Свеча в буре
Шрифт:
Только войдя в зал, Йим обнаружила, что близится вечер. Помимо угасающего дневного света, проникающего через разбитые окна, помещение освещали многочисленные факелы и пылающий огонь в массивном очаге. Пламя освещало тела мужчин и женщин, насаженные на высокие деревянные колья, стоявшие по бокам длинного банкетного стола. На его конце в троноподобном кресле восседал лорд Бахл. Справа от него сидел священник, а Яун расположился в другом месте, так что место слева от Бахла пустовало. Йим была воодушевлена этим, пока не заметила, что соседний деревянный кол тоже пустует.
Остальные места за длинным столом были заняты несколькими
– Господин, – произнесла она тоном, который, как она надеялась, звучал одновременно покорно и соблазнительно.
– Встань и посмотри на меня, – приказал лорд Бахл. Когда Йим повиновалась, он улыбнулся ей, но улыбка была холодной. – Я приготовил для тебя два места за этой трапезой. Вот этот табурет, – сказал он, похлопав по нему, – и вон тот кол.
Бахл жестом указал на пустой деревянный шест. Он был шириной с ладонь, высокий и окровавленный от острия до железного гнезда, удерживающего его в вертикальном положении. Лорд Бахл указал на другое место.
– Посмотри на эту блондинку.
Йим повиновалась и посмотрела на обнаженную женщину, сидящую на ближайшем колу. Она смотрела в ответ глазами, полными муки.
– Это дело рук графа Яуна, – беззаботно сказал Бахл. – Его стиль неприличен, но он искусный мастер. Эта сучка выдержала одну ночь, и некоторые заключают пари, что она выдержит еще одну. Как вы думаете, вы сможете побить эту отметку?
– Если вашей светлости будет угодно, я попытаюсь, – ответила Йим дрожащим голосом. – Но я бы предпочла табуретку.
– Так и есть, но твое предпочтение не в счет. – Лорд Бахл взглянул на человека, сидящего рядом с ним. – Генерал Вар, ваш доклад.
Седовласый офицер поднялся и отвесил поклон.
– Милорд, я отправил отряд людей через Врата Тора. Они прошли по его длине и вернулись. Они заметили заброшенный лагерь, но без войск.
Тонкие губы Бахла сложились в ледяную улыбку.
– Это красивое платье. Нет смысла пачкать его кровью. Снимай его.
От жары в комнате и ужаса у Йим кожа стала мокрой от пота, и ей пришлось почти отдирать платье от тела, чтобы снять его. Когда она стояла обнаженная и дрожащая перед всеми мужчинами, Бахл сказал:
– Продолжайте, генерал.
– Тогда я послал шестерых человек разведать ночью на вершинах холмов. Вернулся только один. Он заметил силы, удерживающие высоту вдоль прохода. Они были многочисленны и искусно спрятаны.
Бахл обратился к своему генералу.
– Ослепите тех, кто ничего не видел, и используйте их для тренировки на мечах.
Затем он повернулся к Йим и похлопал по табурету.
– Дерзкая шлюха, разве ты не одеваешься к ужину?
Мужчины разразились хохотом, а Йим быстро надела платье. Когда она садилась, то услышала, как генерал сказал.
– Граф Яун, вы должны мне пять золотых. Вы поставили на то, что она описается.
Йим принужденно улыбнулась.
– Генерал, он заключил это пари, потому что думал, что я буду вести себя как он.
Даже лорд Бахл рассмеялся. Это побудило Йим нежно коснуться его руки, которая показалась ей неестественно холодной.
– Милорд, – прошептала она, – когда вы держали мою жизнь в
Бахл ничего не сказал, но выглядел довольным. Йим пыталась понять его. Ему нравилось пугать и унижать ее, но он смеялся, когда она издевалась над Яуном. Возможно, он похож на человека, который гордится тем, что ломает резвых коней. Йим решила быть высокомерной и терпкой со всеми, кроме Бахла. По отношению к нему она будет покорной, ласковой и боязливой. По крайней мере, боязливость не потребует актерской игры.
Йим сидела на табурете прямо, чтобы лучше показать свое тело, что было легко сделать благодаря влажному прозрачному платью. Она делала вид, что наслаждается похотливыми взглядами мужчин, но при этом часто смотрела на лорда Бахла, как бы говоря:
– Я знаю, что красива, но я только твоя.
Каждый раз, глядя на Бахла, она с готовностью ощущала потустороннее существо, которое владело им. Это был источник его холода. Сидя рядом с Бахлом в облегающем платье, Йим уже не было ни жарко, ни даже тепло. По тому, как напряглись от холода ее соски, она заметила, что мужчины, которые смотрели на них, были одеты по-зимнему.
От лорда Бахла веяло холодом, а черты его лица казались бледными, как кварц, и такими же твердыми. От него исходила мускулистая сила, не оставлявшая места для мягкости. Его глаза – настолько бледные, что их выделяли черные зрачки, – олицетворяли и холодность, и мощь. Йим хорошо разбиралась в арканной силе, заключенной в некоторых глазах, и видела, что в его взгляде есть сила. С таким взглядом Бахла было бы опасно сталкиваться.
Поглядывая на других обедающих, Йим использовала свои способности, чтобы разглядеть их внутренние качества. Большинство из них были военными. Они напоминали ей офицеров Кронина, хотя, по ее мнению, были гораздо более закаленными и безжалостными. Они были жестокими, но дисциплинированными. Йим не обнаружила среди них безумия, и это заставило ее заподозрить, что лорд Бахл избавил их от этого, сочтя рациональных офицеров более полезными. Йим без труда разоблачила графа Яуна. Он был садистом, тщеславным и трусливым. Священник был загадкой. Его лицо выглядело молодым, но серые глаза обманывали это впечатление. Другие его качества не поддавались ее восприятию. Йим быстро отвела взгляд, опасаясь, что он может обнаружить, что она его разглядывает. Позже, когда она рискнула еще раз взглянуть на него, ее смутило его подозрительное выражение лица.
Принесли еду. После того как лорд Бахл обслужил гостей, блюда и бутылки были расставлены на столе, чтобы обедающие могли сами себя обслужить. Йим проголодалась, но не стала наполнять ни свою тарелку, ни пиалу, а оставила их пустыми и смотрела на лорда Бахла, как собака, выпрашивающая у хозяина. Бахл поел немного, прежде чем признать ее взгляд.
– Ешь. Пей, – сказал он снисходительным тоном.
Йим склонила голову и взяла еду на свою тарелку и вино в свою чашу. Воспоминание об обугленной ноге заставило ее избегать любого мяса, но, к счастью, нашлось немного птицы. Озноб и ужас заставили ее проглотить первую чашу вина, но она заставила себя сделать глоток из второй. Еда и питье были хороши – обнадеживающий признак того, что лорд Бахл не отказался от всех человеческих удовольствий. А вот будет ли он искать удовольствия у нее, Йим пока не знала.