Чтение онлайн

— Никто не победит, уверяю вас! Вот увидите, в один прекрасный день война кончится — и все останется по-старому!

— В том, что война затянулась, виноваты американцы; своими долларами они творят, что только им вздумается.

— И своими солдатами, пишет мой муж. Их там видимо-невидимо, с каждым днем все больше.

— Каким образом они переправляются через океан? Не понимаю!..

Вальтер молчал и слушал. Молодая женщина, сидевшая напротив, тоже молчала, но слезы все еще текли у нее по щекам. Она несколько раз взглянула на Вальтера,

вероятнее всего потому, что он, задумавшись, не сводил с нее глаз.

III

Она вышла на вокзале Берлинер Тор. Вальтер хотел высадиться, дальше, на Даммтор, но он встал и сошел вслед за ней. За барьером он крикнул:

— Послушайте, многоуважаемая! Это я вас, да! На одну минуточку!.

Удивленная, женщина нерешительно подошла к нему.

— Вы ведь свою картошку… Я… Вы только не думайте… Я хочу предложить вам половину моей… Нам дома пока хватит и этого. На будущей неделе я могу съездить еще разок. Надо же вам хоть сколько-нибудь картофеля…

Нет, теперь она не плакала. Только очень удивилась. Ее ясные карие глаза радостно блеснули.

— Вы в самом деле предлагаете мне?

Вальтер невольно улыбнулся недоверчивому и все же радостному выражению ее лица.

— Да, да, я решил еще в поезде. Пожалуйста, возьмите! Вы далеко живете?

— О нет, совсем близко! На Боргфельдерштрассе!

Она жила на первом этаже в маленькой уютной квартирке. «Э. Тиссен», прочел Вальтер на дверях. Она пригласила Вальтера в столовую. Здесь все сверкало чистотой, словно только что из магазина. Светлая лакированная мебель — буфет, овальный стол, покрытый кружевной скатертью, и кресло у окна. На подоконниках за гардинами — цветы.

Она куда-то вышла. Вальтер слышал, как в кухне полилась вода. Он встал и пошел туда. Но дверь оказалась запертой. Вальтер постучал, хотел проститься. Она крикнула ему оттуда:

— Подожди, я умываюсь. И для тебя уже поставила воду.

«Для тебя? Она уже со мной на ты?» — Вальтер вышел в переднюю и стал делить картофель: половину оставил в мешке, половину положил в рюкзак. Масло и колбасу он рассовал по наружным карманам рюкзака.

Он и сам не знал, почему ему вспомнилась в эту минуту Рут. Рут — совсем другая, тоненькая, бледная, серьезная, взгляд — как притушенный огонек. Фрау Тиссен, напротив, решительная, живая, жизнерадостная женщина, сияющая чистотой, как и ее квартира… Какой у нее открытый, теплый взгляд!

Фрау Тиссен вошла в комнату. Волосы она подобрала вверх. Лицо разрумянилось. От нее веяло свежестью.

— Ну вот, смыла грязищу! Живо, помойся, и будем пить кофе. Я пока накрою стол. Иди же, вода готова.

Вальтер смущенно улыбнулся. В комнате было тесно, и когда он прошел мимо хозяйки, она как бы невзначай коснулась его грудью. Кровь бросилась ему в голову.

— Да ты совсем еще молоденький! — Она оглядывала его с ног до головы. — А глаза у тебя красивые, большие и такие… любопытные.

—

Ваши красивее, — ответил Вальтер. Она лукаво тряхнула головой, но он подтвердил свои слова кивком: — Да! Да!

Она засмеялась и спросила:

— Как тебя зовут?

— Вальтер.

— Красивое имя.

Он опустил глаза. Она, казалось, ласкала его взглядом. Не глядя на нее, он спросил:

— А вас как зовут?

— Иоганна.

— А на дощечке «Э».

— Глупыш, это же мой муж. Его зовут Эрнст.

Молчание.

— Ты недоволен, что у меня есть муж? Но он, бедняга, далеко, очень далеко.

— Нет, почему? — Вальтер удивился. Почему она решила, что он недоволен?

— Ну, это я так сказала. И дочурка у меня есть. Маленькая еще, три года.

Пауза.

Вальтер прихлебывал солодовый кофе. Она ела поджаренный хлеб, который поставила на стол. Подняв голову, Вальтер увидел, что она не спускает с него внимательных глаз. И еще он заметил, что у нее чудесные ровные зубы. Не выдержав ее взгляда, он снова опустил глаза.

— Твой отец тоже в армии?

— Да.

— Братья и сестры есть?

— Одна сестренка.

— Старше тебя?

— Нет, я старший.

— А! Значит, глава семьи.

Опять молчание.

— Что ж ты не ешь? В следующий раз я приготовлю тебе что-нибудь повкуснее.

— Спасибо.

Вальтер взял ломтик белого хлеба и откусил кусочек.

— А подруга у тебя уже есть?

— Сейчас нет. Но была.

— Вот как! Была! Смотрите-ка!

Она сделала удивленное лицо, поджала губы и покачала головой. «Чудачка какая-то! — подумал он. — Ну, да, была подруга — что тут удивительного?»

— Твоя подруга была старше или моложе тебя? Старше или моложе?

Глупый вопрос. А в самом деле, Грета старше или моложе? И он ответил:

— Да как будто однолетки мы.

— Оба, значит, зеленые юнцы, — улыбнулась фрау Тиссен. — Ну, и как… никогда вы не играли… в папу и маму?

Он с удивлением, даже с досадой взглянул на нее. Мелет всякий вздор. Глупо!

— Нет, в игры мы уже давно не играем, не маленькие мы!

Иоганна Тиссен громко рассмеялась. Взглянув на молчаливого, серьезного юношу, она снова разразилась хохотом. Вальтер, насупившись, сердито смотрел на нее. «Пойду я», — решил он. Нет, эта женщина совсем не такая, какой показалась ему на первый взгляд.

— Тебе семнадцать уже минуло? — спросила она. — Ведь в эти годы пора быть мужчиной!

— Конечно! Как же иначе!

— Ах, так? — Она рывком придвинулась и села рядом с ним, в углу дивана. — Ты, значит, мужчина? Какой же ты мужчина?

Он вскочил. Но Иоганна с неожиданной силой притянула Вальтера к себе, взяла в обе руки его голову и поцеловала так неистово, что зубы их стукнулись.

Вальтер вскипел, стыд и гнев охватили его. По мере того как его силы крепли, ее — ослабевали. Он отбросил ее от себя сильным толчком. При этом сдвинул стол и опрокинул чашку, остатки кофе пролились на скатерть.