Таблицы Рошарха
Шрифт:
ПРЕДОСТЕРЕЖЕНИЕ
Друян любил этот сквер в центре города, с его широкими тенистыми аллеями, по которым молоденькие мамы катали нарядные детские коляски, Расположен он был рядом с прокуратурой, и после трудового дня было приятно посидеть где-нибудь в укромном уголке наедине со своими мыслями. После душных кабинетов и прокуренных коридоров прокуратуры, наполненных сдержанным гомоном многочисленных посетителей, чистый воздух сквера и его тишина воспринимались как заслуженный подарок в конце дня.
Не успел Друян развернуть свежую газету, как из-за голубых елей, росших возле декоративной груды валунов, появился мужчина
Незнакомец поздоровался с Друяном, как с давним знакомым, назвав его по имени-отчеству, и, сев на скамью, сразу приступил к деловому разговору:
– Меня, Сергей Викторович, попросили поговорить с вами об одном деле…
– …выгодном для меня и наверняка противозаконном. Так? – с усмешкой закончил фразу Друян.
– Почему вы так думаете? – несколько растерялся незнакомец.
– Потому что вы решили поговорить об этом со мной в неофициальной обстановке. Кроме того, в отличие от вас, я не знаю, с кем говорю…
– Извините… Меня зовут Игорь Сергеевич. По профессии я юрист, если это вам интересно. А насчет противозаконности… то вы даже еще не слышали, о чем я хотел поговорить.
– Дело касается взятки? – напрямик спросил Друян.
– Не совсем, – усмехнулся пришедший. – Скорее речь идет о подарке. И потом… вы уж слишком прямолинейны, Сергей Викторович. Такую роскошь – называть вещи своими именами – можно позволить себе в том случае, если уже достиг в жизни определенных высот. Стоишь на одной из верхних площадок, так сказать.
– Очевидно, я уже стою несколько выше ваших друзей, – язвительно заметил Друян. – С просьбой-то обращаюсь не я.
– Меня предупредили, – признался Игорь Сергеевич, – что мне придется иметь дело с умным человеком. Это и привлекает, и создает определенные трудности. Умный человек опасен: он способен к аналитическому мышлению и зачастую консервативен в нравственном от ношении. Склонен к идеализму, если хотите. Ничего, если я закурю? Я знаю, что вы не курите, поэтому…
– Курите, – перебил его Друян. – И предупреждаю: у меня не более десяти свободных минут. Так что вам лучше сразу перейти к конкретным предложениям.
– Хорошо! – подвинулся ближе Игорь Сергеевич. – Вы как-то интересовались в магазине «Восток» шахматным столиком…
– Я просто поинтересовался ценой. Но после того, как мне ее назвали, пропал всякий интерес. А разве его еще не забрали? Мне сказали, что какой-то профессор…
– Нет, – пыхнул сигаретным дымком Игорь Сергеевич, – покупка не состоялась. В последний момент кооператив повысил цену на эту вещь, и профессор остался без шахматного столика. По-человечески жаль его, конечно, но… магазин живет по законам коммерции. Государственных дотаций кооператив не получает.
– А почему вы решили, что у меня доходы выше профессорских? – спросил Друян. – С тех пор, как я интересовался столиком, оклад у меня не изменился.
– Правильно: оклад остался прежним, – согласился с ним собеседник. – Но зато заметно возросли ваши акции в деловом мире. Просто вы этого не замечаете или… не хотите замечать.
– Интересно! И на каких же условиях вы хотите продать мне этот столик?
– Не я, – слегка поморщился Игорь Сергеевич. – Я вообще к этому делу причастен лишь в качестве посредника. А условия весьма заманчивые. Вы получаете столик… Нет, не
– А чем это вызвано? – спросил Сергей Викторович. – Так ведь недолго и проторговаться.
– Ну… магазин закрылся на ремонт, а хранить такую дорогую вещь в ремонтной сутолоке весьма рискованно. Могут повредить. Кому он тогда будет нужен? Сейчас они под склад думают подвал оборудовать. Есть и разрешение райисполкома. Остальную мебель они уже распродали,
– А что я должен сделать в качестве компенсации за те убытки, которые понесет магазин при продаже столика?
– Да ничего особенного, – равнодушно сказал Игорь Сергеевич. – Прошел почти месяц с того дня, как произошли те неприятные события в магазине. Ну, и мои друзья хотели бы, чтобы об этом деле постепенно забыли. Знаете, все эти допросы, слежки, подозрения… Они как-то не стимулируют желания работать с полной отдачей. Тем более доказательств чьей-либо вины у вас нет. Так, ничем не подкрепленные подозрения. Всплески следственной фантазии. Мои друзья хотели обратиться с жалобой в соответствующие органы…
– С жалобой – на что? – живо спросил Друян.
– Что им мешают работать… Но я им посоветовал пока этого не делать.
– Как это у вас все гладко выглядит! – задумчиво похлопал Друян по скамейке свернутой в трубку газетой. – Четыре человека убиты и – закрой дело! Да кто мне позволит?
– Позволят, – уверенно протянул собеседник. – Да от вас только и ждут этого! Ну получите для порядка устное замечание, может быть, – выговор. Так ведь в кармане его не носить? Процент нераскрытых преступлений у нас в стране пока еще достаточно высок… Почему это дело должно быть исключением? Вас кто-нибудь торопил с расследованием? Устанавливал какие-нибудь жесткие сроки? – спросил Игорь Сергеевич. И, видя, что следователь молчит, продолжил: – Вам, собственно, нужно только найти, кто убил директора магазина и его посетителя. Все остальное легко объяснимо: дурака-боксера отправили на тот свет сумасшедшие, и об этом есть акт, а прокуратура своевременно поставлена в известность. А старика Баркова убили в пьяной драке такие же алкаши, как и он сам.
– Сомневаюсь и в том и в другом случае, – сказал Друян. – И откуда у вас такие полные сведения?
– Я, кажется, предупредил, что по профессии юрист. И прежде, чем браться посредничать, постарался изучить все доступные материалы дела. А насчет сомнений… Вы их отбросьте! Они вам только мешают. Жаль, конечно, людей, – нахмурился Игорь Сергеевич. – Но, если трезво рассудить, там, кроме директора, полноценных членов общества и не было. Днем раньше, днем позже, но их примерно такая участь и ждала. А вот того, кто убил директора и его посетителя, вы, наверное, на днях найдете… Тогда у вас вообще все козыри на руках будут.
– Где найдем? – чуть не вскочил со скамейки Друян.
– Ну… этого я вам заранее сказать не могу. Но что найдете – точно! Предчувствие у меня такое. Ну так… я, пожалуй, пойду, – поднялся со скамьи юрист. – Да, забыл вам сказать об одной мелочи: если вы помните, в столике есть два ящичка для фигур. Так вот: в каждом из них будет лежать по двадцать пять тысяч рублей. Для покупки шахматной литературы, – улыбнулся посредник. – Обдумайте хорошенько это предложение, – сказал он на прощание. – Я полагаю, что не каждый день можно сделать такое выгодное приобретение. Двух-трех дней вам хватит? Или вы хотели бы подумать над этим неторопясь?