Чтение онлайн

Джо надавила ещё, чтобы узнать реакцию Паолы.

– И это никогда не волновало Джанин, даже учитывая, что такое происходило постоянно?

– Ну, конечно, её выводило из себя, когда Тереза так и не училась на своих ошибках. Но в целом нет, Джанин на нее не злилась.

– Тогда почему в последний раз всё пошло по-другому?

– В основном потому, что Тереза настолько резко напала на Джанин, что она уже больше не могла найти этому оправданий. Тереза обвинила Джанин в необъяснимо ужасных вещах, типа «морального шантажа», и использовала

якобы достоверную информацию, чтобы обидеть Джанин.

Брови Джо взлетели вверх.

– Например?

– Она знала, что старая подруга Джанин – Марлена, мы обе её знали – перестала с ней общаться. Тереза заявила, что всё это из-за того, что Джанин контролирует каждый шаг своих друзей, и это всех отталкивает. Полная ерунда – у Марлены развился сильный алкоголизм, и она уехала в реабилитационный центр в Калифорнии. У неё там семья, и когда она выписалась, то решила жить поближе к ним. Джанин не говорила этого Терезе, потому что о таких вещах не принято распространяться.

– Понимаю, – сказала Джо.

– Думаю, Джанин наконец-то поняла, что это не подростковый возраст, а просто ужасный характер. Тереза тогда была на редкость злой и агрессивной, и Джанин просто не могла больше этого выносить. Поэтому после той ссоры они больше не общались.

– Обычно Джанин всегда пыталась решить всё мирно?

– Это точно. Она всегда смягчала ситуацию, ждала, пока Терезы перестанет истерить. Но тогда в ней будто что-то щёлкнуло, я даже помню слова, которыми она воспользовалась. Что она просто позволяет Терезе так себя вести, и поэтому та думает, что так обращаться с людьми – нормально. Не поймите меня неправильно, если бы Терезе нужна была её помощь, Джанин сразу бы примчалась. Но она сказала, что нельзя продолжать эти односторонние отношения, что Терезе уже пора начинать брать на себя ответственность за свои слова и поступки, как и любому другому взрослому человеку. Ну, разумеется, такого ждать не приходилось.

– Понятно. Вы сказали «в основном» поэтому ситуация закончилась иначе. Было что-то ещё?

– Ну… Ладно. Джанин очень осторожно про это говорила, но я так поняла, что Филипп сыграл в этой ссоре не последнюю роль. Она сказала что-то вроде того, будто это он полностью вёл весь диалог. Я знаю, что Джанин хотела поговорить с Терезой наедине, без Филиппа, но Тереза отказалась. Думаю, её это действительно беспокоило.

Какой скромный этот парнишка Филипп!

– Похоже, ситуация была не из лёгких. У вас есть, что ещё сказать об этой ситуации или о племяннице?

– Ну, это не совсем относится к делу, но я скажу. Я видела её парня несколько раз, и он меня пугает. И не только потому, что он намного старше, хотя это тоже странно. Сначала он показался милым, но потом… не знаю, у меня появилось чувство, будто он метит территорию. Простите, я знаю, что это бессмысленно и никак вам не поможет.

– Это поможет. Спасибо.

– Без

проблем. Прошу, звоните, если вам понадобится ещё какая-нибудь информация.

Джо повесила трубку. Арнетт хмыкнул и попытался устроиться на чёрном пластиковом сиденьи.

– Вот поэтому я ненавижу самолёты. Мы неслись как ненормальные, чтобы успеть вовремя, а теперь вынуждены просто тут сидеть, потому что рейс задерживается, – возмутился Арнетт, сверив свои часы с информацией о рейсе.

– Нет, ты ненавидишь то, что часами торчишь в замкнутом пространстве. От этого ты становишься дёрганым и нервным, – отметила Джо и помахала рукой вверх-вниз.

– Чья бы корова мычала, – сказал он, указывая на её дёргающуюся ногу. – Что-то я раньше не видел, чтобы ты так делала.

Джо остановила ногу. Такое дёргание было дурной привычкой, от которой она избавилась – или думала, что избавилась – много лет назад, после того травмирующего возвращения в родной Новый Орлеан в шестнадцать лет. Её мама заметила это и ещё несколько признаков тревожности и настояла, чтобы Джо пошла к психотерапевту. Только после того, как она перестала дёргаться, мама разрешила ей прекратить сеансы.

Джо рассказала об этом. Арнетт внимательно посмотрел на её лицо.

– По-моему, это стресс от новой работы. Как ты расслабляешься?

Она пожала плечами.

– Хожу в тир по выходным, если нет работы и запланированных встреч с Карлом.

Он ненадолго замолчал.

– Тебе нужно хобби, не связанное с работой.

Она закатила глаза.

– Конечно. У меня ведь так много свободного времени, буду мастерить арку.

– Я серьёзно.

Она вздохнула.

– Я знаю. Но у меня никогда не было хобби. Я занимаюсь чем-то одним, и я преуспеваю.

Он смотрел на неё, не моргая.

– Ну хорошо, я начну собирать марки или типа того.

Арнетт кивнул и снова заёрзал на сиденьи.

– Для кого вообще они делают такие стулья?

– Думаю, основная задача сделать так, чтобы люди тут не спали. Ну, знаешь, не экономили деньги на отелях при долгих пересадках. Ой, знаешь… – вдруг вспомнила Джо. Она оставила попытки устроить стаканчик с кофе на подлокотнике и поставила его на пол, чтобы достать блокнот, куда вписывала разговор с Паолой и интервью с Деброй Чен для Арнетта. – Я попыталась дозвониться до Ренки и Крейга по номерам, которые дала мне Чен, но ничего не вышло. Нам придётся их искать, – закончила она.

– Голос у тебя не очень весёлый.

Она прикусила нижнюю губу.

– Джанин пыталась помочь Ренки, возможно, слишком агрессивно, но разве за это убивают? Другие сотрудники так и не узнали о подозрениях Джанин, так что в чём мотив? Его бы уволили в любом случае, если только Джанин не смогла бы убедить компанию дать ему ещё один шанс после того, как он пройдёт реабилитацию. И другой, Рональд Крейг, вряд ли вернулся бы через три года, чтобы убить ее. По таким мотивам действуют сразу же.