Свет
Шрифт:
Она проснулась, когда рука телохранителя осторожно коснулась ее плеча.
– Алекс! – проснувшаяся девушка с неосознанно доброй пьяной улыбкой смотрела в склонившееся к ней лицо мужчины с настороженными сейчас серыми глазками и ощущала, как ее переполняет признательность. – Ты такой милый, я знаю, это ты зашпаклевал мне дверцу!
– Не зашпаклевал, а просто заменил. И не сам, а по указанию Евгении, – сказал он.
– А, ну тогда вы оба милые…
Тут Яна обернулась, припоминая, что босс должна быть рядом, но в салоне никого не оказалось.
–
Опираясь на его руку, девушка не без труда выбралась из автомобиля.
«И зачем я так напилась?» – подумала она, задерживаясь на крыльце.
– Я подышу чуть-чуть, – сказала она замершему рядом телохранителю.
Тот кивнул, но не сдвинулся с места, и они стояли какое-то время молча, пока Яна не почувствовала, что ей стало чуточку проще воспринимать окружающую реальность. Тогда она вопросительно посмотрела на Алекса и тот, правильно растолковав ее взгляд, открыл входную дверь и остановился, придерживая ее в ожидании, пока девушка зайдет внутрь.
«Телохранители похожи на собак… Может, и не все, но лучшие – несомненно. Это и есть умные, хорошо выдрессированные собаки или раньше они точно были ими… Черт, я нисколько не протрезвела», – хаотично текли мысли Яны, пока она послушно следовала за Алексом к лифту.
Глава 32. Осознание. Шаг второй.
Евгения ждала в холле минус первого этажа, уже переодевшись в обычные хлопковые майку с юбкой.
– Спасибо, Алекс, ты свободен, – сказала она, и, не дожидаясь, пока он уйдет, сразу перевела взгляд на помощника. – Тут нет корпоративов и точно не предложат выпивку. А вот хороший отвар от опьянения у меня имеется. Тебе это интересно?
Яна заставила себя перестать рассматривать стоявшую перед ней девушку и поспешно ответила:
– О, конечно. И… еще, если можно, хотелось бы переодеться во что-то более удобное.
– Да, это легко устроить. Но сначала отвар.
Девушки вошли в среднюю из трех дверей и оказались в просторной столовой. Яна не без усилия выпила почти четверть стакана горьковатого напитка, под конец совсем скривившись.
– Виски был не таким горьким? – съязвила Евгения. – Ладно, пойдем переодеваться, – мгновенно добавила босс, когда Яна обиженно посмотрела на нее.
В гардеробной Яна облегченно вздохнула, ощущая мягкость хлопкового платья и легких тканевых туфель. «Мне нужно воспользоваться моментом и помириться с ней», – эта мысль была самой здравой за вечер, и девушка про себя восхитилась чудодейственной силе отрезвляющего отвара.
– Спасибо, – сказала она, искоса посмотрев на Евгению.
Та стояла у двери, немного отвернувшись в сторону.
– За что? – удивилась Евгения.
– За лекарство, одежду и, как я надеюсь, за возможность пообщаться с тобой и, наконец, все тебе объяснить.
Яна незаметно все ближе подходила к девушке, и последнее слово проговорила, находясь всего сантиметрах в десяти от Евгении.
– Мне не нужно ничего объяснять,
– Но это нужно мне. Очень, – девушка не осмелилась снова приблизиться, но умоляюще посмотрела на Евгению.
– Ну… если ты так настаиваешь… хорошо.
Евгения почесала лоб, потом неуверенно предложила:
– На улице начинается дождь. Пойдем в кальянную?
– Ага… только, наверное, я не буду сегодня курить.
– Конечно, не будешь, – усмехнулась босс, выходя из комнаты и направляясь к лифту.
В кальянной Яна уселась на памятный по предыдущему визиту диван, а Евгения заняла кресло напротив. Помощник тут же, путаясь и повторяя по нескольку раз одно и то же, стала рассказывать свою версию их отношений с Паниным и о розе, всякий раз, когда Евгения пыталась что-то уточнить, жестом останавливая ее. Наконец, история, хоть и несколько сумбурно, была изложена, и на словах «И тут вы открыли дверь и всё не так поняли», – девушка остановилась. Босс казалась немного озадаченной, и Яна в отчаянии подумала: «Неужели она не поверила мне?» Раньше ей казалось, что стоит Евгении предоставить ей шанс все рассказать, и недоразумение тут же будет забыто. Но вид босса заставил ее сомневаться в этом.
– Это действительно вся правда. Другой нет, – беспомощно добавила девушка.
– Хорошо, – не сразу отозвалась босс.
– Ты веришь мне?
– Да… верю.
Яне удалось, наконец, поймать ее взгляд, но она по-прежнему не чувствовала того доверия, которое установилось между ними в тотвечер.
– Мне очень жаль, что я все испортила Сергею и Эле… Но это же получилось не специально, – сказала она.
Босс пожала плечами:
– До фокусов с появлением исчезнувших предметов – да.
– Ты имеешь в виду сережку, которую нашла уборщица на том месте, где раньше стоял диван? Но я была уверена, что она принадлежит Эле!
– Да, ты не могла знать.
Ольховская внимательно рассматривала свою коллекцию кальянов, и Яна решила, что уже ничего не испортит, если хотя бы выяснит всю историю до конца.
– Так чье это было украшение? – спросила девушка.
– Одной бывшей сотрудницы из бухгалтерии. Они с Сергеем часто вместе делали по вечерам отчетность, – неохотно ответила босс.
– Она была блондинкой?
– Да.
Яна потерла висок.
– Мне очень жаль, что все так вышло, – смогла лишь повторить она.
Евгения внимательно посмотрела на помощника, потом предложила:
– Если дождь закончился, хочешь прогуляться по саду?
– Хочу, – с готовностью согласилась девушка.
Они вышли во двор. В саду оказалось немного влажно, но по дорожкам, посыпанным гравием, было все так же приятно ходить.
– Тебе было непросто в этот последний месяц, так? – спросила Евгения, когда они подошли к пруду. – Я имею в виду, что все навалилось сразу: и подготовка к конкурсу, и эта… неприятная ситуация.