Сын Конга
Шрифт:
А затем она последовала за парнями через дыру, не обращая внимания на запах дыма и мочи Нокса, которые наполняли комнату Вира.
Её поразило, когда Торрен и Нокс вернулись в комнату, волоча массивный синий брезент и длинную веревку — она была частью этого. Её так поприветствовали. Приглашена. Член команды. Одна из них.
Мальчики молча работали, чтобы закрыть дыру, и Невада встала рядом с ней.
— Я не хотела говорить с полицией, — тихо сказала она. — Я не люблю разговаривать ни с кем, кроме парней. А теперь и с тобой.
Со
Нокс отодвинул брезент и крикнул снаружи:
— Эй, Вир, можешь проведать мистера Диддлса?
Нокс и Торрен отскочили от огненной сферы размером с мяч для гольфа, пробившей брезент.
— Его зовут, бл*ть, не мистер Диддлс! — крикнул Вир.
— Я никогда не называл его грёбаным мистером Диддлсом. Это ужасное имя! — Нокс крикнул в ответ.
Вир издал протяжный доисторический рёв, от которого сотрясся весь дом. Торрен устало вздохнул и уставился на неё, как будто спрашивая: «ты уверена, что готова к этой каше?»
Но даже несмотря на бурный конец ночи, она всё ещё была здесь, обнимала Неваду, свою новую подругу, с парнями. Метка пары всё ещё нежно покалывала на шее, поставленная недавно от её пары, мужчины, в которого она сильно влюбилась. Она теперь не ела обед из микроволновки над раковиной в своей квартире в одиночестве, опасаясь сезона тараканов.
Теперь, к лучшему или к худшему, она была частью команды.
Конечно, это была, возможно, худшая команда во всем мире… но это была её команда.
А это чертовски много значило.
Глава 11
Папин тигр был самым знакомым существом во всем мире. Он был большим, могучим, властным изгоем. Он грациозно шёл перед ней, в лесу было полно тополя и летающих жуков. Всё было так ярко и пропитано полуденным светом. Она не узнавала этот лес, но не возражала. Папа был здесь. Кендис была в безопасности.
Ее маленькая лапка погрузилась в мягкую землю в один из папиных отпечатков. Когда-нибудь она вырастет такой же большой и сильной, как он. Он остановился и посмотрел на нее через плечо.
«Я здесь, папа, держусь рядом, как ты меня и учил».
Он задыхался, но не от истощения. Здесь было жарко. И туманно… Нет. Всё задымлено. Однако золотые глаза папы были спокойны. «Давай, Малышка Кабби». (прим… уютное гнездышко, шкафчик, каморка)
«Идём, папа». Кендис прыгнула вперед, решив стать такой же большой и мощной, как он. Она потерлась своим маленьким телом о его ногу. «Я люблю тебя, папа. Я всегда буду любить тебя. Ты лучший папа. Муррр»
Он грубо лизнул её шею против шерсти, и она покачала головой, чтобы избавиться от ощущения покалывания в её мехе, прилипших волосков
Теперь запахло дымом, и
«Папа?»
«Все в порядке, — сказал его быстрый взгляд. — Они друзья».
«У нас нет друзей».
Папа шел быстрее. Она должна идти в ногу с ним. «Двигай быстрее своими ножками!»
— Ты должна быть здесь, — сказал мужчина.
Кендис резко остановилась и припала на живот. Папоротник щекотал ей живот. Она прижала уши и зашипела, потому что мужчина был страшен. Высокий. Мускулистый. Его глаза светились зеленым, а на руке сидел гигантский ворон. Он подошёл к ней, сильно прихрамывая, затем остановился и изменил свою позицию. Он сказал снова.
— Ты должна быть здесь. Ради него.
Она не поняла, но человек и ворон посмотрели влево, и когда она проследила за их взглядом, её сердце замерло.
Рядом с гигантским синим драконом стоял на четвереньках массивный серебристый дракон, высокий и гордый. Конг, отец Торрена, и Дэймон Дэй, отец Вира. И оба наблюдали за маленьким красным драконом, стоящим на земле, с подвернутыми крыльями, стреляющим потоком огня в полузрелую гориллу. Торрен. Вир. Торрен отшатнулся и взревел от боли.
«Стой, Вир! Ты делаешь ему больно!»
Вир закрыл рот, напрягся, чтобы прыгнуть, и сильно забил крыльями, пока не оказался в воздухе. Но тут Торрен встряхнулся. Бесстрашный Торрен. Конг. Хавок. Он подпрыгнул высоко в воздух и обхватил Вира руками, как раз в тот момент, когда он убрал свои крылья, чтобы снова ударить ими по воздушным потокам. Его рука была покрыта волдырями и искалечена огнем, но Торрен крепко держался, пока они валились на землю. Они сильно врезались, раскалывая землю своей мощью. Трещина в земле змеилась прямо к Кендис и остановилась прямо у её крошечных лапок.
— Остановись, иначе ты причинишь мне боль! Ты сделаешь мне больно, и я больше никогда не буду твоим другом. Я не буду твоим другом, Вир. Я не буду! — взревел Торрен.
Всё замерло, вся сцена перед ней. Торрен был неподвижен, как лед, обхватив руками замерзшего Красного Дракона. Человек с вороном не шевельнул ни мускулом. Не было слышно ни шелеста листьев, ни движения мелких лесных животных. Наступила тишина.
«Папа?»
Но когда она начала искать его, его уже не было. На его месте был белый тигр с тонкими полосками и одним голубым глазом, другим зеленым.