Шрифт:
1
Настойчивый зуммер будильника вернул Линду к реальности, напоминая, что уик-энд закончился, впереди рабочие будни. Вчерашняя вечеринка удалась на славу, не считая навязчивых ухаживаний Остина Ирвинга, оказавшегося весьма нетерпеливым и самоуверенным. Нельзя сказать, что Линде не понравился этот темноволосый симпатичный парень с нагловатым проницательным взглядом и игривой улыбкой. Как знать, если бы он столь решительно не ринулся в атаку, подкараулив Линду на заросшей вьюном веранде, может, она согласилась бы с ним поужинать и что-нибудь да заладилось…
От
— Зачем себя обманывать, — сказала она вслух, — ведь не из-за того, что какой-то смазливый нахал полез к тебе с поцелуями, ты всю ночь не сомкнула глаз.
Да, ей так и не удалось заснуть. Под утро Линда хотела выпить снотворное, но мучительные и в то же время приятные воспоминания словно вернули ее в прошлое, с которым так не хотелось расставаться…
Линда направилась в ванную, и упругие струи горячего душа немного взбодрили ее.
Из кухни доносилось веселое пение Маделейн, соседки Линды по квартире. Они уже почти год работали в частной школе для девочек, но поселились вместе только пару месяцев назад, когда прежняя соседка Линды в поисках удачи отправилась за океан. К счастью, девушки отлично ладили и скрашивали друг другу одиночество.
Линда поздоровалась с Маделейн и с наслаждением вдохнула аромат утреннего кофе.
— Извини, на завтрак только кофе, — беззаботно произнесла Маделейн, — мой новый дружок оказался на редкость прожорливым. К счастью, его зверский аппетит не ограничился сандвичами… Как ты повеселилась вчера?
— Отлично, — без особого энтузиазма ответила Линда, ей не хотелось откровенничать по этому поводу. — Пора одеваться, а то опоздаем.
Линда встала из-за стола, поблагодарив за кофе, и пошла в свою комнату.
Надев серый деловой костюм, Линда заглянула в еженедельник и тяжело вздохнула: вся ее неделя была расписана по часам.
Линда Уилсон выбрала нелегкую профессию, но ничуть не жалела об этом. После окончания факультета психологии Сиднейского университета она не без страха поступила работать в школу консультантом, но вскоре смогла найти подход к ученицам самых разных возрастов и зарекомендовала себя с наилучшей стороны.
Маделейн частенько подтрунивала над подругой, поскольку, будучи преподавателем физики, отдавала предпочтение точным наукам, где все укладывается в конкретные законы.
— На твоем месте, — частенько приговаривала Маделейн, в очередной раз выслушав рассказ Линды о проблемах учениц, — я бы повесила в кабинете кнут и регулярно проводила практические занятия, не тратя время на бесконечные нравоучения, которые чаще всего пропускаются мимо ушей.
Линда лишь улыбалась в ответ, предпочитая не вступать в полемику.
— Маделейн, пора! — поторопила она подругу, выходя из квартиры и доставая из сумочки ключи от машины.
Неделя действительно выдалась трудная и, приветствуя входящую в кабинет рыжеволосую Мегги Кливли, Линда с облегчением подумала, что это последнее собеседование.
Выслушав исповедь девушки, Линда удрученно покачала головой.
Куда катится этот мир? Семнадцатилетние девушки считают себя уродами только потому, что еще не лишились девственности!
— Мегги,
Линда подозревала, что отчасти проблема именно в этом. Следующий учебный год — последний школьный год Мегги — может оказаться очень напряженным. Большинство подростков в свои последние каникулы распускаются. Экзамены уже позади, наступило лето, пора бесконечных вечеринок со всеми возможными соблазнами — от спиртного до наркотиков. В таких обстоятельствах многие девушки теряют невинность, но редко планируют это загодя. Однако решение Мегги переспать со своим другом заранее продумано и запланировано.
— Послушай, я знаю, тебе, наверное, кажется, что ты безумно влюблена в этого парня, — начала Линда, — но в семнадцать лет любовь редко длится долго. На будущий год — даже в будущем семестре — наверняка появится другой парень, потом еще один… И если спать с каждым, то…
— Я вовсе не влюблена в Берта, — возразила Мегги, вперив в собеседницу дерзкий взгляд. — Я просто хочу узнать, что это такое, вот и все. Везде об этом читаешь, а кроме того, все остальные так делают.
— Все остальные так не делают! — воскликнула Линда. Ее щеки порозовели, она надеялась, это походило на негодование.
— Вам легко говорить, мисс. Спорим, вы-то знаете, что это такое. Должно быть, у вас была толпа дружков!
Линда чувствовала, как ее лицо начинает гореть.
— Знаешь ли, молодая леди, — сказала она твердо, — мои приятели — это мое дело. Мы обсуждаем твою сексуальную жизнь, а не мою! Кроме того, мне двадцать четыре года, а не семнадцать. Поверь, в твоем возрасте я тоже была девственницей.
И продолжаешь ею оставаться, добавил противный голос в ее мозгу. Линда нахмурилась.
— Как твой школьный психолог, — продолжала она лекторским тоном, — я даю тебе совет подождать устойчивых взаимоотношений, прежде чем сделаешь серьезный шаг. Занятия любовью не должны быть просто экспериментом, особенно в первый раз. Они должны стать совершенно особенным переживанием двух людей, которые действительно любят друг друга. Переживанием, вспоминать и оглядываться на которое ты будешь с радостью, а не с сожалением.
Еще произнося эти слова, Линда видела, что девушка ее не слышит. Весь вид Мегги подтверждал это. Она надула губы и не поднимала глаз.
— Дороти говорила, что вы поймете, — протянула ученица. — Она сказала, что вы поможете мне, как помогли ей.
— Дороти — это абсолютно другой случай, — пробормотала Линда, уже зная, что потерпела поражение. В душе она могла быть романтиком и идеалисткой. Профессионально приходилось быть реалистичной.
Как психолог, она отвечала за здоровье ученицы. Физическое и душевное, поскольку и то и другое неразрывно связано. Приуныв, она вытащила из нижнего ящика стола пару презервативов из тех, что хранила там, чтобы выдавать подросткам, являвшимся к ней по тому же поводу, что и Мегги.