Танец любви
Шрифт:
Она изумленно уставилась на него.
— Ax ты хитрый, старый Макиавелли! Как ты узнал об этом? Ведь это пока еще секрет!
Мохнатые брови Пита с удивлением поднялись вверх.
— Ты считала, что я буду против того, что ты пишешь музыку для фильмов?
— Нет, дело не в этом. Я просто не хотела, чтобы кто-либо узнал об этом до тех пор, пока я сама не пойму, что справляюсь с работой.
— Так значит, это своеобразная страховка, — неодобрительно покачал головой Пит. — А я считал, что ты стала более смелой. Возможно, тебе стоит снова посоветоваться
— Пит… — обеспокоенно начала Милли, но он уже отвернулся.
— А вон и Джуди. Должно быть, это наш стол. Пошли.
Слегка нахмурившись, она последовала за отчимом. Предложение написать музыку для фильма было для нее неожиданным, и поначалу даже напугало ее. У Милли были веские основания избегать мира кино, но это оказался английский фильм с весьма скромным бюджетом, а значит, вероятность того, что в ходе реализации проекта она столкнется с Бредли, была ничтожно мала. К тому же ей действительно понравился сценарий.
— Итак, как идет работа над музыкой для фильма?.. — уже на ходу спросил Пит.
— Я написала всего четыре темы. Это все, что им пока нужно.
Он понимающе кивнул головой.
— Звучит интригующе. Какие темы?
— Одна будет фоном для сцены уличного боя, — загибая пальцы, объяснила Милли. — Вторая — романтическая, а третья будет звучать в сцене вечеринки.
Ей нравилось писать эту третью тему. Для нее она решила подобрать и танцевальную мелодию в ритме рок-н-ролла. В уединении своей студии она даже сама танцевала под нее, позволяя себе вспоминать объятия Рональда. И это движение в такт человеческому пульсу прозвучало и в написанной ею музыке. Милли слегка вздрогнула от нахлынувших воспоминаний.
— А четвертая? — поинтересовался Пит.
— Тема любви.
Он внимательно посмотрел на нее, но ничего не сказал.
Джуди Риз встретила их с восторгом, хотя, казалось, была слегка озабочена чем-то. Возможно, один из ее клиентов должен был получить награду, которые вручались в этот вечер.
С момента своего возвращения Милли неоднократно встречала Джуди в компании Пита. Она знала о том, что Джуди все-таки стала агентом Рональда Бредли, из газет, но ни та, ни другая ни разу не вспомнили о нем. У Милли были на то веские основания, а Джуди, очевидно, не имела ни малейшего представления о том, что произошло с ними после той памятной вечеринки, и потому не видела причин обсуждать своего нового престижного клиента с человеком, которого, по ее мнению, вообще мало интересовало кино.
Однако все же именно Джуди предложила Милли написать музыкальные заставки для фильма. Та заволновалась, предположив, что Джуди каким-то образом оказалась в курсе событий, но потом поняла, что той просто был нужен композитор-классик, который привнес бы в фильм что-то новое. Она сама сказала Милли, что незнание мира кино будет для нее даже своеобразным преимуществом.
Заняв свое место за столом, Милли открыла отпечатанную на глянцевой бумаге программу вечера и тут
Сосед заглянул ей через плечо.
— Это новая премия, — пояснил он, увидев, какую она читает страницу. — Она будет вручена представителю наиболее популярного теперь вида искусства. Рональд Бредли ведь никогда не занимается ерундой, а его фильмы всегда дают максимальный кассовый сбор.
— В самом деле? — деревянным голосом пробормотала Милли.
Она бросила обвиняющий взгляд на сидящего напротив отчима, но Пит казался очень увлеченным беседой со своим соседом.
Сегодня Пит впервые проявил какую-то заинтересованность в ее личной жизни. Неужели он знает о Рональде Бредли и понимает, что значит для нее это имя в программе вечера? Милли неотрывно наблюдала за ним, но он избегал ее взгляда.
Не намеренно ли он привел меня сюда сегодня? — задумалась она. И если так, то почему?
Милли не хотела встречаться с Рональдом Бредли. Ведь он решил, что она играет с ним, словно кошка с мышкой, и оказался слишком слепым или слишком бессердечным, чтобы заметить, что она всем сердцем полюбила его. Единственное, что его волновало, — это физиология. И ее последствия.
Что ж, по крайней мере, он был откровенен на этот счет, напомнила себе Милли, и, в отличие от Шона, никогда не притворялся, что любит меня. Она уже свыклась с этой мыслью и сделала для себя определенные выводы, поэтому ей не хотелось бы снова встречаться с Рональдом.
Она внимательно осматривала зал в поисках человека, которого не хотела бы увидеть, и поэтому не следила за беседой своих соседей по столу и не слышала радостный возглас Джуди:
— Рональд! Ты, как всегда, опаздываешь. Я уж решила, что мне придется принимать статуэтку вместо тебя. Думаю, ты знаком со всеми присутствующими? Кроме, может быть, Милли…
Та обернулась и уже открыла рот, чтобы вежливо поздороваться, как вдруг встретилась взглядом с Рональдом Бредли. Она замерла.
— Милли, ты давно хотела познакомиться с продюсером фильма, к которому пишешь музыку. Вот он, — самодовольно пояснила Джуди. — Ему очень нравится все, что ты делаешь для нас.
Милли была словно парализована. В присланном Джуди киносценарии имя Бредли даже не упоминалось. Она пыталась сообразить, что сказать, но тут же поняла, что вообще потеряла дар речи.
Глаза Рональда блестели так лукаво, словно он понимал ее состояние. Это вполне вероятно, подумала она, вспоминая его сверхъестественную наблюдательность, и заставила себя спокойно улыбнуться. Он вежливо кивнул ей.
— Мы с мисс Роббинс уже встречались, — коротко пояснил он Джуди. — Я прослушал твои темы, Милли. Может быть, мы как-нибудь встретимся и все обсудим? — предложил он.
Сегодня он, подумала она, еще больше похож на кинозвезду. Белый вечерний пиджак выгодно подчеркивает загар, каштановые волосы мягкими волнами набегают на воротник рубашки. Милли почувствовала, как у нее пересохло во рту. От ее спокойствия не осталось и следа.