Сводник
Шрифт:
Я давно не робею перед женщинами, но сейчас передо мной не просто женщина, а королева. И я даже не решаюсь спросить, свободна ли она.
— Это мой первый магазин, — тычу пальцем в своего первенца, когда мы проезжаем мимо него на такси. — Ещё один — на проспекте в торговом центре. И новый недавно открылся возле вокзала.
— Серьёзно? Я как раз на днях заходила туда, новый телефон присматривала…
— Присмотрела?
— Да, но теперь он мне уже не нужен, — в голосе слышится
Неужели обнаружила под ёлкой не совсем то, что хотела?
— Подарили другой и не угадали с моделью? Или цвет не понравился?
Чем ещё новый телефон может не угодить?
— Нет, я не себе смотрела, а на подарок. Но теперь это уже не актуально. Так что, как говорится, “охрана, отмена”. В следующий раз, если что-то понадобится, обязательно приду и буду требовать с тебя скидку.
Медленно подходим к её подъезду. Держимся за руки — очень скользко. Её ладошка мягкая и тёплая. Отпускать не хочу. Мысленно прошу у Деда Мороза ещё хоть каплю волшебства.
— Марина, твой кот не хочет ещё раз сбежать из дома? — ляпаю, когда приходит время прощаться.
— Типун тебе на язык! Я еле пережила один его побег, — реагирует очень эмоционально. — Больше моя нервная система таких потрясений не вынесет.
— Тогда мне придётся его украсть… — озвучиваю бредовую идею. — Чтобы ты снова пошла со мной на свидание.
— Так тебе кот нужен или свидание? — смеётся. — Может, оставим Маркиза в покое? Он и так в стрессе от сегодняшних событий.
— Завтра в семь? — иду наконец ва-банк.
— Свидание в обмен на покой кота? Звучит забавно. Но я согласна.
Боже, какой бред несут два тридцатилетних человека… И это вместо того, чтобы просто договориться о встрече.
Год спустя
— Десять, девять, восемь, семь, — отсчитывает ведущий шоу последние секунды уходящего года. Присутствующие ему хором помогают.
Часы на экране телевизора бьют полночь. Зал взрывается свистом, визгами и криками “Ура!”. Музыканты на сцене играют весёлую новогоднюю песенку.
Гриша встаёт, пытается перекричать множащийся в воздухе гвалт и толкнуть первый в этом году тост. Но его не слушают. У кого-то не хватает терпения, и он не дожидается тоста, кто-то с упоением целуется или шепчет что-то своему спутнику, кто-то отвечает на поздравление по телефону.
— Да ну вас, — друг машет рукой и садится.
Мы, признаться, тоже из тех, кому не до него. В первые секунды нового года наш мир сужается до нас двоих, мы никого не видим и не слышим. Звуки теряют громкость, изображение — яркость и контраст.
Радость разрастается в груди до огромных размеров и рвётся наружу. А вместе с ней — нежность,
Лишь спустя несколько минут разрываем поцелуй и размыкаем объятия, чтобы вспомнить о празднике и сидящих рядом за столом друзьях.
Домой возвращаемся затемно. Неподалёку гремят отголоски фейерверков. Небо то и дело вспыхивает разноцветным заревом.
Наш первый Новый год вместе. Спустя несколько часов календарь наших отношений начнёт свой второй круг.
Оказавшись в квартире, торопливо раздеваемся.
— Сначала к ёлке! — командует Марина.
С вечера мы сложили туда подарки и решили открыть их, как полагается, утром нового года.
— Кто первый? — любимая спрашивает нетерпеливо.
Мне хочется поскорее заглянуть в коробочку, приготовленную для меня. Но куда больше меня интересует реакция любимой на мой подарок.
— Давай ты сначала. Открывай! — поторапливаю.
Ей тоже любопытно. Волнуюсь. Помогаю снять подарочную упаковку.
— Даже как-то жалко портить такую красоту, — Марина с сожалением наблюдает за тем, как я безжалостно рву бант и пёструю блестящую бумагу, освобождая от них подарочную коробку.
Любимая открывает крышку и достаёт оттуда ещё одну коробочку. Красный бархат и логотип известного ювелирного бренда должны натолкнуть Марину на мысль о содержимом. Она медлит. Терпение заканчивается. Забираю коробочку, открываю её и протягиваю любимой.
— Мариш, давай поженимся, — произношу то, что рвалось с языка всю ночь.
Наблюдаю за реакцией. Когда-то я даже мечтать не мог, чтобы принцесса Марина обратила на меня внимание. А теперь не могу представить свою жизнь без неё.
Она протягивает руку, оттопыривая безымянный палец, и при этом ничего не говорит. Надеваю кольцо и заглядываю в глаза. А она… плачет!
Теряюсь, не понимая, что происходит.
— Любимая, всё хорошо? — энергично кивает в ответ.
— Кирюша, я тебя тоже очень люблю, — обнимает и всхлипывает на ухо. — Теперь твоя очередь.
Я немного растерян, поскольку не понимаю, ответила ли она мне. На автомате распаковываю свою коробку и не сразу улавливаю смысл того, что лежит на дне.
Как только в голову возвращаются мысли, вытаскиваю пластмассовую штуку с окошком, в котором отчётливо видны две полосы, и неуверенно произношу:
— Это то, что я думаю? — любимая кивает и улыбается. — Вот это Дед Мороз постарался, — смеюсь, сгребая и прижимая Марину к себе. — Приколист этот дед, однозначно.
Замолкаю, чтобы полноценно переварить поступившую в мозг информацию.