Суперпредатель
Шрифт:
Добера охватил ледяной ужас, подобного которому он никогда не испытывал. После их невероятной второй встречи, по его пониманию теории вероятности, ничего плохого случиться уже не могло. Просто не могло! Раз уж произошло одно чудо, а в чудеса он никогда прежде не верил, то все должно быть хорошо. Но эта глупая стычка со степняками и неестественная неподвижность Медянки…
Добер протянул руку и дрожащими пальцами медленно отвел волосы с лица девочки. Мимолетно заметил тонкий белый шрам, уходивший за ухо.
Медянка вздрогнула и открыла
— Что? — хрипло спросила она.
— Все.
— Хейзер?
— Жив.
— Хорошо.— Она провела рукой по лицу. — А я, кажется, отключилась.
— Ты ранена.
— Куда? — Она посмотрела на руку, пошевелила ею.— Фи-и.
К ним на заплетающихся ногах подошел Хейзер. Увидев кровь на рукаве Медянки, он дернулся:
— Ты ранена?
— Еще один умник,— устало проговорила она,— посмотри, там у меня в рюкзаке должна быть чистая тряпка.
Хейзер, порывшись в рюкзачке, выудил небольшой кусок ткани. Добер тут же выхватил ее у него из рук. Медянка здоровой рукой оторвала болтающийся рукав:
— Завязывай побыстрее, и пошли.
Обмыв рану спиртом и удостоверившись в очередной раз в выдержке девочки — та даже не поморщилась,— Добер аккуратно перевязал ей руку, утешая себя тем, что могло быть и хуже.
Медянка глотнула воды и посмотрела на Хейзера:
— Ты как?
— Нормально.
Добер счел своим долгом заявить:
— Он ухлопал степняка, который мог бы доставить мне кучу неприятностей.
У девочки поползли вверх брови:
— Ну? Хейзер, ты не так плох, как я думала!
Тот развел руками:
— А что мне оставалось делать?
— Варианты были…— Добер поднялся.— Пойдем или отдохнешь?
Медянка сделала то, что он от нее и ожидал,— поднялась и, повесив рюкзак и автомат на здоровое плечо, сказала:
— Идем! Мы и так потеряли много времени.
И они продолжили прерванный путь. Бой несколько взбодрил старика, и он шел значительно быстрее, чем утром. Но даже это не позволило им наверстать упущенное время, и к месту ночлега они добрались уже в темноте. Усталость владела всеми, поэтому никаких разговоров на этот раз не было — едва закончив ужин, они заснули.
Утром Добер отметил бледность Медянки. Рана все-таки давала о себе знать. Хейзер сочувственно косился в сторону девочки. Но ей самой, судя по всему, сочувствие было противно, лицо ее застыло в непроницаемой маске, и она первой двинулась в путь.
Расщелина между скалами, так же как и площадка с белым песком и предупреждающими сооружениями на этот раз не произвели на нее никакого впечатления. Она бросила Хейзеру через плечо:
— Приготовься! И никаких резких движений!
Потом посмотрела на Добера, и ему показалось, что она приглашает его вспомнить, как они вдвоем пришли сюда в прошлый раз. Они миновали границу Долины Покоя. Из-за скал раздался предупреждающий вой. Старик было притормозил, но Добер не заметил на его лице ни малейших признаков испуга. Медянка,
Скалы Долины Покоя приближались. Добер по привычке поднял глаза на острый гребень скалы. Медянка просто показала на него Хейзеру. Появилось и стало приближаться белесое отвратительное существо. Они остановились. Старик внимательно разглядывал то, что летело к ним, а Медянка тихо сказала Доберу:
— А если идти? Не бежать, а просто идти?
— Не знаю, не пробовал,— ответил он и на всякий случай взял ее за руку.— Но не советую!
— Ты же говорил, что они реагируют на бегство и на применение оружия?
— Ходить я не пробовал!
Белесое существо спикировало на них, затем отвернуло в сторону и скрылось за скалами.
— Интересно,— пробормотал Хейзер.
Они дошли до россыпи костей. Медянка переглянулась с Добером и подняла голову.
— Вон он,— сказала она.
Добер тоже увидел зубастого и мохнатого. До чудовища было еще далеко, и рассмотреть его в деталях было невозможно.
— Кто? — немедленно осведомился Хейзер.
— Еще один,— сказала девочка.— Подойдем, сам увидишь.
Она вела себя так, словно ей все было здесь давно знакомо. Мало-помалу это ощущение стало передаваться и Доберу. Прежде он считал, что опасность может появиться в любой момент. Но теперь окончательно сообразил, что ее не будет, если они сами не наделают ошибок. Добер подумал, что без Медянки он ни за что бы не пришел к подобному выводу и продолжал бы всего бояться в Долине и осторожничать.
Они приблизились к мохнатому существу. Перестав покачивать лапой, оно спрыгнуло вниз и очутилось на том самом камне, где и всегда. Медянка прошла мимо, даже не оглянувшись. Старик рассматривал существо так пристально, что Доберу пришлось подталкивать его в спину.
— Очень интересно,— сказал Хейзер, когда существо осталось позади. Девочка тем временем указала Доберу на приметный куст:
— Полезли на камни?
— Быстро ты освоилась,— не удержался он.
Девочка пожала плечами.
Когда они миновали участок с подземной ловушкой, Хейзер пожелал узнать, что там было. Медянка молча обернулась и бросила вниз на землю камень. Образовалась яма, мелькнули щупальца. Потом поверхность выровнялась. Старик удовлетворенно улыбнулся. Добер, глядя на него, никак не мог отделаться от впечатления, что все происходящее ему очень нравится.
В воздухе начала появляться голубоватая дымка. Еще через несколько шагов они наткнулись на зловонную груду чьих-то останков. Медянка в который раз покосилась на Добера.
— Этот — самый противный,— сказала девочка, и он ее понял. Тот, о ком велась речь, смутно просматривался впереди. На первый взгляд могло показаться, что это всего-навсего груда камней. Но вот эта груда начала шевелиться и подниматься, увеличиваясь в размерах.
— Стоп! — скомандовал Добер.
— Двинулось.— Медянка всматривалась в туманную дымку.