Чтение онлайн

Лаптев нарушил главную заповедь - будучи главным казначеем Торгового сообщества "Русь-ковер", попытался вести свою игру, переведя на свой счет из "общака" некие суммы. Более того, возникло подозрение, что он пытается работать на иную организацию. (Тут я вспомнил "Красную стрелу".). Так что пришлось его наказать.

– А почему выбрали меня?
– спросил я.

– Так сложилось, - пожал плечами Серов.
– Мы тебе просто помогли. А ты помог нам. Да, признаться, малость поторопились.

– Как это?

–

Поспешили-поспешили, - и коротко изложил суть: оказывается, Лаптев, хитрая лиса, чувствуя опасность, успел заложить в тайник некую информацию на компьютерном компакт-диске. Как ему удалось всех объе... ать, это другой вопрос. Факт остается фактом: существует дискета, её нужно найти. Во что бы то ни стало.

– И этими поисками должен заниматься я?
– проявил я удивительную сметливость.

– Да, Чеченец.

– А почему?

– Хороший вопрос, - усмехнулся Хозяин.
– Отвечу: жить хочешь?

– Не знаю.

– Все хотят, - не поверил и развел руками.
– Пока ты играл в туфту и фуфло, я мог быть ангелом-хранителем, а теперь моя власть закончилась.

– А железнодорожные бобики ваши?

– Все кругом родное, все кругом мое.

– И вся эта история, когда меня, как говно, на поле...

– Это тебя, милок, пытались предупредить, - усмехнулся.
– Но ты тупой, хотя бывают и тупее.

– А с этим поваром Василь Васильевичем?..

– Тут какие-то странные накладки случились, это правда. Какая-то чепуха... Скажу одно, это не мы...

– А можно ещё вопрос?

– Ну?

– А чью власть имеем? Али-бека?

– Не смеши, Чеченец, - поморщился.
– Между прочим, живет мечтой отрезать твою голову... Он это умеет делать.

– Да, - подтвердил.
– Только неизвестно, кто кому первый...

– Не питай иллюзий, - остановил меня.
– Ты хорошо завис над пропастью во ржи: и кино, и Али-бек. Что надо ещё для активных поисков?

– А почему сами не ищите?

– Как не ищем? Ищем, ещё как ищем.

– Я видел, как искали у Грымзова и Литвяк.

– Первый хапуга и дурак... был... А вот вторая... Все из-за нее, пи... ды, - неожиданно ругнулся в сердцах.
– Когда Лаптева сделали, тогда сообщила о дискете. Разве можно так жить и работать, товарищи?

– А воры в законе?

– Что?

– Они тоже при вас?

– Всё и все при нас. Мы везде и всюду. Нас нет и мы есть.

– Призраки?

– Но иногда превращаемся в плоть, - довольно похлопал себя по обрюзгшему животу.

– А что за спецзона "А" на фабрике?
– не унимался я.

Директор Торгового сообщества "Русь-ковер" шумно вздохнул, потом с мрачной угрюмостью взглянул на меня через толстые стекла очков и ответил довольно странно:

– Когда головастики трепыхаются в своем вонючем болоте, пожалуйста. Но беда в том, что они вырастают... И вот мы имеем

то, что имеем...

– Не понял, - признался я.

– Поймешь потом.

– Когда превращусь в жабу, - решился на провокацию.
– Как вы?

Наступила мертвящая, как говорят в таких случаях, тишина. Я увидел жировые складки на подбородке хозяина жизни и маленькие икринки глаз, вперившиеся в меня с лютой ненавистью.

– Слушай ты, баклан мусоренный!
– прохрипел.
– У тебя неделя, а потом пи... дец!..
– рванул за горло бутылку и шваркнул её в экран вконец затраханного телевизора.

Я удивился. Про себя, конечно. Что такое? Где культура речи? Все так было мило и вот: невротический всплеск эмоций.

Пока я переживал, директор фабрики имени Розы Люксембург, вырвал себя из западни кресла, и пропал, точно его и не было.

А я остался, глазея в прореху телевизора, как в око небытия. Никогда не думал, что снаряд может дважды попасть в одну и ту же воронку, ей-ей.

Начинается жизнь, где законы природы не действуют. Работают другие законы - законы смерти.

Я находился в таком душевном раздраи и физической прострации, что плохо помню, как оказался в родном джипе и как укатил из окаянной местности. И только на трассе начал приходить в себя, подобно астронавту, чудом вырвавшегося из черной дыры антимира.

Уф! Где я и что происходит на белом свете, господа? Я подозревал о существовании опасного параллельного мира, но чтобы так вляпаться в его дерьмо.

Еще два часа назад тешился иллюзиями, что я есть стержень земли ветровской. И что же? Сумбур вместо полифонической музыки мыслей, выражусь красиво. Все смешалось в моей голове, как в крестьянском винегрете. Почему такие чувства? Что случилось? Ровным счетом ничего, кроме одного: поставили на "счетчик".

Ну и что? Все мы на счетчике у смерти... А неделя - срок огромный. Неделя! Почему все говорят о ней? И Арсений, чтобы ему пусто было, и Серов, чтобы ему тоже самое...

Черт знает что! Какие глобальные подвижки произойдут через неделю, хотел бы я знать?

Прежде всего надо успокоиться. Полет нормальный. Что мы имеем на данный отрезок времени?

Если все упрощать до крайности, то наличествуют две мощные группировки - военизированная "Красная стрела" и гражданское Торговое сообщество "Русь-ковер", как стыдливо определил свою организацию Серов-старший.

Сил поражаться, что отец моего друга Сашки ходил в бандитах, у меня не было. А чему удивляться - сейчас каждый второй мошенник, тать и душегубец.

Такое время, и не всякий удержится от соблазна стянуть чужой кошель, грабануть миллион старушек (миллион бабок - миллион американских бабок для гигиенических затычек своей личной любвеобильной бляди), придушить великодержавным ленинско-сталинским мудизмом все смиренное бюджетное население.