Сын палача Том 2

Пламя повсюду. Жар шел снаружи, обжигая кожу и заставляя инстинктивно скручиваться в попытке избежать его, и изнутри, вызывая обратное чувство и желание разорвать кожу, чтобы пламя наконец-то исчезло.

Рвущая боль заполнила все тело. Казалось, кожа лопается от огня, мышцы прожариваются, а кости трещат и раскалываются. Судорожная попытка сглотнуть вызывает лишь очередную острую боль, будто внутрь попала кислота, перемешанная с новой порцией пламени. Глаза ничего не видят, кроме багровых пятен. И где-то глубоко бьется в

агонии Хаос, сопротивляясь чужеродной силе.

Инициация огня.

Солрэн хорошо помнил инициацию Хаоса. Страшное чувство, кажется будто твое тело просто теряет свою структуру и расплывается бесформенной массой по ритуальному кругу. А за ним приходит другое, острое ощущение враждебности ко всему сущему. Чувство чужеродности тварного мира. И оно уже не покидает мага хаоса никогда, хотя и притупляется со временем. Притупляется, но всегда остается на грани сознания. Именно оно дает возможность магам Хаоса творить их магию, несмотря на всю непостоянность аспекта.

Почему-то это чувство вернулось именно сейчас, вновь обретя всю свою пугающую остроту. Казалось, стоит лишь протянуть руку к мечущемуся в душе Источнику Хаоса, и у него появится сила развеять пламя. Развеять все вокруг, низвергнуть обратно в первичное ничто, избавиться от этого удушающего жара.

Каждый маг лишь проводник той бесконечной всемогущей силы, которую невозможно объять и осознать. Проводник того, чем владеет Мировой Дух, чем он делится с магами и собственно с самим миром.

Сегодня Солрэн должен был познать новый Источник этой силы. Познать, понять и принять. Иного было не дано. Слишком уж редок Источник Хаоса, чтобы его могли предоставить молодому магу для инициации.

Хаос останется лишь в глубине души.

Он сосредоточился на огне. Яростном, диком, необузданном. Отбросив боль от чужеродной пока еще силы, Солрэн начал вспоминать слова наставлений. До инициации ему объясняли, что и как нужно делать.

Объясняли. Боль, испытываемая была больше психологической, чем физической, изменениям предавалось энергетическое тело мага, но как же сложно отделить разум от этих ощущений, которые пытаются подавить все осмысленные доводы и разрушают рациональное мышление.

Наставник стоял здесь, рядом с кругом. Наверняка это Келдрин, кто еще мог быть его проводником. Солрэн направил взгляд на алое пятно впереди, пытаясь сосредоточиться на нем, рассмотреть детали. Когда он увидит наставника, слова сами всплывут в его голове.

Вот оформляется фигура. Одежда. А затем лицо…

Это не Келдрин.

Удивление на некоторое время сбивает все мысли. Мужчина, стоявший рядом с кругом, Солрэну не знаком. Парень оглядывается. Окружающая обстановка внезапно становится четкой и хорошо видимой, словно процесс инициации ему более не мешает.

Еще фигуры.

Незнакомые.

Невысокая девушка в черном плаще и такими же, как у него самого, глазами. Мужчина в доспехах паладина. Еще какие-то маги. На самом краю он замечает известного ему низкорослого толстячка и Моритаса.

Где он? Кто его инициирует? Что происходит?

Сон или, может быть, видение обрывается.

В холодном

поту Солрэн садится на край кровати. Дыхание частое и прерывистое. Глаза лихорадочно шарят по небольшой комнате. Руки дрожат. Ночь. Поместье Эвверанов. Он не проходил инициацию огня.

В его голове застыл образ проводника.

И его наставления. Теперь Солрэн точно знал, что делать и как обуздать пламя. Видение будущего? Или не случившегося прошлого?

В старинном особняке на берегу реки, несмотря на глубокую ночь, горел свет. Нынешний хозяин понятия не имел, кому принадлежало поместье до того, как на эту землю пришла империя. Генерал-губернатор Антал вообще не считал, что знание этого нюанса ему может где-то пригодиться. Будучи человеком занятым, он старался не забивать себе голову вещами, не относящимися к его прямым обязанностям. А довольно скромное время отдыха проводил либо на тренировках, чтобы сменить умственный труд физическими упражнениями, либо с близкими людьми, общение с которыми так хорошо восстанавливало душевное равновесие.

Для старого мага, похоронившего жену почти двадцать лет назад, давно вырастившего наследников, занимающихся делами рода, пока он продолжает служить империи, близкими людьми были две молодые наложницы. Девушки не только радовали мужчину своей внешностью, но и поддерживали в нем уверенность, что он еще не стар и даже полон сил. Вот и эту ночь губернатор был в приятной компании, пользуясь редким выходным днем для восполнения своих моральных и умственных сил. К тому же приятно было в очередной раз доказать самому себе, что он, несмотря на возраст, способен на многое, в том числе и оставить изнеможенными двух прекрасных нимф.

Охрана особняка, проверенные и надежные люди и маги, образцово несли службу, чем обоснованно гордились. Помимо охраны, персонала из слуг, здесь же находились двое из команды Антала.

Первым был Дориан Эшер, лорд Ночной Долины, маг Воды, Воздуха и Земли, старый друг Антала. Дориан держал небольшую, но вполне эффективную тайную службу, собранную в основном из собственных родственников. Эшеры были замкнутым родом, очень ограниченно участвовавшим в политике Империи, предпочитая действовать тихо, не мелькая на балах и приемах. Он отвечал за охрану Антала, с чем вполне успешно справлялся. С его возможностями мага, а при трех активно развивающихся аспектах Дориан был довольно-таки сильным, он мог добиться многого в военной сфере, но предпочитал подобного рода работу и из года в год доказывал, что он находится на своем месте.

Второй была Натали Карас, огненная волшебница с примесью смерти. Это была рано овдовевшая дворянка, которой пришлось передать земли наследникам мужа, рожденным до нее от предыдущей жены. Не желавшая доживать свою жизнь без пользы, молодая (что телом, что душой) огненная волшебница в лице Антала нашла покровителя, обнаружив в себе таланты управляющего. Это позволило перекинуть часть забот на девушку и больше не беспокоиться о незначительных вещах, не стоящих личного рассмотрения генерал-губернатором.