Чтение онлайн

«Это было бы неплохо», — произнес Келемвор. «Буду премного благодарен».

Алприн обвел взглядом доки. На них глазели двое стражей и несколько моряков. «Тут вдоль улицы расположено несколько торговых лавок», — торопливо произнес он, указывая на юг. «Следуй по этой дороге, пока не доберешься до места, где продают разные шляпы. Жди меня там. Я должен купить жене подарок».

Затем Алприн покинул воина и растворился в толпе. Келемвор еще с десять минут покружил по докам, затем направился вниз по торговой улице. Единственное место, где продавали шляпы называлось «Лавка Изящества

Мессины». Воин почувствовал себя несколько неуютно стоя среди рядов женской одежды, и редкие взгляды, бросаемые на него женщинами, собравшимися на улице рядом с лавкой, чтобы поделиться последними слухами, лишь усиливали его беспокойство.

В конечном итоге, Келемвор заметил седобородого менестреля, стоявшего у соседней лавки и изредка бросавшего на воина внимательные взгляды. Как только он уже было собрался подойти к нему и завести разговор, в него буквально влетела прекрасная, сереброволосая женщина. Она казалась напуганной и правую половину ее прекрасного лица покрывал огромный синяк. Вцепившись в воина, она взмолилась, — «Прошу вас, помогите мне. Он сошел с ума!»

Прежде, чем Келемвор успел произнести хоть одно слово, перед женщиной появился юноша со сжатыми кулаками.

«Это моя собственность», — рявкнул парень на Келемвора. «Убери от нее свои лапы».

Воин пригляделся к человеку и почувствовал как в нем растет отвращение. Человечишка был низким и худым, и был облачен в простую коричневую рубаху, чем-то всю заляпанную. По тому как от него разило, Келемвор также понял, что он был сильно пьян.

«Не вздумай подойти ближе», — произнес Келемвор, а голос в его голове воскликнул, — Проклятье! Что если оно не пропало?Он поморщился и прогнал эти мысли прочь. Сейчас вполне подходящий случай, чтобы выяснить это, — решил зеленоглазый воин.

Неряшливый коротышка несколько секунд стоял молча, явно потрясенный словами воина. «Поди прочь», — наконец произнес. «Это моя женщина».

«Она похоже так не считает», — рыкнул Келемвор. Он обвил талию женщины своей рукой и нежно придвинул ее к своему боку. Затем извлек меч. Безупречно отполированный стальной клинок ярко сверкнул на солнце. «Знаешь, что я тебе скажу. Мы с тобой будем драться за нее, здесь и сейчас».

Человек обвел потрясенным взглядом клинок Келемвора, заглянул в ледяные глаза воина, и остановился на испуганном лице сереброволосой женщины. Затем пьянчужка свесил голову, отвернулся и пошел прочь. Как только коротышка скрылся из виду, Келемвор убрал меч и повернулся к женщине.

«Я знаю таких людей», — пробормотал воин. «Сейчас он испугался, но он обязательно вернется за тобой». Воин извлек кошель с золотом. Взяв женщину за руку, он отсыпал ей на ладонь немного золота и нежно сомкнул ее пальцы. «Купи билет на следующий корабль отходящий в Рэйвенс Блафф».

Из глаза сереброволосой женщины скатилась слеза. Она кивнула, поцеловала воина и поспешила на север, затерявшись в толпе. Келемвор почувствовал такое удовлетворение, какого он не испытывал с детства, с тех пор, как проклятье Лайонсбэйнов впервые возникло в его жизни. Если я все же еще проклят, то проклятье дремлет… по крайней мере, пока.

Внезапно

рядом с Келемвором возник менестрель. «Юная прелестница могла попросту обмануть тебя», — вздохнул менестрель. «Однако, ты все равно поступил хорошо. Не многие бы стали помогать незнакомцу».

«Хороший поступок сам по себе может быть наградой», — тихо произнес Келемвор и обернулся к менестрелю. Лицо старика обрамляла длинная, белая борода, а глаза были окружены множеством бесконечных морщинок.

«Я слышал в Уотердипе великую трагедию о юной любви и темной страсти», — произнес старик, заглядывая Келемвору в глаза. «Некоторые говорят, что история заканчивается ужасно. Другие видели счастливый конец. Я могу спеть ее для тебя, если хочешь».

Менестрель провел рукой по струнам арфы и открыл рот, чтобы начать повествование своей истории. Однако, прежде чем он произнес хоть одно слово, старик внезапно остановился и протянул открытую руку.

Воин улыбнулся и положил на протянутую ладонь золотую монету. «Пой, менестрель».

«Келемвор!» — раздался голос, и воин обернулся влево, где к нему приближался Алприн. Когда Келемвор обернулся назад к менестрелю, старика уже простыл и след.

«Ты выглядишь взволнованным», — заметил Алприн, подходя к Келемвору.

Воин нахмурился, вглядываясь в толпу в поисках менестреля. «Не взволнованным, друг мой. Лишь немного раздосадованным. Я хотел послушать историю, обещанную мне одним старичком. Теперь я никогда ее не услышу».

После покупки шляпки для жены Алприна, Келемвор и начальник порта направились на восток, в центр города, затем свернули на север. Вскоре перед ними возник небольшой, одноэтажный домик. Алприн спрятал красную шляпку с отделкой из розового шелка за спину и вошел в здание.

«И как поживает сегодня моя бедная, покинутая жена?» — крикнул Алприн с порога.

«Ей было бы гораздо лучше, если бы ее муж проводил с ней хоть немного времени», — раздался голос в ответ. Спустя мгновение, владелица голоса, невзрачная женщина с прямыми черными волосами и смуглой кожей, предстала перед мужчинами. Едва Алприн показал ей шляпку, она издала тихий вскрик восхищения.

«Это тебе, любовь моя», — засмеялся начальник порта, надевая шляпку на голову жены и одаривая ее поцелуем.

«А это кто?» — подозрительно спросила женщина, указывая на Келемвора.

Алприн нервно прокашлялся. «Я пригласил это человека к нам на ужин, дорогая», — невинно произнес начальник порта.

«Я могла догадаться», — раздраженно бросила она. Затем на ее лице засияла улыбка и она взяла Келемвора за руку. «Я Мойра. Если вы друг моего муж, то добро пожаловать в наш дом».

Час спустя, вкушая самый прекрасный ужин, что ему довелось отведать с тех пор как он покинул Арабель, Келемвор рассказывал о множестве странностей, которые ему довелось поведать в недавних путешествиях. Тем не менее он был осторожен и не разглашал причины, подвигшие его на странствие по Фаэруну.

«Какое сумасшествие тебе довелось повидать», — восхищенно поразился Алприн и обернулся к жене. «Подумай только, Мойра, мы с тобой могли бы отправиться в путешествие и сами повидать все эти поразительные вещи».