Чтение онлайн

Эмрис вздохнул и устало прикрыл глаза рукой. Он не заметил той секунды, когда зазвенели шпаги, а когда убрал руку, противники уже успели поменяться местами. Плащей на них больше не было, так что заметить, кто из них где, теперь было вовсе невозможно. Эмрис молча смотрел, как мелькают в воздухе клинки. Он ненавидел Рейвена даже больше, чем Дезмонд, потому что ссоры Дезмонда с Рейвеном были лишь ребячеством, он же ненавидел всех Тао за то, что его дом должен подчиняться их власти. Но никогда ему и в голову не приходило, что Рейвена, который, в сущности, не имел никакого отношения к давнему

соперничеству двух родов, можно попросту убить.

– Доигрался? – услышал он негромкий голос где-то за спиной.

– Не смотри на меня так, Дарэн. Пока всё отлично – не один, так другой сегодня покинет Академию навсегда.

Эмрис обернулся, пытаясь разглядеть говоривших. Голоса были незнакомыми, и когда он повернул голову, оба собеседника уже смолкли. Эмрис всё ещё разглядывал толпу, пытаясь понять, откуда шёл звук минуту назад, потому пропустил момент, когда над площадью раздался свист, и зрители бросились врассыпную. Он обернулся и увидел, что бой продолжается, хотя со стороны одной из аллей к месту дуэли уже спешит караул. Эмрис помешкал, размышляя, достойно ли будет унести ноги, но решил, что двое живых трусов всё же лучше одного мёртвого смельчака – и бросился следом за толпой.

Дезмонд продолжал драться до тех пор, пока двое офицеров не выкрутили ему локти. Рейвену шпагу выбили из рук секундой позже. Несмотря на смехотворное положение, даже с выкрученными руками он продолжал пристально смотреть Дезмонду в глаза.

Оба отделались тремя днями на гауптвахте, а когда вернулись в свои комнаты, декабрь уже подходил к концу. Рейвен уезжал домой на каникулы. Дезмонд такого приглашения из дома не получил, и теперь стоял, глядя на падающий снег, и пытался решить, что же ему делать в ближайшие две недели.

– А ты никуда не поедешь? – спросил он, оборачиваясь к Калену, сидевшему за инструментом.

Кален покачал головой.

– Мне вполне нравится здесь.

Дезмонд отошёл от окна и прислонился спиной к стене неподалёку от него.

– Кален, это правда? – спросил он.

Кален с недоумением посмотрел на него, и Дезмонд понял, что не знает, как точнее сформулировать вопрос. Да и какая, к чёрту, разница, почему Кален не едет домой.

– Мы выберемся в город ближе к праздникам? – спросил он, резко меняя тему.

– Наверное. Не сидеть же здесь.

Дезмонд кивнул и посмотрел на пальцы Калена на клавишах пианино – они были угловатыми и не вызывали никакого интереса. Он внезапно подумал, что так и не позвонил больше Луане – только раз, в самом начале, и тогда встреча прошла скомкано. Оба стеснялись и не знали, как вести разговор. Единственным, что он понял тогда, было то, что Луана не похожа ни на Калена, ни на него самого. С Каленом можно было говорить обо всём – Луана же, услышав самые обыкновенные для них с другом шутки, смущалась или терялась, явно не понимая юмора.

Сейчас он жалел, что эта встреча прошла именно так. Он был сыт Академией по уши, а Кален стал частью его обыденной жизни здесь.

Дезмонд пытался представить себе те самые тонкие пальчики на белых клавишах, когда из-за кадок с померанцами показались две фигуры – невысокая и полная - коменданта, и ещё одна, закутанная в меховой

плащ, из-под которого виднелись только кончики пальцев в белых перчатках.

Сердце стукнуло о ребра, и Дезмонд шагнул вперёд.

– Вот они, - сказал комендант, - только не устраивайте мне тут салон. Поздоровались за ручку – и идите куда подальше.

Руки в белых перчатках скользнули к капюшону, и тот упал на плечи, открывая взору студентов побелевшее от холода лицо и огромные глаза в обрамлении пушистых ресниц.

– Виконт, - сказала гостья и осторожно улыбнулась, - простите, я без приглашения. Надеюсь, что я не нарушаю ваши планы на неделю Сердца Зимы.

– Луана… - выдохнул Дезмонд и сделал ещё шаг вперёд. Если бы не предупреждение коменданта, он наверняка не удержался бы и прижал гостью к себе, но вместо это лишь сделал ещё шаг на негнущихся ногах и, ловко поймав её руку, поднёс к губам.

Глаза Луаны запылали, делая её ещё прекраснее, а щёки чуть порозовели.

– Дезмонд… Не стоит так…

– Я с первой встречи представлял, как сделаю это. Ваши руки нельзя сжимать – они слишком хрупки. И я, конечно, не могу быть против вашего визита, потому что секунду назад я думал о вас.

Луана мягко улыбнулась и тоже шагнула к нему.

– Тогда… Тогда вы не откажетесь показать мне и этот парк? Наверняка здесь у вас тоже уже появились любимые места.

Дезмонд улыбнулся в ответ и покачал головой.

– Всё, что вы захотите посмотреть.

Неловкость никуда не делась. Дезмонд по-прежнему не понимал, о чём мог бы говорить с девушкой, воспитанной только для роли невесты. Но, не зная о чём говорить, он весь день говорил комплименты, которые неизменно вызывали у Луаны улыбку и желание приникнуть к Дезмонду чуть поближе, а у Дезмонда от этой близости по всему телу разливалось незнакомое тепло.

Луана уехала поздно вечером, но обещала вернуться, и с самого утра следующего дня Дезмонд ждал её приезда и приводил себя в порядок. Он извлёк из шкафа парадную форму, и когда его вызвали на проходную, щелкнул каблуками как настоящий офицер, после чего оба рассмеялись в унисон.

– Меня не пустят, – сказала Луана, - вчера пришлось очень сильно просить. Так что, если тебя могут выпустить сюда…

– Конечно, могут, - Дезмонд с улыбкой прошёл мимо охранника и взял Луану за руки, от чего по телу тут же побежала волна тепла.
– Куда бы ты хотела пойти? Я ничего не знаю в городе.

Луана улыбнулась в ответ и предложила для начала просто пройтись по центру. И снова они гуляли до самого вечера. В первый раз Дезмонд увидел легендарный парящий замок Каранас, главную резиденцию императоров, где проходили официальные приёмы первых лиц государства. Увидел висячие сады, раскинувшиеся на крышах многоэтажных зданий и связанные между собой узкими мостиками, по которым они с Луаной и бродили большую часть дня. Увидел и многоуровневые аэрострады, и многоэтажные ряды флаеров, несущихся куда-то – ничего подобного не было на Аркане, и в первые минуты городской шум ошеломил его, и ему стало стыдно перед Луаной за свою неловкость, тем более, что та держалась здесь вполне свободно и, пожалуй, даже свободнее, чем на балу.