Чтение онлайн

Рене снова села на стул.

– А теперь?

– Я не ошибусь, если предположу, что Антуан – новый герцог д’Орлон независимо от того, признает ли существующее правительство Франции законность его притязаний?

Разговор вторгся в такие личные сферы, которые не подходили для обсуждения, но Рене кивнула.

– Тогда брак с вами – и пожалуйста, поправьте меня, если я ошибаюсь, – не принес бы ему большой выгоды. Речь идет о наследниках Винсента, как вы понимаете.

– Вы не ошибаетесь. Титул перешел к моему отцу после смерти его отца и братьев. Если бы не произо–шла революция, отец и вовсе не унаследовал бы титула и вообще ничего, кроме незначительной части недвижимости, поскольку мой отец – самый младший из четырех братьев, а у старшего было несколько

сыновей и, соответственно, все получили бы они. Робеспьер устранил всех претендентов. Это он проделал со всеми аристократами, желая пополнить казну новой республики. С титулами было вообще просто – их упраздняли росчерком пера. Но то, что было вывезено за пределы Франции: драгоценные камни, золото, – и то, что успели закопать в лесу, новая власть не могла отобрать.

– Робеспьер брал заложников? – спросил Тайрон.

– Он называл их противниками новой власти.

– Их держали до тех пор, пока наследство не передавалось правительству?

– Да, а потом их казнили по обвинению в измене, – печально добавила Рене.

– Это уже трудно объяснить только чисто политиче–скими мотивами, – пробормотал Тайрон. – А ваш дедушка тоже закопал драгоценности и золото в лесу?

Рене покачала головой:

– Я не знаю. Отец мало интересовался всеми этими безделушками, а если бы он что-то знал о драгоценностях, спрятанных дедушкой, он с радостью отдал бы все трибуналу в обмен на гарантию безопасности своей семьи. Я подозреваю, что нас с Антуаном не арестовали сразу, потому что состояние д’Орлонов весьма значительно и власти, возможно, были убеждены, что отец знает гораздо больше, чем рассказал им, – все так же печально говорила Рене.

– Вы полагаете, что Робеспьер не наложил на ваши сокровища лапу? Не прибрал их к рукам?

Рене пожала плечами и вздохнула:

– Признаться, я не знаю этого, месье. Если все ценности закопаны где-нибудь в лесу под деревом, то правда об этом ушла в могилу вместе с дедушкой.

Тайрон снова откинулся на подушки и стал смотреть в потолок, на колышущуюся паутину. Что-то он в своих рассуждениях упустил. Было что-то такое, чего он не заметил. Тайрон попробовал соединить все услышанное от Рене с тем, что он уже знал, начиная со скандального тайного бегства из дома Селии Холстед тридцать лет назад.

– А что, если это дерево в Англии?.. – тихо спросил Тайрон, не поворачивая головы и не сводя глаз с потолка.

– Месье?

– Был ли ваш дедушка человеком, готовым закопать топор войны и отбросить прежние оскорбления, нанесенные его семейству, если безопасность и благосостояние родных окажется под угрозой?

– Я не понимаю вашего вопроса, месье.

– В первую ночь, когда мы вас подстерегли на дороге, вы сказали мне, мамзель, что ваш дядя устраивает ваш брак с человеком, который получал прибыль на крови тех, кто закончил свою жизнь на гильотине.

– Да. И это правда.

– Вы также сказали тогда, что многие перепуганные аристократы платили ему огромные суммы за переправку контрабандой их богатств из Франции, чтобы люди вроде Робеспьера не конфисковали бы все во имя свободы, равенства и братства. Согласно вашим словам, он брал у них драгоценности и обещал сохранить их, пока владельцы предпринимали меры для спасения своих жизней.

Рене почувствовала, как холодок пробежал по спине. Она выпрямилась еще больше и замерла.

– Да, – прошептала девушка. – Это тоже правда. Было именно так, как я сказала.

– И вы говорили, – продолжал Тайрон спокойным голосом, – что он размещал сокровища в хранилищах собственного банка и держал их там до тех пор, пока не приходило известие, что с тем или иным семейством покончено навсегда. А потом он объявлял, что это отныне его личная собственность.

– Простите, месье, но я не совсем вас понимаю…

– У Эдгара Винсента нет никакого банка. Банк есть у вашего дяди, мамзель.

