Чтение онлайн

— Надо выехать и помочь им! — твердо заявила Элиза.

— Но, миледи, — запротестовал Аларих, — может, это ловушка! Этой зимой воров и разбойников развелось особенно много, ибо вольные люди и беглые крестьяне, живущие в лесах, голодают.

— Я сама поднимусь в башню, — настояла Элиза. — Если это голодные нищие, их надо накормить, а если друзья или посыльные, им следует помочь.

— Но ветер усилился… — не отступал Аларих.

Элиза прервала его:

— Я закутаюсь потеплее.

Оказавшись в северной башне,

Элиза прищурилась и пристально вгляделась вдаль. По долине брели пешком три темные фигурки. Аларих заметил, что хмурая морщинка прорезала лоб его госпожи. Внезапно Элиза приказала:

— Аларих, позови пятерых стражников и прикажи седлать мою кобылу!

— Миледи…

— Аларих, поторопись! Разве ты не видишь? Это леди Гвинет, и, по-видимому, на нее напали разбойники! Ей пришлось брести пешком, по глубокому снегу, а у нее каждую минуту могут начаться роды…

Элиза поспешила назад, в спальню, потеплее оделась, чтобы уберечься от холода и снега, втайне удивляясь тому, что способна искренне тревожиться за Гвинет. Но она действительно тревожилась: вновь обретенная любовь смягчила ее сердце. О, Гвинет, как глупо она поступила, выехав из дома в такую погоду…

Аларих уже исполнил приказание Элизы; он неодобрительно нахмурился, подсаживая ее в седло.

— Аларих, не заставляй меня напоминать тебе, что я сильна, как молодая кобылица! — произнесла Элиза. — Со мной ничего не случится. Больше всего я беспокоюсь о леди Гвинет. Пусть Джинни разведет огонь и согреет воды.

Снег сразу же ослепил всадников; стражники Элизы выстроились перед ней, пытаясь защитить ее от ветра и снега, но это мало чем помогло. Элиза и вправду чувствовала себя сильной и здоровой, и если бы не беспокойство, она наслаждалась бы дорогой, как прогулкой. Оказавшись в долине, они потеряли из виду три фигурки, бредущие к поместью.

Стражники Элизы стали настаивать, чтобы она вернулась домой. Наконец и она вынуждена была признать, что совершила глупость: слишком драгоценным был ее собственный ребенок, чтобы им рисковать. Но чтобы вернуться, ей потребуется разделить стражников, а она внезапно побоялась этого сделать. Если путников не найти как можно быстрее, они замерзнут в снегу.

— Будем продолжать поиски вместе, — решила Элиза. Спустя десять минут езды они наткнулись на занесенную снегом рощицу и услышали пронзительные крики. Элиза замерла, повернула лошадь, и увидела, что их нагоняют несколько всадников. Всадники уже обнажили мечи и выпрямились в седлах, готовясь нападать.

— Миледи! — вскрикнул один из стражников Элизы, и она обернулась как раз вовремя: к ней в седло сзади готовился прыгнуть смуглый мужчина. Его кривая ухмылка повергла Элизу в панику. Она вскрикнула, но невольно дернула поводья, заставив кобылу отшатнуться, попятиться, и нападающий, промахнувшись, рухнул в снег. Элиза услышала тошнотворный хруст его костей под копытами кобылы.

Однако

она не стала беспокоиться о судьбе этого человека, он лежал не шевелясь, а Элизу окружали крики и звон оружия. Она с трудом сдерживала поводья, яркие пятна крови расплескались по чистому снегу. Трое из ее стражников погибли, однако из нападающих уцелел только один.

— Мордред! — вскрикнула Элиза, с ужасом видя, что самый молодой из ее стражников оказался спиной к заносящему боевой топор убийце. Мордред услышал ее и упал с лошади; животное взревело от боли и рухнуло на бок. Пока нападающий пытался высвободить топор из тела умирающей лошади, Мордред прикончил его, полоснув по шее мечом.

Элиза и Мордред ошеломленно взглянули друг на друга. Снег устилали трупы. Стражник Элизы и последний из нападающих упали одновременно, истекая кровью, и вскоре уже не шевелились. Лошади в страхе разбежались, на месте остались только лошадь, убитая ударом топора, и кобыла Элизы.

— Откуда они взялись? — изумленно спросил Мордред и взглянул на Элизу. — Зачем?

— Не знаю, — прошептала Элиза, и ее голос как в насмешку подхватил ветер.

— Надо поскорее вернуться домой, — пробормотал Мордред.

— Нет, прежде надо найти леди Гвинет.

— Мы замерзнем и погибнем сами, миледи.

Элизе и самой хотелось всего лишь вернуться в тепло дома. От вида трупов вокруг, завываний ветра и снега, уже запорошившего кровь, она похолодела. Она вспомнила о своем ребенке и поняла, что самое лучшее сейчас — не подвергать себя дальнейшей опасности.

Но вместе с тем она поняла, что подобным решением приговорила бы к смерти леди Гвинет и ее спутников.

— Проедем еще немного, Мордред, а потом вернемся домой.

Мордред взялся за ее стремя.

— Лошади — предатели! — внезапно пробормотал он, оглянулся через плечо и заметно вздрогнул.

— За нашими стражниками мы пошлем завтра, — тихо произнесла Элиза, — и похороним их как полагается.

— А чужаков?

— Попробуем выяснить, кто они такие и зачем напали на нас.

Несколько минут они молча пробирались по снегу. Вдруг неподалеку послышались приглушенные крики о помощи.

— Вперед! — крикнула Элиза, протянула руку Мордреду и помогла ему взобраться в седло позади себя. Еще несколько минут езды — и они наткнулись на леди Гвинет.

Она лежала в снегу, закутанная только в грубый шерстяной плащ, по-видимому, меха у нее отобрали. Ее лицо побелело, как снег, темные волосы растрепались, губы были бескровными. Старуха хлопотала вокруг, дрожа и бестолково мечась, это ее крики привлекли Элизу и Мордреда.

Элиза соскочила с седла и опустилась на колени рядом с Гвинет. На горле Гвинет еще билась жилка; положив руку на живот, Элиза обнаружила, что тот слегка подрагивает.

— Она жива, и ребенок жив!

— Что случилось? — спросил Мордред у старухи.