Танго нуэво
Шрифт:
Работай он где-то в другом месте! Не на таможне!
Но!
Он – сеньор. Не тан. Максимум, что он выслужит – личное дворянство. И то очень уж не факт. Кто и за всю жизнь такого не сделает… отсюда вывод. Ни одна ритана на него и не поглядит. Разве что вовсе уж из бедных, от полной безнадежности, но… оно ему нужно? Чужие долги на себя вешать?
Или чужие беды… нет-нет, Кармело – умный, он так не поступит! Ему такое ни к чему…
Идем дальше. Дочери купцов.
Сразу – отпадает.
Не то чтобы Кармело был сильно против купеческого дела. Вовсе даже
Нет-нет, Кармело это не предлагать! Обойдемся!
Интеллигенция? То есть студентки и околонаучная среда? Тут Кармело тем более был против. Вы что! Ему жена нужна послушная! А эти вольнодумки… ну их! И сами чего ляпнут, и мужа подведут… это тоже кому другому. Он обойдется!
Рабочий класс?
Дочки рыбаков, столяров, ткачей и прочего… тем паче – крестьян, вообще Кармело не рассматривались. Вот еще!
Зачем ему это быдло?
Они же тупые! О чем с ними говорить-то можно? Просто – о чем? Или чтобы тесть с тещей его поучали!
ЕГО!
Смешно подумать даже!
Нет, такое ему не надо!
И что у нас остается в сухом остатке?
Умная девушка из простой семьи, желательно без высшего образования, не слишком богатая, но и без проблем и долгов, да, и семью хорошо бы поменьше, чтобы не обременяли Кармело своей глупостью… чтобы слушалась его, умела себя вести, одеваться, воспитывать детей, не ляпала глупостей…
Говорите, такое чудо не найти? Это вам не найти! А Кармело в свою удачу твердо верил. Вот он искал – и он нашел!
Эллора подходила по всем параметрам. Даже семья… ладно уж! Одну тещу он потерпит, тем более что Лидия была чрезвычайно мила и интеллигентна.
Эллора тоже работала в порту, переписчицей, была достаточно миленькой, чтобы Кармело мог обратить на нее свое внимание, но недостаточно красивой, чтобы начать ее ревновать.
Умна? Да, но о вольнодумстве и речи не идет. Дом, дети, семья… тут все будет в порядке. Так что Кармело начал ухаживания и не прогадал. Он водил Эллору по столице, показывал ей достопримечательности… в кафе, правда, не водил. Зарплата не позволяла, да и не знал он еще… вот решит он искать себе кого-то другого – и что? А на Эллору тратиться будет?
И вообще, она уже получила свой главный приз.
Кармело!
Зачем ей нужно что-то еще?
Одеваться умеет, глупостей не ляпает… пожалуй, Кармело к зиме сделает ей предложение. Вот, на святочные гуляния как раз и сделает. Женщины такое любят, а мужчины… а эта романтика обходится им практически бесплатно. Всю обстановку за них создадут городские власти.
И горки, и санки, и венки омелы… да много чего.
Согласится Эллора, там можно будет и дальше думать. Весной пожениться, съездить на недельку куда-нибудь, где не слишком дорого. Кармело комнату снимает, но у
Может, и без особой роскоши, ну так всему свое время! Вот лет через десять-двадцать…
И мужчина принялся расписывать девушке, какое у него блистательное будущее.
Эллора слушала, кивала, поддакивала.
И никто, никто не видел, как крепко она вцепилась зубами в леденец. Так она точно промолчит. А если рот откроет…
Хорошо, что леденец сладкий, а то аж скулы сводит от занудства. Но у девушки были свои причины встречаться с Кармело Луна Эскобаром.
Да, дорогой. И это дерево очень красивое. Безусловно, ты прав…
А Кармело в этом и так не сомневался.
Хавьер за работу взялся сразу.
Хоть и не любили Карраско, хоть и сами Карраско относились к людям не слишком хорошо, но свое дело некромант знал. И на отлично.
Первым делом снял аурные следы со шкафчика, подумал, покачал головой.
– Только ваши, тан Кампос.
– Ну… да. А что?
– И только сегодняшние. Кто бы к нему ни прикасался, свой след он стер.
– Та-ак, – не понравилось это мэру. Зачем стирают отпечатки пальцев, он знал. Надо полагать, аурный след тоже стирают не только ради чистоты эфира?
Хавьер тут же принялся проверять остальное. И не слишком удивился, когда попавшие под заклинание чашки засветились неприятным зеленоватым светом.
– Замечательно. Проклятье налицо.
– Проклятье?
– Не сильное, – пригляделся Хавьер. – Так… что тут у нас? – руками он чашку предусмотрительно не брал. Не хотелось следы стереть. – У нас тут «Взгляд из бездны», но слабенький, не выше второго…
– А для всех? – рыкнул градоправитель.
Серхио и Амадо переглянулись. Они-то отлично знали, о чем речь идет, и Вальдес взял на себя разъяснения.
– Тан Кампос, «Взгляд из бездны» проклятие, которое можно регулировать. Если максимально вложенная в него сила заставит человека достаточно мучительно умереть… и спасти не успеют, это больно, но очень быстро, то минимальный уровень, который обнаружил Хавьер, заставит вас просто поболеть. Может, дней десять. Тошнота, головокружение, кошмары, обмороки… обязанности свои вы выполнять не сможете. Наверное.
– Смогу, – огрызнулся градоправитель.
– Упав в обморок прямо перед королем? Через десять дней все бы развеялось.
– Или нет? – Амадо настороженно приглядывался к чему-то. Кофе? Сахар? – Карраско, кинь определение на яды. Сможешь?
Хавьер недобро сверкнул на следователя глазами, но послушался. Некроманты и такое могут, яд ведь причина смерти, считай, их поле.
Сахарница тоже засветилась зеленоватым.
– И что там хорошего?
– Водоросль.
– Че-го?
– То-го, – передразнил Риалона некромант. – Есть такая, если рыба или моллюск ее сожрет, станет… нехорошим для человека.