Чтение онлайн

– Банкугель, ты слышишь? – спросила Ниина.

Банкан уловил далекий шум сражения. И улыбнулся. Они отвлекли со стены главные силы Темных, и, похоже, Веррагарру с отрядом удалось пробиться через ворота. Если они в монастыре, то победа – вопрос времени.

– Все кончено! – крикнул он удрученному зайцу. – Драу, ты проиграл.

Даже если расправишься с нами, наши друзья все равно очистят монастырь.

– Хотя ты можешь этого не бояться, – весело добавила Ниина. – Твою грязную душонку нипочем добела не отмоешь.

Заяц исторг мученический полустон-полурык:

–

Вы погубили оракула. Разрушили даритель священных знаний. Вы хоть понимаете, что натворили?

– Еще как понимаем. – Банкан пнул выпотрошенный ящик, тот громыхнул. – И понимаем, что тебе больше не калечить ни в чем не повинный народ.

– Может, и так, но, хоть даритель знаний мертв, сами знания останутся с нами. – Драу простер лапы, указывая в глубь крипты. – Мы добудем замену всему погубленному, дай только срок. – Он посмотрел на монахов. – Братья, мы начнем заново.

Темные зашептались. Они больше не пятились – ждали, что предпримет духовный лидер. Драу перевел взгляд на Банкана и его друзей.

– Но сначала, – прошипел он, – мы должны воздать по заслугам преступным чужеземцам. А после позаботимся о жалкой деревенщине. – Колдун выпрямился. – Положа лапу на сердце, ваши чары произвели на меня впечатление.

– А ведь мы, шеф, даже не вспотели. Фигурально выражаясь, конечно, – уточнила Ниина, вспомнив, что не умеет потеть.

– Я устал. – Драу глубоко вздохнул. – Еще столько дел, столько нерешенных проблем. Трудно оценивать чужие деяния, когда устаешь до полусмерти.

– Еще труднее, когда ты и вовсе мертвец.

Сквилл, пробуя лезвие меча пальцем, одарил колдуна многообещающей улыбкой. Его усы были выгнуты коромыслом.

– Да, водяная крыса, это весьма дельное замечание, и вполне уместное. – Драу повернулся к ближайшему помощнику и прорычал:

– Выпусти Берсеркера.

– Берсеркера? – Монах отшатнулся. – Но, великий Драу…

– Выпускай, я сказал! – Драу с ненавистью посмотрел на оробевшего зайца. – Я добьюсь от него подчинения.

Заслышав стон, Банкан повернулся и увидел, как человек-кенгуру пятится к стене.

– Цилм, дружище, кто такой Берсеркер?

Однако на этот раз союзник оказался не в состоянии ответить.

Секунду спустя затрещало дерево – в коридор перед криптой, выломав дверь, вбежал неимоверный силач. Полетели щепки, посыпалась труха.

Банкан разогнал пыль и пригляделся.

На него кто-то пикировал.

– Виз!

Сверху на Банкана с довольной улыбкой на простецкой морде взирал Снуггенхатт. На широких плечах висели изувеченные брусья, доспехи были в жутких вмятинах, но сам он, похоже, не пострадал. Толстая дверь больше не мешала сражению звучать вдвое громче.

– Мы пробились! – сообщил птах, зависая у Банкана над головой. – Зайцы сдаются по всему монастырю.

Банкан обратился к властелину Темных:

– Драу, все кончено. Эта «деревенщина», которую ты презираешь, одолела твоих монстров. Облегчи свою участь, сдайся.

Заяц не выказывал ни малейшей озабоченности. Он смотрел не на Банкана, а направо,

на темную дверь в стене коридора.

– Человеческий детеныш, ты ошибаешься. Ничего не кончено. Если на то пошло, еще ничего и не начиналось. Твой незрелый ум просто не в состоянии вообразить конечный продукт тщательно просчитанной и вдохновенной генетической манипуляции. О да, ты даже не ведаешь о силе, с которой столкнешься через миг-другой. А коли так, мой долг – просветить тебя. Слушай внимательно. Потому что больше тебе ничего в жизни услышать не суждено.

Его смех напоминал гнилую медузу – был мягок, тошнотворен, ядовит.

– Когда ты будешь расчленен, я сам с великим удовольствием займусь синтезом. Из твоих останков я изготовлю нескольких безмозглых ползучих тварей, нижайших из низших. Ты будешь жить в вечной боли, ты будешь молить о смерти, ты будешь примером для всех и каждого, кто осмелится хотя бы помыслить о том, чтобы усомниться в святости и могуществе Килагурри.

Сквилл картинно высморкался в подобранный с пола лист бумаги.

– Классная речуга, шеф, но риторическая, потому как я тебе щас башку снесу.

И, сжав рукоять меча, он решительно двинулся вверх по лестнице.

Однако далекий гул заставил его остановиться.

Все растерянно и заинтересованно оглянулись на запертую дверь, от которой не отрывал глаз длинноухий чародей. Внезапно за этим сумрачным препятствием раздался пронзительный, на грани ультразвука, визг.

Банкан невольно содрогнулся. Никто не способен верещать страшнее, чем умирающий кролик.

Драу оттопырил нижнюю губу.

– Жаль. Кажется, брат Джеррат, выполняя свой долг, не проявил надлежащей расторопности.

«Это не гул, – беспокойно подумал Банкан, – это тяжелое дыхание чудовища, и оно раздается все ближе». Вспомнились не знающие покоя мехи в линчбенийской кузнице, но здешнему звуку не сопутствовали веселые, добрые искры. От него веяло невообразимой опасностью.

– Банкан?

В этот раз Ниина не исказила имя друга, что лишь подчеркивало серьезность ситуации.

А он все смотрел на темную арку, загипнотизированный чем-то таким, чему и названия не мог подобрать. Что лишь ощущал.

– Не знаю… Там кто-то большой.

Драу отважно стоял на месте, но его коллеги нервно зашептались и медленно попятились.

– Чаропевец, ты притих? В чем же дело? Ну, давай, сыграй нам мотивчик! Что-нибудь бодренькое. Или, наоборот, колыбельную. Ты еще не баюкал Берсеркера? Может, твоя музыка для этого не годится?

Он возбужденно жестикулировал, прочерчивая в воздухе угловатые спирали.

Между тем армия Веррагарра растекалась по монастырю, и звуки рукопашной стихали. Но Банкана это уже почти не радовало. Исход сражения решится здесь, на развалинах монашеской лаборатории. Мовара с Низом порхали под потолком, а Снугенхатт агрессивно расхаживал по коридору возле крипты. Цилма не было видно – человек-кенгуру предпочел сбежать. Слева и справа от Банкана стояли готовые к бою выдры, а сам он ждал, что будет дальше.