Чтение онлайн

– Здесь не слишком светло? – спросил великан, обращаясь к тому, что моложе, на носу у которого все еще сидели солнцезащитные очки.

– Я вижу то, что хочу видеть, – сказал тот, что моложе, без всякого выражения.

– Хорошо сказано. Хотел бы я иметь такие же молодые и свежие глаза, как у тебя. – Великан указал на собственные глаза. – Ты знал, что чувствительность глаз к свету сокращается на тридцать процентов уже к пятидесяти годам? Так что жизнь – это путешествие к тьме, а не к свету, да? No pun intended [41] в отношении вашей жены, комиссар Кефас, но именно поэтому мы должны как

можно раньше научиться передвигаться по жизни вслепую. Мы должны научиться способности крота пользоваться другими органами чувств, чтобы видеть, какие нас ожидают препятствия и угрозы, да?

Он всплеснул руками. В этот момент он был похож на экскаватор с двумя ковшами.

– Или, конечно, купить крота, который будет видеть за нас. Проблема с кротами состоит в том, что они по большей части прячутся под землей, поэтому их легко потерять. Как я потерял своего. Понятия не имею, куда он пропал. И я так понимаю, что вы тоже его разыскиваете, да?

Тот, что моложе, пожал плечами.

– Дайте угадаю. Кефас заманил тебя сюда, пообещав, что ты встретишься с кротом, да?

Тот, что старше, кашлянул:

– Дело в том, что Сонни пришел на эту встречу добровольно, потому что он хочет заключить мир. Он считает, что рассчитался за то, что произошло с его отцом. И стороны могут разойтись. Чтобы доказать, что он действительно этого хочет, он отдаст похищенные деньги и наркотики. В обмен на прекращение охоты на него. Можно принести сюда «дипломаты»?

Великан кивнул блондину, который положил на стол оба чемоданчика. Тот, что старше, протянул руку к одному из «дипломатов», но блондин отбросил его руку в сторону.

– Я вас умоляю, – произнес тот, что старше, поднимая руки вверх. – Я только хотел показать, что господин Лофтхус принес с собой одну треть наркотиков и одну треть денег. Остальное вы получите после того, как пообещаете ему перемирие и выпустите отсюда живым.

Кари выключила зажигание машины и посмотрела на неоновую вывеску на бывшем здании мастерских. Красными буквами на нем было написано А-к-е-р-Б-р-ю-г-г-е. С только что причалившего парома валили люди.

– А что, для начальника полиции действительно безопасно идти на встречу с преступниками без прикрытия?

– Как говорил один мой друг, – произнес Понтиус Парр, проверяя пистолет в наплечной кобуре, – «Нет риска – нет и выигрыша».

– Похоже на Симона, – сказала Кари, бросив взгляд на часы на башне Ратуши.

Десять минут восьмого.

– Точно, – улыбнулся Парр. – А знаете что, Адель? У меня такое чувство, что у нас будет славный день. Я хочу, чтобы после этого вы поехали со мной на пресс-конференцию. Начальник полиции и молодой инспектор. – Он причмокнул, как будто пробовал слова на вкус. – Да, думаю, им это понравится.

Он открыл дверь со стороны пассажирского сиденья и вышел из машины.

Кари пришлось бежать, чтобы не отстать от него на променаде.

– Ну? – сказал тот, что старше. – Похоже на сделку, которая всех более или менее устраивает? Вы получите то, что у вас забрали, а Лофтхус – свободу. Он уедет из страны.

– А вы получите свою небольшую комиссию за ведение мирных переговоров, да? – улыбнулся великан.

– Именно.

– Ммм, – великан посмотрел на Симона, словно в поисках того, что никак не мог отыскать. –

Бу, открой «дипломаты».

Блондин вышел вперед и попытался открыть металлические замки.

– Он заперт, шеф.

– Один, – произнес тот, что моложе, мягким, почти неслышным голосом. – Девять, девять, девять.

Блондин повернул металлические цилиндры и поднял крышку. Потом он повернул «дипломат» к шефу.

– Вот как, – сказал великан, поднимая один из белых пакетиков. – Одна треть. А где остальное?

– В тайном месте, – ответил тот, что старше.

– Конечно. А код от чемоданчика с деньгами?

– Тот же самый, – ответил тот, что моложе.

– Тысяча девятьсот девяносто девятый. Год, когда умер твой отец, да?

Тот, что моложе, не ответил.

– Хорошо? – произнес тот, что старше, натянуто улыбнулся и сложил руки. – Теперь мы можем идти?

– Но я думал, что мы поедим вместе, – сказал великан. – Вы любите омаров, да, нет?

Реакции не последовало.

Он тяжело вздохнул:

– Честно говоря, я тоже не люблю омаров. Но знаете что? Я все равно их ем. Почему? Потому что этого ожидают от человека моего положения. – Костюмный пиджак сдвинулся с массивной груди, когда он развел руки в стороны. – Омары, икра, шампанское. «Феррари», к которым требуются запчасти, бывшие модели, отсуживающие деньги у бывших мужей. Одиночество на яхте, жара на Сейшелах. Мы делаем многое из того, чего не хотим, да? Но такими вещами я должен себя окружать, чтобы не утратить мотивацию. Не мою, а мотивацию тех, кто работает на меня. Они должны видеть эти символы успеха. Чего я достиг. И чего они могут достигнуть, если будут выполнять свою работу, да? – Великан воткнул сигарету между мясистыми губами. На фоне его большой головы сигарета казалась на удивление маленькой. – Но конечно, эти символы власти также призваны продемонстрировать потенциальным конкурентам и противникам, какой властью я обладаю. То же самое касается насилия и жестокости. Они не нравятся мне, но мне приходится ими пользоваться, чтобы не утратить мотивацию. Мотивацию платить то, что мне задолжали. Мотивацию не работать против меня… – Он прикурил сигарету от зажигалки-пистолета. – Был, например, один человек, который работал на меня. Он модифицировал оружие. Он вышел из игры. Я понимаю, что человеку больше хочется возиться с мотоциклами, а не делать оружие. А вот чего я не могу принять, так это того, что он дает «узи» тому, кто, как ему известно, уже убил несколько моих людей.

Великан постучал указательным пальцем по аквариумному стеклу.

Тот, что моложе, и тот, что старше, проследили взглядом за его пальцем. Тот, что моложе, поерзал на стуле. Тот, что старше, просто смотрел.

Белый камень с волнистыми нитями. Никакой это не камень. И никакой это не блестящий кристалл. Это золотой зуб.

– Может показаться, что это уж чересчур – отрубить человеку голову, но, если ты хочешь мотивировать окружающих быть к тебе лояльным, нужно время от времени пользоваться действенными средствами. Уверен, что вы согласны со мной, комиссар.

– Простите? – произнес тот, что старше.

Великан склонил голову набок и изучающе посмотрел на него:

– Проблемы со слухом, комиссар?

Тот, что старше, перевел взгляд с аквариума на великана:

– Боюсь, что это возраст. Так что если бы вы говорили немного погромче, было бы лучше.

Близнец удивленно рассмеялся:

– Погромче? – Он затянулся сигаретой и посмотрел на блондина. – Вы проверили их на прослушивающее оборудование?

– Да, шеф. И ресторан тоже.