Чтение онлайн

— У нас в Ултуане нет джунглей, — сказал эльф. — Это… вы называете это место Люстрией.

Вся команда, включая даже капитана, оживленно заговорила. Ни один моряк, и уж тем более моряк из Мариенбурга, не мог не слышать рассказов о легендарной Люстрии, стране, где целые города построены из золота, где ждут своего часа несметные сокровища. Те, кто отважно пересек Великий океан и вступил в джунгли Люстрии, возвращались богаче королей.

— Люстрия? — Ван Зоммерхаус задумался, смакуя это слово на языке. — Да разве не там сколотил состояние лорд Мелчин?

— И не только лорд

Мелчин! — воскликнул Марджус Пфафф, человек со шрамом. — Пираццо вернулся таким богатым, что князь Борджио из Миральяно попытался убить его и завладеть богатством.

— Марко Коломбо вернулся таким богатым, что стал князем Трантио! — пошутил один из матросов.

— Ага! — согласился третий моряк. — Люстрию называют страной золота, самоцветными джунглями…

— А я вот слышал только название Зеленый ад, — заглушил алчное веселье команды мрачный голос Адальвольфа. Угрюмые лица повернулись к наемнику. Воин проигнорировал их недовольство. — Вы говорили о тех, кто вернулся богатыми. А как насчет всех остальных? Тех, кто так и не вернулся.

Матросы принялись ворчать и ругаться друг с другом, никто не желал признавать правоту Адальвольфа, но никто не мог и отрицать ужасную правду, скрывающуюся за его словами.

Ван Зоммерхаус, как обычно, не обратил внимания на перемену настроения.

— Это фантастический шанс! — воскликнул он. — По-моему, ты слишком осторожничаешь, Грец, — сказал он наемнику. — Случай и боги даровали мне возможность, превосходящую даже вариант наладить торговлю с Лотерном! Да ведь я могу вернуться в Мариенбург с трюмом, полным сокровищ, и тогда даже тупые имперские придурки забудут о глупых предубеждениях.

— А на чем поплывешь? — тем же мрачным тоном осведомился Адальвольф. Он топнул ногой по палубе, и та задрожала. — Или ты забыл, что у нас сломан киль?

Патрон раздраженно махнул рукой в сторону наемника.

— Это мелочи. Новый соорудим. — От этого утверждения некоторые моряки недоуменно закатили глаза. — Главное, что мы найдем золото.

— Я предлагаю оставить бессмысленную жадность гномам, — прервал мелодичный голос Этриля фразерство патрона. — Воин совершенно прав, говоря об опасности этого места. Мой народ научился обходить его стороной. Поступишь мудро, если сделаешь то же самое.

Ван Зоммерхаус пристально посмотрел на эльфа и усмехнулся.

— Ты отговариваешь меня, потому что там сокровища?

— О, там определенно есть сокровища, — ответил Этриль. — Но не думай, что они не охраняются. В джунглях есть силы, которые даже мы научились уважать. Их лучше не беспокоить.

В ответ на предупреждение Этриля патрон лишь рассмеялся.

— Если они так могущественны, то почему прячутся в вонючих джунглях? Нет, друг мой, ты просто пытаешься не дать мне сколотить состояние здесь, а не в Ултуане.

Этриль безнадежно развел руками.

— Делай, как хочешь. Люстрия неустанно изыскивает новые способы лишать жизни дураков.

Толстые витки лиан свисали с пальм, душили джунгли, словно гигантская паутина. Землю покрывала мерзкая черная плесень, высыпавшая на спекшемся перегное. Там, где плесень не нашла себе места, росла зубчатая

трава, каждая травинка была остра, как лезвие кинжала. С высоченных пальм сыпалась сухая шелуха, пробивая спутанный полог из лиан и листьев с такой силой, что легко могла размозжить человеку череп. Мертвые деревья, чьи внутренности пожирали паразиты и голодные насекомые, бессильно опирались на соседей, и лишь цепкие лианы не давали им упасть на землю джунглей.

Жужжащие насекомые, галдящие обезьяны, рычащие ягуары и тысячи безумных криков невидимых птиц наполняли воздух оглушительным шумом. Жаркая и зловонная атмосфера джунглей просачивалась сквозь деревья, как мокрая шерсть, душила тех, кто пытался сделать вдох.

Адальвольф вонзил мясницкий тесак в сотую лиану, рассекая похожую на канат поросль, брызнувшую прогорклым соком. Остальные бойцы разведывательного отряда подняли головы и навострили уши, чтобы уловить первый стон падающего дерева. Их дважды застигали врасплох мертвые стволы, обрушивающиеся на них с заросшего полога над головами. Просто повезло, что никто не пострадал. Теперь они были опытными — готовые разбежаться, едва услышав какой-нибудь звук над головой.

Наемник остановился и прислушался столь же внимательно, как и остальные. Он выждал немного, потом стиснул зубы. Раз ничего не движется, значит, и не будет двигаться. Он снова поднял тесак и покачал головой, глядя на уже зазубренное лезвие. Прорубаться сквозь лианы было труднее, чем резать кости. Это скорее напоминало попытки рассечь железную трубу, обернутую мокрой кожей. Еще немного, и придется использовать тесак в качестве пилы. Как бы медленно они ни продвигались, Адальвольф не сомневался, что, когда такой момент настанет, положение не улучшится. Но будь он проклят, если последует совету ван Зоммерхауса и начнет увечить острие меча о проклятые лианы.

— А побыстрей нельзя? — должно быть, в сотый раз спросил ван Зоммерхаус.

Лицо патрона было мокрым от пота, шикарный костюм поцарапан и порван, веер со страусовым пером в руке, затянутой в перчатку, поник от сырости. Трудности не выявили лучших свойств его натуры.

Адальвольф замер посреди взмаха, тесак поблескивал в руке.

— Может, тебе стоит вернуться на пляж вместе с остальными, — предложил он.

— Может, тебе стоит вспомнить, кто руководит экспедицией, — прорычал в ответ ван Зоммерхаус. Он махнул мокрым веером в сторону Адальвольфа. — Раз уж ты открыл в себе способность мыслить, подумай-ка, кто тебе за это платит.

Тесак с шумом вонзился в лиану, не перерубив ее до конца. Адальвольф зажал рукоять тесака в кулаке, его дыхание с сердитым шипением вырывалось сквозь зубы. Нужда возобладала над гордостью, едва та начала проявлять себя в словах. У него была семья в Мариенбурге. Жена, которую он не видел четыре года, трое детей, едва знавших его в лицо. Они были его долгом, даже если женщина, на которой он женился, не дает разделить с ней жизнь. Она никогда не соглашалась на то, чтобы он взял в руки меч, но золото, заработанное клинком, обеспечивало их детям крышу над головой и одежду на теле. Они нуждались в нем, и поэтому Адальвольф молча проглотил оскорбление патрона.