцев из космоса» не так много раз, и каждый раз они производили на него странное, смешанное впечатление, поэтому здесь, среди барханов, девушка показалась

ему чужеземкой во всех смыслах этого слова. Но ее наружность не вызывала в нем отторжения, наоборот, было в ней нечто увлекающее.

Белых с трудом приподнялась на локоть и вопросительно посмотрела на своего спасителя. «Араб» протянул ей руку и заговорил с выраженным акцентом на странной смеси английского, арабского и русского, и голос его оказался неожиданно спокойным и мягким. Однако Дарья не решалась принять его руку и медлила. Охотника позабавила ее робость, он снисходительно улыбнулся, и у глаз его проступили лучи-морщины. Внешность «араба» действительно была необычной: как и рассказывал Цафт, переносица у жителя Адыкера оказалась очень высокой, спинка носа словно исходила изо лба, как у античных статуй, вместе с тем черты смуглого лица были аккуратными, симметричными и почти аристократичными. Он был человеком, но в то же время в анатомии его проявлялось уже нечто нечеловеческое, притягивающее и отталкивающее одновременно. Карие глаза с настораживающим красноватым оттенком тепло смотрели на окружающий мир и на нее, глубокая межбровная морщина выдавала склонность к размышлениям и беспокойству. Темные волосы охотника были собраны в короткий хвост, оголяя опаленные солнцем шею и плечи.

Назвавшись Ахмедом, старшим сыном главы поселения из рода Фалихов, он опустился на колено рядом и предложил девушке воды. Наконец, Дарья представилась в ответ и приняла помощь: глотнула пересохшими губами воды, ухватилась за руку Фалиха и с его поддержкой встала на ноги. Межреберье сразу пронзила острая боль, отдалась в плече и в боку. Летчица попыталась сделать вдох полной грудью, но не смогла и согнулась, держась за бок, при этом по ее летному костюму прокатилась туда и обратно меняющая структуру «чешуи» волна. На груди замигал красный светодиод. Мужчина понял, что Дарья получила серьезную травму, и решил не терять время.

– Наше поселение находится совсем рядом, не более трех километров отсюда, – с арабским акцентом произнес он. – I'll take you to Adyker. 2

– Я думаю, лучше мне вернуться на базу, – возразила Белых.

– Это далеко для моего хаура. В поселении аль-маэлиш – наш лекарь – осмотрит вас, а потом мы свяжемся с людьми с базы и сообщим о том, что вы найдены. Они давно ищут вас.

Слова охотника доходили до пилота через одно. Рассеянно глядя по сторонам, она пыталась осознать, что с ней произошло и как она могла заплутать в песках. Тем временем Ахмед свистом позвал к себе хаура, извлек из мешка под его седлом небольшое устройство и размашисто швырнул его в сторону. В полете устройство щелкнуло и выпустило свое «жало» – остроконечный стержень. Он впился в песок, механизм зафиксировался и замигал огоньком. Белых поняла, что это был радиомаяк.

– Не могу вспомнить, как я здесь оказалась, – часто и поверхностно дыша, произнесла Дарья. – Ведь я была совсем недалеко от вашего поселения. А потом… словно какой-то провал в памяти.

– Мы поговорим об этом позже, в Адыкере. Сейчас необходимо доставить вас в поселение. Жара может ухудшить ваше состояние.

Фалих оседлал хаура, затем помог летчице взобраться в седло позади себя и, с цоканьем ударив четвероногое создание в бока, погнал его на запад. Могучее животное храпело, водило широкими ушами на крупной дугообразной голове и уверенно несло их в направлении Адыкера. Вцепившись в седло и превозмогая простреливавшую грудную клетку боль, Дарья тряслась и подскакивала на спине хаура, как мяч. Ахмед время от времени оборачивался к ней и с улыбкой спрашивал что-то либо сообщал об оставшемся расстоянии до поселения. «Что ж, лучше такая помощь, чем никакая…», – успокаивала себя Белых, осознавая всю абсурдность сложившейся ситуации.