Танцы на стеклах...
Шрифт:
– Корвин имел полное право бросить вызов Великому Князю, - недовольно проговорил невысокий человек с ног до головы укутанный в огромный черный плащ с ярко-алой подкладкой.
– Дракула пренебрег своими обязанностями...
Договорить он не успел, ибо Ментор, несмотря на свою казавшуюся немощь древнего старца, в одну секунду оказался рядом с говорившим и, сделав легкий взмах рукой, впечатал того в противоположную стену.
– Тебя вообще сюда никто не звал, Баал, - зло сверкнув глазами, сказал Старейшина.
– Я разрешил тебе присоединиться к нам только потому, что ты заверил
– Но я только высказал общую точку зрения, - попытался было возразить тот.
– Ты могущественный колдун, но глуп, как пробка, - буквально выплюнул старец.
– И многовековая жизнь так ничему тебя и не научила. Ты совершенно забыл, где находишься и с кем имеешь дело, - очень тихо проговорил Ментор, но от его интонаций у присутствующих волосы на головах зашевелились.
– У тебя есть два пути: выступить вместе со всеми против Корвина либо присоединиться к стригоям и стать тем, на кого будет сегодня после заката объявлена Охота, - он сверлил вампира тяжелым взглядом, не давая тому возможности даже пошевелиться, пригвоздив к стене.
– Решить нужно здесь и сейчас! И упаси тебя Дьявол, если ты или кто-то из твоих оступится и свернет с намеченного пути. Твой клан будет подвергнут полному уничтожению, о котором давно все так мечтают. Это последний шанс для вас доказать, что вы имеете право на существование!
Он опустил руку и Баал камнем рухнул на пол. Вампир вмиг растерял все свое бахвальство и боялся даже поднять взгляд на Ментора, нависшего над ним, как огромная скала.
– Я жду!
– грозно проговорил верховный вампир.
– Мой клан пойдет за вами, - чеканя каждое слово, проговорил Баал с трудом поднимаясь на ноги. Затем он опустился на колено и, склонив голову, поцеловал руку Ментора.
– Хорошо!
– кивнув в знак того, что он принял его покаяние, сказал Глава Старейшин.
– Сейчас же, думаю, разумно будет немного отдохнуть. Все получат детальные инструкции после заката, - добавил он, давая понять, что собрание на этом закончилось.
Принцесса, уйдя с головой в свои мысли, совершенно не заметила, что комната опустела и она осталась практически одна. Даже Ван Хельсинг покинул кабинет, сопровождаемый стражником. Мужчина тщетно пытался привлечь внимание девушки, которая, казалось, спала с открытыми глазами, полностью растворившись в переживаниях. Охотнику ничего не оставалась, как последовать за охранником в выделенную ему комнату под пристальным взглядом владельца покоев. Затушив половину свечей, стоящих по всему помещению в старинных серебряных канделябрах, Ментор тихо подошел к девушке.
– Анна, я хотел с тобой поговорить, - вклиниваясь в размышления принцессы и тем самым возвращая ее в реальный мир, проговорил вампир.
Девушка с трудом вынырнула из терзавших ее мыслей и сфокусировала взгляд на говорившем.
– Простите, я совершенно ничего не слушала, - виновато потупив глаза, ответила девушка.
– Это неудивительно. Ты загнала себя в ловушку своими переживаниями и чувством вины, - присаживаясь в огромное кожаное кресло напротив Анны, спокойно промолвил старец.
– Причем у тебя так мастерски получается себя истязать, что тебе бы
– Я не представляю, что мне делать дальше. Как жить? Я абсолютно ничего не понимаю, - все так же разглядывая замысловатый узор на ковре под ногами, проговорила Анна.
– Я вижу, что творится в твоей душе, как она трепещет и разрывается на части, пытаясь найти единственно правильный выход.
– А его нет... я просто не могу осмыслить все то, что со мной случилось. Раньше я твердо знала, в чем смысл моей жизни, а сейчас все мои принципы и приоритеты рухнули. Ценности, которым меня учили с пеленок, традиции, что годами прививал мне отец - все разлетелось вдребезги и я никак не могу собрать из этих осколков собственную жизнь.
– И насколько я понимаю виновником всего этого стал Влад, - утверждение, не вопрос прозвучало из уст древнего вампира.
– Годами я жила с одной единственной мыслью: отомстить этому порождению Сатаны за все, что он сотворил, за свою семью, а теперь...
– она замолчала и по ее щекам потекли слезы.
– Теперь, я совершенно сбита с толку.
– Чудовище оказалось не таким уж чудовищем, - слегка усмехнувшись все понимающей улыбкой, заметил Ментор.
Анна уже не могла сдержаться и всхлипывания перешли в рыдания. Она закрыла лицо руками и несколько долгих минут прошли в абсолютной тишине, нарушаемой только ее негромким плачем.
– Влад - очень сложная и неоднозначная личность. Был таким при жизни, таким же остался, приняв в дар вечность.
– Он продал душу Дьяволу, - сверкнув глазами, бросила Анна.
– И у него были на то свои причины, - парировал вампир.
– Ну какие могут быть причины, чтобы заключить сделку с Сатаной? Навеки отказаться от солнечного света, превратиться в постоянно жаждущего крови невинных монстра?
– Думаю, на этот вопрос он сам тебе ответит, когда представится возможность, - тихо сказал ее собеседник.
– От себя могу только добавить, что в жизни ему было далеко несладко: еще ребенком он столкнулся с такими ужасами, что мало, кто из взрослых мужей смог бы сохранить рассудок после подобного, а он не только выстоял, но и извлек из всего того кошмара урок для себя. Поэтому не удивительно, что это оставило свой след в его душе и характере.
– Он стал самым жестоким правителем за всю историю нашей страны, убивавшим направо и налево всех неугодных, - все еще продолжая подсознательно выискивать причины для ненависти, сказала Анна.
– При этом делая все возможное, чтобы сохранить эту страну процветающей и независимой для будущих поколений, - сказал Ментор.
– Я не буду тебя переубеждать. Я прекрасно понимаю, что твой разум не может принять всего происходящего и ты пытаешься найти хоть что-то, позволяющее очернить Влада, тем самым оправдав свое поведение и отношение к нему. Ты практически в один момент утратила свои жизненные ориентиры, неудивительно, что ты чувствуешь растерянность и винишь в этом как его, так и саму себя. Но сейчас ты уже не можешь думать лишь о себе. У тебя теперь есть ребенок, который станет для тебя постоянным напоминанием о том, что с тобой случилось, если ты в своем сердце не сможешь найти прощение.