Шрифт:
Пролог
Поселок в Миссури
Начало весны 1867 года
Из дома донесся плач Кори. Отшвырнув мокрую простыню, Сюзанна подхватила юбки, бросилась к дому и толкнула плечом дверь.
– Кори! – Ее сердце бешено колотилось. – Кори, что с тобой?
Из спальни послышался всхлип – очевидно, Кори упал. Перепуганная, Сюзанна поспешила к двери и распахнула ее. Ее глазам предстала картина, от которой кровь застыла в жилах.
Харлен, склонившись
– Не смей! – Сюзанна метнулась к мужу, стоящему к ней спиной, и что было сил, схватила его обеими руками за шею, пытаясь оттащить мучителя в сторону. – Не вздумай трогать его! Со мной можешь поступать, как тебе угодно, Харлен Уокер, но я никогда не позволю тебе издеваться над Кори! Ругнувшись, Харлен извернулся и ткнул горящей сигарой в запястье Сюзанны. Жгучая боль прошила ее руку до плеча, но Сюзанна не разжала пальцы.
– Кори, ступай к Луизе, – приказала она. Кори сполз с кровати и теперь стоял в углу, перепугано дрожа.
– Кори, уходи немедленно! – Сюзанна боролась с Харленом, стараясь не замечать болезненные удары его локтей в живот и ребра.
Кори выбежал из комнаты как раз в ту секунду, когда Харлен сумел сбросить с шеи руки Сюзанны. Обернувшись, он оказался лицом к лицу с ней. Сюзанна не успела увернуться: кулак Харлена врезался ей в челюсть, а за первым ударом последовал второй – тыльной стороной ладони, наотмашь по лицу.
Сюзанна пошатнулась, искры посыпались из глаз.
– Сука! – злобно процедил Харлен. – Я тебе покажу, как лезть, куда не просят!
– Харлен, он ведь твой сын!
Прижав ладонь к щеке, и не спуская глаз с мужа, Сюзанна попятилась к двери, но упала, запутавшись в юбках.
Наступив на юбку Сюзанны и не давая ей подняться, Харлен с издевкой проговорил:
– По-твоему – да, но, по-моему, его отцом с таким же успехом может быть и Санни. – Свое обвинение Харлен подкрепил пинком.
Сюзанна подавила стон и съежилась, стараясь не выдать страданий. Она знала, что, сдерживаясь, только распалит гнев Харлена, но ей было все равно. В глубине души у Сюзанны всегда таилась непокорность – вероятно, когда-нибудь она станет причиной ее смерти.
– Я не спала с твоим братом, Харлен. Мой муж – ты, и я не стала бы…
Харлен прервал ее еще двумя пинками.
– Ты шлюха, как твоя мать! Мы с Санни оба спали с ней, и ты ничем не лучше, как бы высоко ни задирала нос.
Сквозь пелену боли Сюзанна почувствовала, как нарастает в ней гнев – он зародился много лет назад и с тех пор креп.
– Ты ошибаешься… – сумела выговорить она, не желая просить пощады.
Харлен схватил ее за лиф платья и рывком поставил на ноги. В нос Сюзанне ударил смрадный перегар Харлена, и она невольно задержала дыхание.
– С этим мальчишкой я буду делать все, что мне вздумается, наплевать, чей он – мой или Санни, – заявил он угрожающе-вкрадчивым тоном. – И ты мне не помешаешь. Захочу – отрежу ему ухо, захочу – сожгу его стручок.
Толкнув
– Кстати, пожалуй, я прямо сейчас отправлюсь к этой черномазой шлюхе, заберу щенка и займусь им.
Годами Сюзанна терпела издевательства Харлена, но никогда прежде он не угрожал Кори. Морщась при каждом шаге от боли, она поплелась за мужем в соседнюю комнату. Каждый вдох давался ей с трудом. Наверняка Харлен сломал ей ребро, и не одно.
Вдруг входная дверь открылась. На пороге стоял Кори, завернувшись в одеяло.
– Мама! «О Господи!»
– Кори, сию же минуту отправляйся к Луизе! – торопливо приказала Сюзанна.
Но Харлен успел схватить малыша за руку.
– Нет, ты останешься здесь, понял?! – Стиснув мозолистыми пальцами пухлую ручонку Кори, Харлен втащил его в комнату.
Кори всхлипывал и дрожал, слезы испуга катились по его щекам.
Сюзанна не сводила глаз с мужа.
– Отпусти его, Харлен. – Она изо всех сил старалась держаться спокойно, чтобы не перепугать и без того помертвевшего от страха Кори.
Харлен злорадно осклабился, достал еще одну сигару и прикурил ее, как следует затянувшись, чтобы огонек разгорелся.
– А если я не соглашусь, Сюзанна? Что ты сделаешь, если я его не отпущу?
– Тогда да поможет мне Господь! Если ты прикоснешься к Кори, я убью тебя, Харлен Уокер! – Сюзанна почувствовала, как что-то сжимается в животе в тугой комок.
Встретив пренебрежительным хохотом ее угрозу, Харлен, схватив Кори, направился к буфету и извлек бутылку виски.
Сюзанна знала: Харлен злорадствует, видя ее страх и боль. Но сейчас она чувствовала только, как ярость закипает у нее в груди, угрожая поглотить ее.
Она никогда не понимала, почему Харлену позволено бить ее, почему никто вокруг не возмущается, зная, что он издевается над ней всякий раз, когда ему вздумается. Сюзанна давно уже перестала поверять людям свои страдания: все, кроме Луизы, очевидно, считали, что она либо заслуживает наказания, либо преувеличивает. Но издевательства Харлена над собственным сыном Сюзанна считала преступлением. Этого она не могла и не желала допустить…
– Пусть все ссоры останутся только между нами, Харлен, – предложила она, стараясь придать голосу спокойствие, которого, конечно же, не чувствовала. – Незачем втягивать в наши дела Кори – он еще ребенок и ни в чем не виноват.
– Папа сделал Кори больно, – пожаловался тоненьким голосом малыш.
Сюзанна сжалась, борясь с искушением броситься на Харлена и отнять у него Кори.
Харлен за ручку поднял ребенка над полом. Кори тут же беспомощно задергался, а Харлен поднес к его лицу зажженную сигару.
– Заткнись, сопляк. Захлопни рот, понял? Иначе я выжгу тебе глаза.
Кори расплакался, и от его судорожных всхлипов сердце Сюзанны разрывалось. Она бросилась к сыну, но прежде чем успела подбежать, Харлен отшвырнул его в угол. Кори с глухим стуком ударился об пол.