Чтение онлайн

И сбросила. Сучка! А вот я уверена, никому она ничего не передаст.

 Я спустилась вниз, купила паршивый кофе и пирожок у тётки в платке. На этот раз я его доела - и правда вкусный. А в приёмную я позвонила ещё шесть раз, после третьего звонка слушала только музыку - трубку не брали, наверное, я в чёрном списке прилипал.

Ничего, Аська Соловьева так легко не сдаётся. По крайней мере, если ей грозят Годзиллы. Я поехала к офису Шакирова. Солидное четырёхэтажное здание в самом центре города, пока добираться будешь, волей не волей полюбуешься на исторические достопримечательности.

Я

даже внутрь смогла попасть - на первом этаже был банк. Но на этом все. Как понимаете, дальше операционного зала я в банке не прошла. Как проникать в офис наверху - неизвестно. Наверное, через те самые дверки, что так тщательно охраняют. Обойти здание по периметру я тоже не могла - кругом заборы, паркинг закрыт шлагбаумом и опять же - охрана. Работают же миллионеры!

Я сходила к торговому центру и купила себе бинокль. Увесистый и недешевый - нужно будет предъявить список трат Годзилле и включить туда бутылку "Лыхны", которую вчера от отчаяния купила. С ним я пошла в автосалон "Мерседес", что находился напротив офиса Таира.

— Я могу вам помочь?
– осведомилась милая девица.

Ее взгляд говорил - делать тебе здесь, Аська, совершенно нечего. Любая из этих машин стоит дороже, чем ты разобранная на органы. Но смутить меня было непросто, а сейчас ещё и обстоятельства давили. Я сделала морду кирпичом и прошла дальше. Наглости у девушки не хватило, и выгнать она меня не решилась, только бросила растерянный взгляд на охранника.

Так я попала в обитель роскоши. Машин было не много, но каждая - чуть не произведение искусства. Дешевок здесь не держали. Я планировала подняться на застекленный второй этаж и там из бинокля осмотреть офис Таира, и возможно придумать, как мне быть, чтобы пробиться к венценосному телу. Но противная консультантка ходила за мной, как приклеенная, а доставать при ней бинокль мне не хотелось. Наконец, я не выдержала и обернулась.

— Вы беспокоитесь, что я унесу один из автомобилей в кармане? Если вы сейчас же не оставите меня в покое, я буду вынуждена позвонить на горячую линию вашей компании.

Подействовало, девушка полыхнула взглядом, но отстала. Я устроилась на широком подоконнике второго этажа - окна были огромными и панорамными, достала бинокль и принялась наблюдать.

Выводы оказались неутешительными. И правда, единственным местом, где можно было достать Таира, стал двор его бабки. Здание оказалось под завязку напичкано охраной. Кругом, мать вашу, камеры. Я впала в отчаяние - близок локоток, да не укусишь. А мне очень надо, я проблемы страсть как не люблю.

Я опечалилась. Потом вспомнила фильм, который смотрела ночью под вино. Героиня бросилась под машину герою. Мысль конечно, отчаянная и безрассудная… Я снова достала бинокль. Сумасшедшая идея была осуществима - рядом с выездом с паркинга перекрёсток, да ещё и лежачий полицейский красовался перед дорожным переходом, машины сбрасывали скорость. Убить меня не должно. А Таир точно покинет офис, рано или поздно, не век же ему там куковать.

В общем я решилась. Пожалела только, что вина у меня с собой нет - для храбрости. Но с другой стороны это даже к лучшему - падать под колеса мужчине своей мечты пьяной это совсем не романтично.

Покинула салон, к вящей радости консультантки,

перешла дорогу и устроилась ждать недалеко от шлагбаума - самая лучшая позиция. Сегодня я, слава богу, не в чулках, но все же холодно, красивые сапожки черпанули ледяной слякоти и ноги отчаянно мерзли. Сейчас я уже не о вине мечтала, а о термосе с горячим чаем. Казалось, уже вечность стою. На часы посмотрела - пятнадцать минут.

— Дамочка!
– окликнули меня.
– Здесь запрещено стоять!

Обернулась - от будки охраны мужчина в форме машет. Это совсем нехорошо - я тут отлично стою, столбом прикрытая. Где мне ещё Шакирову под колеса бросаться?

— Это общественное место!
– с вызовом ответила ему, - я может тут свою судьбу жду. Где хочу, там и стою!

Охранник покачал головой, досадуя на мою несговорчивость, потом красноречиво похлопал по рации, висящей у него на боку.

— Стой, - согласился он.
– Но потом судьбу свою будешь искать в обезьяннике.

Я сдалась и побрела к переходу - буду караулить на той стороне дороги, наверное оттуда меня охранник поленится гонять.

Спас меня бинокль. Я помнила, какая у Таира машина, и видела ее в глубине парковки. Она стояла себе на месте. И когда с парковки тронулось несколько других машин, я не напряглась. А потом решила таки достать бинокль, зря что ли покупала? Во второй машине ехал Таир. Задние окна затонированы, не видно, но столько охраны, божечки мой, и все с таким важным видом - точно судьбу мою везут. Я даже взвизгнула от неожиданности и внезапно навалившегося страха.

Но волка ноги кормят. Страх страхом, а первая машина уже выезжала с паркинга, я перестала визжать и бросилась переходить дорогу прямо наперерез потоку. Машины сердито сигналили, кто-то обозвал меня тупой коровой в окно, мне некогда было на них внимание обращать - я бежала. Бежала чтобы броситься под колеса.

Я успела увидеть Таира. Он курил, его окно было приоткрыто, я даже поймала его беглый равнодушный взгляд - наверное, не узнал. Я поняла - успею.

— Не уйдёшь, - мрачно улыбнулась я.

Визг тормозов и клаксонов раздался неожиданно. Какое-то мгновение просто растянулось в размытую кляксу. Вот я бегу, вот уже лежу на асфальте, растерянно хлопаю глазами и ничего не слышу. Машины тормозят, небо хмурое сверху висит, летит одинокая ворона, ах да, копчик ещё болит. Затем сверху навис дядя. Круглые лоснящиеся щеки, кустистые брови, не менее кустистые усы, вязаная шапка, под ней блестящие чёрные глаза. Совсем не принц, вот совсем. Ну, или принц, но в такую сказку мне отчаянно не хочется. И блин, задница болит!

— Совсем псыхыческий што ли? — запричитал он. — Защем под колеса лежишь, из-за тебя помидор помнут!

Я перевела мутный взгляд на его машину - жигули семёрка, любимого народом цвета баклажан. Наверху, на крыше громоздятся обтянутые веревками мешки с картошкой. Я закряхтела и приподнялась, оставшись сидеть на асфальте многострадальной задницей. Дядя же окинул меня уже другим взглядом - маслянистым и внезапно подобревшим.

— Красывая, - заключил он.
– Из-за какой ишак такой красывый жэнщина прыгает под мой колеса? Айда вставай. У меня курага знаешь сколько? Сэмь ящик! Два тебе подарю.