Чтение онлайн

Джеральд толкнул своего ассистента в бок, не понимая, отчего тот медлит, а сам помчался навстречу гостям: восхищаться красотой Изабеллы и рассыпаться в благодарностях перед Аязом.

– Братец Яхо, ты совсем не изменился! – радостно вскрикнула девушка, бросаясь на шею остолбеневшему Яхору.

«Зато ты изменилась до неузнаваемости», в отчаянии думал юноша, машинально обнимая Беллу за талию. Он отчего-то ждал маленькую девочку с вечно растрепанными волосами, а увидел невероятную красавицу с тонким лицом и большими черными глазами. Красивые женщины Яхора никогда не интересовали. Красивые женщины его откровенно пугали. И уж тем более, он никогда не прикасался к ним так интимно. И пахло от

нее чем-то неуловимо свежим, словно ветром в горах, и от этого запаха сердце у него заколотилось, а дыхание сперло. На миг его охватило острое желание прижать к себе эту девушку и уткнуться носом ей в шею, но, конечно, ничего подобного он себе сделать не позволил. Наоборот, осторожно отстранился и отступил на шаг, поправляя воротник пальто. Он надеялся, что ощущение, как будто его стукнули пыльным мешком по голове, пройдет.

Не прошло. Чем больше он на нее глядел, тем прекраснее она ему казалась. Само совершенство! И тонкий нос, и ямочка на щечке, и нежная линия шеи, и покрасневшее от холода ушко, выглядывающее из-под шляпки – всё было идеальным. Не в силах смотреть на нее – словно на солнце – Яхор перевел взгляд на отца и пошел пятнами. Аяз явно понял все его чувства и улыбался приемному сыну с добрым лукавством.

Целитель раскинул руки, и уж в его объятия Яхо шагнул без малейших колебаний, снова ощутив себя маленьким мальчиком, который вдруг осознал, что его любят.

– Возмужал, – одобрительно сказал Аяз, ощупывая его плечи. – А с рукой что?

Яхор подавил детское желание спрятать руки за спину и нехотя ответил:

– Раздробило лучевую кость во время взрыва. Ничего, починили.

– Дома покажешь.

Яхо кивнул, малодушно радуясь, что вниманием Изабеллы уже завладел умеющий обращаться с дамами Джеральд. Так было проще. Слишком внезапным стало для Яхора это странное чувство, которому он и сам не мог дать объяснение.

– Мы, признаться, не ждали, что вас столько багажа, – несколько смущенно сказал Джерри. – Мобиль у меня городской, багажное отделение совсем маленькое.

– Ой, это я с дадэ выпросилась, – тут же сообщила Белла. – Франкия, конечно, чудесна, но за три года она надоела мне до ужаса. Очень хотелось увидеть Галлию и замок Нефф! И летательный аппарат Яхо, само собой! Яхо, помнишь, как ты мечтал о полетах! Я всегда в тебя верила!

Яхор сглотнул, а потом предложил:

– Я, наверное, пешком пойду. А вы все езжайте, вы с дороги. Голодные, наверное.

– Разместимся, мы не толстые, – весело сказал Аяз, закидывая свои саквояжи на заднее сидение. – Я спереди, можно, Джерри? А молодежь вполне уместится сзади. Белла, что стоишь, залезай. Ты без шарфа, а сейчас метель начнется, да, Яхор?

Яхо на мгновение склонил голову, прислушиваясь к ветру, и качнул головой.

– Нет, не будет непогоды. Скоро снег закончится. Всё растает.

Погоду предсказывать он научился еще в Степи, когда выяснилось, что он и в самом деле слышит ветер и даже умеет ему приказывать. Правда, управлять ветром – все равно что поезд перед собой толкать – надорваться легче легкого.

Яхо немного замешкался, но, повинуясь строгому взгляду целителя, поспешно залез на заднее сидение мобиля. Как-то вдруг оказалось, что он сидит, плотно прижатый к горячему боку Изабеллы, вдыхает запах ее волос и снова краснеет оттого, что девушка искренне улыбается ему и прикасается коленом к его ноге. Стоит Яхору чуть повернуться – и перед глазами будут ее губы, такие нежные, такие яркие, на которых блестят капли растаявшего снега. Она слизывает их, и Яхор ощущает, как от почти неуловимого движения ее язычка у него по телу прокатывается колючая волна, а в паху тяжелеет. Боги, только этого и не хватало! Ему становится отчаянно стыдно за свои мысли.

