Танцы на стеклах...
Шрифт:
– Ну, должны же были усилия Ментора и Андраса принести свои плоды, пусть ненадолго, но все же. Они влили в меня столько крови за последние несколько суток, что...
– он плотоядно усмехнулся и даже при таком тусклом свете Анна, содрогнувшись всем телом от его слов, заметила клыки, отчетливо видневшиеся на верхней челюсти.
В его черных глазах отражался огонь, придавая ему еще более демонический вид, но в то же время Анна никак не могла понять, как ему удается при всем этом сохранять такую задорную, практически мальчишескую улыбку. Она внимательно стала всматриваться в лицо вампира, пытаясь отыскать там ответ
– Но браслеты все равно не дают тебе восстановиться, - с тоской в голосе произнесла девушка, удобно устроившаяся на груди вампира. Она легким касанием руки прошлась вдоль все еще отчетливо видимого пореза.
Перехватив ее руку, Дракула поднес ее к своим губам и поцеловал, затем поднялся с постели и стал неспешно одеваться.
– Не уходи, - прошептала принцесса, пытаясь встретиться глазами с взглядом князя.
– Не оставляй меня одну, прошу.
Тяжело вздохнув, Влад снова сел на край кровати и какое-то время тишину в комнате нарушал только одинокий стук сердца принцессы.
– Я только сейчас понял, - тихо проговорил Дракула, - что ни одна женщина, разделившая со мной ложе, как в земной жизни, так и в вечности, так и не услышала от меня того, что я хочу сказать сейчас тебе. Сам не могу объяснить, почему мне так трудно было произнести эти несколько простых слов, но факт остается фактом, - он повернулся к утопающей в подушках Анне. Ее обнаженное тело, едва освещенное тусклым пламенем, манило, обещая неземные наслаждения, но Дракула подавил вспыхнувшее снова желание и пристально смотря Анне в глаза произнес:
– Я люблю тебя...
И снова тишина окутала покои вампира, она была настолько осязаемой, что при желании, казалось, ее можно было потрогать.
– Никогда я не думала, что услышу эти слова от кого-то, а тем более от тебя, - едва слышно проговорила Анна, пытаясь подавить рвущиеся наружу и душившие ее рыдания.
– Ты лишил меня всего в этом мире, что было мне дорого, разрушил всю мою жизнь, но каким-то непостижимым образом ты и наполнил мое существование смыслом, раскрыв для меня новые горизонты жизни. Моя душа будет гореть в Аду, а предки проклянут меня, но сейчас мне плевать на это. Я не представляю свою жизнь без тебя и Иляны. Вы стали моим миром и никто больше мне не нужен, - эмоции все-таки взяли верх и девушка дала волю слезам, так долго копившимся в ее душе и смывающим окончательно все ее обиды и ненависть.
Дракула молча обнял принцессу, едва ощутимо коснувшись губами ее виска. На миг ему показалось, что его остывшее сердце вернулось к жизни, совершив несколько размеренных ударов, но, прислушавшись, Влад понял, что это сердце Анны билось за них двоих.
– Прости, - наконец-то совладав со слезами, сказала принцесса, вырывая вампира из размышлений, - рубашку тебе точно придется сменить.
– Ничего, не растаю, - ответил он, вставая с постели и направляясь к выходу, захватив по пути камзол и обув сапоги.
– Еще очень рано, постарайся отдохнуть немного, я скоро вернусь. Да, Иляна еще спит, - уловив немой вопрос в глазах принцессы, сказал
– Не волнуйся, с ней все в порядке.
После ухода Дракулы Анна еще какое-то время ворочалась в огромной постели, но сон больше к ней не шел. Царство Морфея окончательно рассеялось невесомой дымкой, заставляя девушку снова и снова прокручивать в голове недавний разговор с вампиром. Она, как и Влад, вздохнула с облегчением осознав, что наконец-то вся их вражда, веками наполнявшая их души и сердца отравой ненависти, канула в Лету и на смену ей пришло прощение, понимание и... любовь. Анна даже в самом страшном своем сне не могла представить подобный поворот событий, но обстоятельства сложились именно так и менять она ничего не хотела. Слова вампира в очередной раз подтвердили его поступки, в неискренность которых поверить было просто невозможно. Лежать на пустом ложе было невыносимо и Анна, встав с кровати, набросила халат, но что ей делать дальше она не представляла, поэтому задумавшись, она снова вернулась в постель. Не прошло и пары минут, как шлейф ее мыслей был разорван открывающейся дверью.
– Доброе утро!
– в комнату ворвался маленький ураган по имени Иляна.
Девочка запрыгнула на кровать и обняла мать.
– Доброе, - ответила принцесса, прижимая дочь к себе.
– Ты нас вчера напугала. Как ты себя чувствуешь?
– Все хорошо, - весело ответила малышка.
– Я еще такого никогда не делала, было так интересно, - неподдельный азарт в глазах ребенка пугал, заставляя Анну в который раз вспомнить, кто был отцом ее девочки.
– Тебе нужно быть осторожней, ты же еще совсем маленькая, - проговорила девушка, поцеловав Иляну в макушку.
– И вовсе нет, мне через неделю будет уже целых шесть лет, - серьезным тоном произнесла малышка.
– Ты же помнишь, что у меня скоро день рождения?
– Конечно, помню, - Анна попыталась скрыть смущение, но Иляна чутко уловила ее чувства.
– Не переживай, - сказала девочка, снова обнимая маму.
– Наверное, твоя память еще не полностью вернулась.
– Наверное, - согласно кивнула Анна.
– А что ты хочешь...
– принцесса снова растерялась, осознавая, что практически ничего не знает о своей дочери.
– Я хочу, чтобы вы с папой были вместе, - загадочно улыбнувшись, ответила проказница и, соскочив с кровати, помчалась к выходу.
– Мне нужно бежать, прости, мамочка. Мы с Карлом кое-что придумали.
Вопрос повис в воздухе, так и не прозвучав. Анна с недоумением посмотрела на закрытую дверь и поняла, что у всех, кроме нее были дела и заботы, даже у ее пятилетней дочери. К тому же с Карлом. Что может у них быть общего? И когда они договорились?
– Интересно получается, - пробубнила себе под нос девушка, в очередной раз вставая с кровати, напоминавшей своими скомканными простынями о недавних событиях и заставляя ее тело вновь томиться в ожидании такого желанного наслаждения.
– Все заняты, одной мне делать нечего. И снова только тайны кругом, как же мне все это надоело...
– Простите, принцесса, можно?
– в дверь постучали и в следующее мгновение в комнате появилась худощавая темноволосая женщина, одетая в черное, и с опухшими от слез глазами.