Чтение онлайн

Так мало-помалу, по мере того как медленно тащился вперед процесс съемок, фильм «Зима их судьбы» превращался в источник всеобщего измождения и деморализации. Казалось, никто не был способен отогнать мрачные мысли о судьбе проекта или сделать что-либо реальное, чтобы противостоять неудачам, которые просто по пятам преследовали фильм.

Брайан Хэйс избавился от Корбетта Фишера, заменив его другим ведущим режиссером «Континентал», человеком, который имел свой собственный взгляд на фильм и собирался этот фильм отстаивать. Были привлечены новые сценаристы – чтобы заменить кое-кого из тех, кто уже

давно работал над фильмом и творчески иссяк. Хэйс продолжал неистово сражаться за свое детище, но ничто, казалось, не могло победить всеобщее уныние.

«Зима их судьбы», по-прежнему подаваемый послушной прессой как величайший фильм десятилетия, потихоньку превращался в Троянского коня. Но Хэйс и его люди, несмотря на закравшиеся сомнения, неотступно двигались вперед, убеждая себя, что лента будет самой удачной за всю историю существования их студии.

Брайан Хэйс не подозревал, что неудачи «Зимы их судьбы», тщательно скрываемые от постороннего взгляда, не были секретом для Джозефа Найта. И уж конечно, он не мог и подумать, что львиная доля этих проблем с дьявольской изобретательностью создавалась именно Джозефом Найтом.

Из-за своей невероятной погруженности в дела фильма он не был в состоянии так же тщательно, как это бывало прежде, следить за очаровательной Дарией Кейн. Иногда он не видел ее по тридцать шесть или даже сорок восемь часов кряду.

Во время его отлучек Дария проявляла всю свою изобретательность, чтобы встретиться с Джозефом Найтом.

Эти свидания, организованные с максимальным соблюдением предосторожностей, были теперь смыслом существования Дарии.

Они всегда начинались с интимных отношений. Найт словно играл на скрипке прекрасного тела Дарии, умело дирижируя волнами восторга, которые прокатывались по всему ее существу. Когда он, наконец, входил в нее, его мужская сила была несравнима ни с чем. Он поднимал ее до таких высот наслаждения, что Дария никогда не думала, что такое возможно, пока не узнала Джо. Она была на седьмом небе.

Будь Дария более невинной и неопытной, она, без сомнения, влюбилась бы в Найта. Однако мысль о возможности всю жизнь быть рядом с таким мужчиной – все равно что сказка, которая может стать явью. Но весь голливудский опыт Дарии был против нее. Он лишил ее всяческих иллюзий. Она была достаточно здравомыслящей, чтобы понять – Найт не любит ее и не полюбит никогда. Он соблазнил ее с определенной целью. Но она была согласна на его правила игры, она даст ему все, что он захочет, – лишь бы и дальше купаться в этом море наслаждения.

И вскоре после небольшого отдыха Дария рассказывала Найту, как обстоят дела с «Зимой их судьбы».

Она была в курсе всех проблем фильма из многочисленных разговоров с Хэйсом, во время которых она тысячами уловок заставляла его делиться с нею своими надеждами и разочарованиями. Хэйс, до изнеможения доведенный людьми, с которыми он работал на съемочной площадке, был счастлив довериться юной любовнице. Поэтому Дария знала все о трудностях Хэйса, связанных с Мойрой Талбот и Гаем Лэйвери, его режиссерами, о бесконечных вариантах финала фильма.

Все, что Дария узнавала от Хэйса, вскоре становилось известным Джозефу Найту.

Найт посмеивался, думая о неприятностях Хэйса, так как сам заложил в сценарий подводные

камни, расставил ловушки, в которые, он был уверен, Хэйс непременно попадется – из-за своего образа мыслей, своей индивидуальности и особенностей его студии.

Самым опасным капканом был, конечно, конец сценария. Найт завершил его подобным образом, чтобы придать фильму неповторимость и психологическую глубину и еще – чтобы закинуть удочку, зная, что Хэйс не сможет удержаться и клюнет. Но он также был уверен, что глава «Континентал», когда дело дойдет до долларов и центов, потеряет чувство реальности и выкинет трагическую концовку, заменив ее стереотипным, привычным для Голливуда финалом.

Сознавая все это, Найт специально выстроил композицию так, что без печального конца фильм утрачивал внутреннюю динамику, повисал в воздухе. Теперь эта мина замедленного действия сработала. Все высокооплачиваемые сценаристы Хэйса не в состоянии вернуть фильму утраченную мощь, потому что их босс сделал непоправимую ошибку, заменив финал.

Но это были еще не все подарки, которые Джозеф Найт приготовил Брайану Хэйсу.

Найт намеренно написал ключевые сцены так, что в них участвует героиня-подросток, зная, что Мойре Талбот, более старшей по возрасту, будет непросто с ними справиться. И он умело поместил героя в такие обстоятельства, когда женоподобный Гай Лэйвери будет вынужден вылезать из кожи, чтобы отразить в своем персонаже мужское, энергичное начало. Вряд ли обоим удастся соответствовать своим ролям.

Когда Хэйс и его люди попались в ловушки, Найт первым узнал об этом. От Дарии Кейн.

И наконец, было еще одно важное обстоятельство, связанное с Дарией. Один из самых тонких моментов изощренной мести Джозефа Найта.

Найт знал, что Дария была доверенным лицом Хэйса. И он стал подкармливать Хэйса своими собственными идеями – теми, которые якобы помогут исправить положение вещей, ставшее уже откровенно критическим. Он высказывал их Дарии, которая, в свою очередь, предлагала их Хэйсу как свои собственные во время их интимных встреч.

Хэйс был изумлен остротой ума своей возлюбленной. Он отдавал ей должное как любовнице, но никогда не думал, что у нее есть что-либо в голове. Теперь он переменил свое мнение.

Ее советы были подчас просто гениальны. Она подсказывала, как сделать, чтобы Мойра смотрелась моложе и непосредственнее. Она говорила, как помочь Гаю Лэйвери выглядеть более мужественным, более привлекательным. Она читала вместе с Хэйсом сценарий, указывая на недостающие моменты, могущие придать действию необходимую живость и мощь.

Хэйс внимательно слушал все, что она говорила. Все больше и больше он полагался на ее советы. Он даже пригласил ее на съемочную площадку как консультанта, но она благоразумно отказалась, говоря, что более мудро будет избавить ее от сутолоки съемок, иначе у нее просто разболится голова, которая должна быть ясной. Настоящей причиной отказа было то, что Дария хотела иметь возможность для встреч с Джозефом Найтом.

Чем больше проходило времени, тем в большую зависимость от мнения Дарии попадал Хэйс. Хотя она не была впрямую связана со съемками фильма и никогда не посещала съемочной площадки, девушка оказалась более значимой фигурой, чем все люди «Континентал».