А Изабель

даже в голову не приходит, что ее названный брат может смотреть на нее как-то не так, она снимает шляпку, как только Джеральд поднимает кожаную крышу мобиля, встряхивает влажными от снега волосами и вертит головой, пытаясь вобрать в себя всё разом: и снег, и горящие фонари, и строгую, но роскошную архитектуру зданий по обе стороны улицы, и вывески магазинов. Она то и дело задевает Яхора рукой или прижимается бедром к его бедру, отчего возбуждение юноши становится просто болезненным. Этот вопрос надо будет срочно решать – иначе как он будет смотреть в глаза отцу?

Приемному отцу, разумеется.

Браенг привозит гостей прямиком на улицу Трех Ветров, в городской дом Оберлингов, и здесь выносливости Яхора нанесен еще один сокрушительный удар. Изабелла сбрасывает шубку, и оказывается, что платье у нее сшито по последней франкской моде: с поясом под грудью и глубоким круглым вырезом. Яхо с усилием заставляет себя отвести взгляд от ключиц и тонкой шеи.

Их встречает Максимилиан Оберлинг, не тот, который Огненный Генерал, а его старший сын, брат Виктории, жены Аяза. Он приветливо кивает зятю, подмигивает Яхору и забирает у племянницы одежду. Яхор делает попытку улизнуть – в самом деле, ему не хочется мешать Оберлингам, он чувствует себя неуютно в высоком обществе. А общество здесь самое высокое: и канцлер, и начальник ловчей службы столицы, и тесть Максимилиана лорд Стерлинг со своей супругой и сыном. Натыкается на насмешливый взгляд канцлера, пожимает плечами, даже не думая раздеваться.

– Куда собрался? – любопытствует Аяз. – Пальто снимай.

– Домой, поздно уже.

– Ты не здесь живешь?

– Нет, у меня своя квартира ближе к ангарам. Отсюда неудобно добираться.

Он не стал говорить, что частенько и вовсе ночует в мастерской. А у Максимилиана слишком красивая супруга, которая к тому же в положении – нечего их смущать. Да и в самом деле, ангары на окраине города, отсюда или таксомобиль вызывать, или пешком больше часа идти.

– Ничего, переживешь, – добродушно хмыкает целитель. – К тому же я хотел твою руку посмотреть.

Яхор со вздохом подчиняется. Руку и в самом деле посмотреть неплохо. Они проходят в гостиную, где юноша закатывает длинный рукав, обнажая кисть и предплечье с вживленной в плоть металлической пластиной. Аяз присвистывает и подзывает Изабеллу.

Лишиться правой руки для выпускника инженерного факультета – хуже не придумаешь. Страшнее только смерть. Когда в лаборатории взорвался котел, Яхор, бывший буквально в эпицентре событий, только и успел, что инстинктивно закрыть лицо рукой. Что произошло дальше, совершенно в его памяти не отложилось. Пришел в себя он в госпитале, с ужасом понимая, что руки вовсе не чувствует. А без руки – какой из него инженер? И если раздробленную кость умница-хирург еще сумел собрать по кусочкам, то восстановить мышечные волокна было просто невозможно. Рука у Яхо осталась, но толку от нее не было никакого.

Вначале лекарь предложил отрезать бесполезную руку до локтя и заменить ее механическим протезом, но Яхор был, во-первых, инженером, и инженером блестящим, а во-вторых, он много времени провел в больнице с приемным отцом. Он видел, на что способен настоящий целитель. Пальцы и часть мышц у него были в полном порядке, а недостающие он предложил заменить механизмом, имитирующим действия человеческой плоти. «Ампутировать всегда успеем», – уверял он лекаря.

– Сумасшедший! – с восхищением выдыхает Аяз, разглядывая блестящую металлическую пластину, словно проросшую сквозь кожу. – А можно будет поглядеть, что внутри? Она ведь открывается?