Тараканы
Шрифт:
– Поэтому, я не загадываю наперёд, кто здесь кого переживет.
– Ты прав! Хули гадать! Похуй на этот «естественный отбор», все равно все знают, чем это все закончится.
Он встает на кровать грязными облеванными ногами и продолжает:
– Они думают, что я буду ждать, когда меня отберут? Они на это рассчитывают? Да?!.. А?! Чтобы я не спал ночами или вообще ни о чем не думал, кроме этого отбора?!
– Ты к чему клонишь? – Занервничал я.
– Да пошли они на хуй, понятно! Пусть идут на хуй вместе с этим «естественным отбором». Да я даже худеть теперь не буду! На хуй худеть! Спасибо
Он разбегается и выпрыгивает в окно с 7 этажа. Стекла летят за ним в низ. На улице тишина, время 05:00 и только слышно эхо падающего человека:
– Спасибо… о… о!
Глава 34
Мы собрались у начальника в кабинете. Я знаю, для чего он нас собрал – это инструктаж. Я и еще два следователя – женщины. Одна только начала работать – новенькая. Около 25 лет, внешне даст фору нам.
Да и хер с ней в принципе.
Со второй мы работаем давно. Когда я была новенькой, она проводила мой инструктаж в рабочей обстановке.
– Завтра дамы, приедет большое начальство к нам с проверкой. Так, что вы приготовьтесь, чтобы за вас не было стыдно. Их будет семеро.
– Все мужчины? – спросила новенькая.
– Поскольку вы новенькая, то объясняю. Большое начальство не приезжает с женщинами. На месте вы все поймете. Ваше поведение будет полностью зависеть от вас. Девочки на месте, вам все объяснят.
– Хорошо.
– Вот и славно. Так что до завтра.
Я сажусь перед зеркалом и начинаю приводить себя в порядок. Повышение мне нужно – сложно отказаться. Разбавление серых будней, получение новых ощущений. Накладываю тушь в три слоя. Надо выглядеть не очень вызывающе. До обеда придется все-таки поработать.
Пора.
Я стучу в дверь костяшками пальцев правой руки. На ногтях бесцветный лак.
– Здравствуй Светлана.
Это он: самый старший и самый главный – Сергей Васильевич. Ростом примерно 1 м. 70см., темноволосый. Жутко страшный, но как потом оказалось, единственный, кто на самом деле знает, что к чему.
– Проходи… ха-ха… – Он засмеялся, оскалив белоснежные и ровные зубы.
Я захожу молча, не здороваясь. В кабинете уже все собрались. Накрыт большой овальный стол. На столе выпивка, еда и прочая закуска. Очень много икры: красной и черной. По столу расставлены ведра со льдом. В ведрах шампанское – полусладкое. Я знаю, почему именно полусладкое: от него сразу сносит башню, тебя накрывает очень быстро и неожиданно, после пьянки сложно что-то вспомнить. Оно для того, чтобы новенькие не стеснялись, а стали более раскрепощенные и доступные. Шторы зашторены, но свет, проникающий немного через них, освещает комнату. Он оглядывает всех и говорит:
– Друзья! Встречайте Светлану!
Наклоняется к моему уху и добавляет шепотом:
– Ты готова? Детка моя. – Теплое дыхание: прокатилось по моей шее. – Ну что? Приступим!
Все началось не потихоньку и понемногу, а сразу быстро и много.
Стреляющие пробками бутылки шампанского, громкая танцевальная музыка, уничтожение закуски. Я выпиваю, бокал за бокалом, бокал за бокалом и даже не закусываю. Все происходит
Она поднимается на стол, встает на четвереньки и подползает ко мне. Хватает мой галстук и обворачивает руку несколько раз, вытягивая меня на стол. Мы поднимаемся во весь рост. Кто-то включает музыку громче, и мы начинаем танцевать и раздевать друг друга. Я развязываю ее галстук, обматываю вокруг шеи, подтягиваю к себе и целую в засос. Она развязывает мне галстук и кидает на пол. Снимает с меня медленно пиджак, не прекращая целоваться, я начинаю снимать пиджак и сбрасываю с плеч на пол. Музыка играет, все хлопают в ладоши. Она шепчет мне на ухо «Не беспокойся. У большинства мужиков за 35, встает только по праздникам и то если очень постараться. Для Василича, сегодня праздник. Для остальных, простые будни».
Все здание работает и только из нашего кабинета раздается музыка, крики и хлопанье ладош. Никто ничего против не говорит. Все делают вид, что ничего не происходит. Но все знают, что очередная блядь, идет на повышение.
Мы полностью раздетые. Я беру шампанское из ведра и начинаю открывать.
Хлопок.
Пробка вылетает и попадает прямо в портрет президента, разбивая стекло рамки. Все начинают ржать как лошади, всем просто похуй на президента. Напарница встает на четвереньки и подползает к Василичу. Он протягивает жезл регулировщика: пластиковый светоотражающий, состоит из полипропиленовой трубы белого цвета и резиновой рукояти. На среднем пальце надето кольцо. Эти кольца с надписью « Спаси и сохрани», их с другими не перепутаешь.
Она спрашивает:
– Как вы хотите?
Он снимает с жезла резиновую рукоятку, шнурок и говорит шепотом:
– Жопа к жопе.
Потом начинает кричать, плавно повышая голос:
– Жопа к жопе! Жопа к жопе!..
Все подхватывают крик и повторяют:
– Жопа к жопе! Жопа к жопе!..
Музыку уже не слышно.
– Жопа к жопе! Жопа к жопе!..
Они напоминают племя дикарей.
– Жопа к жопе! Жопа к жопе!..
Человек – это животное, которое пьет шампанское, ест икру и верит в Бога.
Глава 35
Она попросила меня заехать к ней на работу.
– У меня на сегодня записи нет. Я высплюсь дома.
– Хорошо.
– Милый, ты же все равно поедешь на работу. Может заедешь ко мне в офис и заберешь сотовый. Он на рабочем столе должен лежать.
– Но я не смогу сразу завести тебе его. Мне надо в церковь будет заехать.
– Зачем?
– У нас встреча с патриархом Сергием, по поводу тех непонятных преступлений.
– Ты про убийство подростками взрослых?
– Да. Поэтому после твоего офиса, я сначала заеду в храм, а потом уже домой.
– А во сколько ты придешь?
– В 8 вечера точно буду.
– Хорошо. Мне он не к спеху.
Я надеваю обувь в прихожей, а жена меня провожает.
Я обнимаю ее крепко-крепко двумя руками и говорю:
– Я люблю тебя.
Она тоже обнимает меня и говорит:
– Такое ощущение, что ты со мной прощаешься.
– У меня тоже такое ощущение, – ухмыльнулся я.