– У моего дяди?

– Но это не то, чем можно бы похвастаться в обществе джентльменов, – криво усмехнулся Тайрон. – Лорд Чарлз Холстед, граф Пакстон, владеет одним из самых больших банков в Лондоне. Во времена его отца

этот банк был одним из самых солидных и уважаемых, но поскольку не произошло слияния с компаниями Лестера из-за строптивости вашей матери, владельцу банка пришлось иметь дело с разного рода сомнительной клиентурой. Со спекулянтами, – он снова усмехнулся, готовясь произнести следующее слово, – и ворами. Управляющие не задают никаких вопросов о происхождении денег и не разглашают чужих тайн, а это чрезвычайно удобно клиентам. Конечно, все делается за определенную мзду.

Рене удивилась.

– Откуда у вас такие сведения, месье? – потрясенно спросила она.

– Дело, которым я занимаюсь, – а вы знаете, каким именно, – целиком зависит от объема и качества полученной информации. Например, я знаю, что Рос и Винсент прошли вместе довольно длинный путь. С полковником Росом случилась неприятность в ранней молодости: он имел дело с молоденькой женщиной и настолько жестоко избил ее, что она умерла от побоев. Если я ничего не путаю, семейство Роса выкупило его, он пошел в армию в надежде скрыться на некоторое время, чтобы вонь, которая поднялась в связи с этой историей, улеглась. Винсент, как я подозреваю, так или иначе был вовлечен в то неудачно закончившееся развлечение, потому что внезапно стал обладателем больших денег. Винсент запросто вынимал из кармана наличные, чего раньше за ним не водилось. Скорее всего это была награда за молчание. Возможно, он начал дела на черном рынке и там пустил деньги в оборот, приумножая их. Ваш дядя тем временем проиграл свое состояние и по уши влез в долги, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как красть со счетов своих клиентов. Винсент был одним из обворованных.

Рене порывалась прервать его, но Тайрон поднял руку, не позволяя ей этого.

– Самое смешное, по-моему, дальше. Предположим, когда Роса послали во Францию бороться – из благородных побуждений – за сохранение монархии, он попал в среду богатых, охваченных паникой аристократов, готовых заплатить сколь угодно, чтобы ускользнуть вместе с семейством из объятий мадам Гильотины. Он договаривается со своим старым другом Винсентом, который занимается контрабандой и чьи баркасы регулярно пересекают канал, перевозя духи и коньяк. Винсент, в свою очередь, договаривается с Пакстоном, владельцем банка с надежными хранилищами и маленькой слабостью – тягой к воровству, которой можно воспользоваться. Вот прекрасная схема, с помощью которой они наживаются на процентах, занимаются контрабандой, обеспечивают устойчивый приток денег и время от времени получают солидный куш, когда выясняется, что аристократы, состоявшие с ними в сделке, никогда уже не востребуют свои сокровища обратно.

– Но это…

– Воровство? – Тайрон опередил ее, подсказав слово, чтобы она не искала его. – Они, вероятно, рассматривали это как плату за риск. Вот я и думаю: а как они на самом деле должны были поступить с невостребованным золотом? Отдать французскому правительству? Отдать нашему правительству? Какой бы вариант они ни выбрали, любой бы открыл, что они занимаются контрабандой. А каждый знает, что ожидало бы лорда Пакстона за то, что он наживается на войне. То же, что Уильяма Пита. И возможно, если бы не мое появление на дороге пять месяцев назад, они бы продолжали заниматься контрабандой и крали бы безнаказанно.

Глаза Рене впились в него, словно магниты. Синие магниты вытягивали истину из Тайрона Харта.

– Как вы знаете, однажды ночью я ограбил вашего жениха, и взял я тогда не только брошку. При нем было много драгоценных вещиц и золота, и все это он, вероятно, вез из Лондона в более безопасное место, подальше от агентов, которые могли бы поинтересоваться, куда исчезают все невостребованные богатства. После грабежа я пробовал пристроить некоторые вещицы и вскоре узнал, что посредник, с которым я имел дело, мертв, а новый, узнав, что обчищен Эдгар Винсент, наотрез отказался помочь мне. Рос перебрался в Ковентри, чтобы разделаться со мной, и поклялся использовать все средства, которые есть в его распоряжении, чтобы избавить округ от напасти, известной под именем Капитан Старлайт.