Суперhero
Шрифт:
– Ложь, - спокойно сказал Артур и достал из кармана телефон, разблокировал экран, вошел в галерею, и запустив видео, кинул смартфон на капот.
Тимербулатов скосил взгляд на экран.
– То есть так...
– ухмыльнулся он и взял телефон в руки. Выключив запись, он снова посмотрел на Артура, на этот раз усмешки и превосходства не было. Но и страха тоже.
– Я виноват. Я признаю. Давай тогда договариваться. Сколько?
Артур играл желваками и сжимал кулаки. Ему хотелось перемахнуть через капот и дать волю пылающему в груди гневу.
– Ты пойми, я не хотел, чтобы так вышло.
– Моя мать тоже случайно? Споткнулась и в петлю?
– Твоя мать? О чем ты?
– Ты знаешь.
– Не знаю и знать не хочу.
– Я думал мы говорим по-пацански, начистоту.
Татарин удивленно качнул головой, приподнял руку с телефоном и кивнув в сторону мобильника спросил:
– Что, тоже видео есть?
Артур не ответил, лишь продолжил буравить взглядом собеседника.
– Разговора не получится, да?
– Тимербулатов кинул телефон обратно на капот.
– Ну, раз по-мужски разговариваем, по-пацански, говори сразу зачем приехал.
Тимербулатов достал из-за пояса спины пистолет, держал его в опущенной руке.
– Простого разговора ведь не будет? Чего от меня хочешь?
– Много говоришь.
– Артур сделал шаг вперед.
– Значит нервничаешь, или боишься.
В ответ на действия Артура, Тимербулатов снял пистолет с предохранителя.
– Не дури. Стой на месте.
– Татарин вытянулся по струнке.
В том, что он умел стрелять. у Артура не было никаких сомнений. Их разделяло метра три. Артур не опускал взгляд на оружие и продолжал смотреть в глаза Тимербулатову.
Артур сделал шаг на встречу. Дуло пистолета сразу же уставилось ему в голову. Артур медленно и осторожно поднял руки вверх, согнув их в локтях.
Он понимал, что сейчас все может для него закончиться. Он не боялся. Он не чувствовал острой тяги к жизни в этот момент. Его дух был собран. Ни один мускул на лице не дрогнул. Даже если он сегодня умрет, его некому будет оплакивать. Пора.
Ножницы. Две его руки мгновенно с силой промчались друг к другу и ударили по запястью и кисти руки с пистолетом. Удар был такой силы, что пистолет сразу выбило, а в руке послышался хруст. Тимербулатов не успел даже схватиться за свою руку, как Артур стал наносить мощные удары слева и справа, раскручивая Солнышко Дэмпси.
Серия ударов закончилась жестким падением Тимербулатова. Он был в отключке. Артур присел, и, нависая над татарином, похлопал его по щекам, приводя в чувство.
– Ну уж нет, ублюдок, ты так легко не отделаешься.
Артур поднял парня за грудки, мощным толчком пригвоздил его к стене и пробил ему серию ударов в корпус по печени и ребрам. Тимербулатов от полученных ударов согнулся пополам схаркивая кровью. По его лицу струйкой стекала кровь, пиджак порван, сквозь так же рваную рубашку сочилась через расползающиеся багровые пятна кровь. Артур сгруппировался и выдал мощный апперкот. Голова Тимербулатова вздернулась вверх, ударилась затылком о стену и он обмякнув упал на землю.
– Это тебе за мою сестру.
– Артур оглянулся, нашел взглядом пистолет, поднял его, и вернулся к лежащему Тимербулатову. - А это за мою мать.
Он поднял дуло пистолета.
Лежащий в крови Тимербулатов показался ему жалким. Наступил определяющий момент.
Оцепенение
Тимербулатов в это время перевернулся на спину раскинув в сторону обе руки.
– Стреляй...
– он прокашлялся отхаркивая кровь.
– ... пока можешь...
Артур передернул затвор, пытаясь глубокими вдохами унять колотящееся в груди сердце.
– Ты уже труп.
– Татарин смотрел на него прищуренным от боли взглядом.
В ушах стучало и звенело. Лицо пылало. С руки держащей пистолет каплями скатывалась и капала вниз кровь. Артур внезапно осознал, что он не может. Он не убийца. Он попытался собраться, набраться злости, смелости. Но гнев ушел, оставив опустошение внутри него. Его по-прежнему колотило от одной мысли только от того, что эта мразь убила его сестру, а затем расправилась с его матерью. Возможно не лично, но по приказу. А он стоит сейчас здесь и он трусит. Но он не мог.
– Кишка тонка, - с хрипом усмехнулся Тимербулатов.
– Бэтмен недоделанный...
– ААААААААААААААААА!!!
– с громким ревущим криком, Артур бешено жал на курок, пока затвор не встал на затворную задержку.
Артур кинул пистолет с дымящимся стволом себе под ноги и пнул его в сторону Тимербулатова. Тот лежал с зажмуренными глазами с растекшейся между ног лужей мочи. Лицо татарина было усыпано ошметками стены, куда Артур высадил всю обойму.
Развернувшись, Артур вернулся к серебристому седану, открыл багажник и достал оттуда тело Леонида, который ошалело моргал, и вдруг увидев лежащего на земле Тимербулатова закричал сквозь воткнутую в рот тряпку.
– Да заткнись ты!
– Артур прижал тело следователя к машине, затем развязал ему ноги, а затем руки. Леонид, обретя свободу сразу сделал несколько быстрых шагов в сторону от машины, и ошалело переводил взгляд от Артура к лежащему Тимербулатову, после чего подошел и склонился над последним. Татарин схватился за плечо Леонида, который без штанов, в трусах пытался оказать какую-то помощь Тимербулатову.
Артур сел за руль "немца", и дал по газам. Он гнал машину не различая знаков. Голова была как в тумане. Он вдруг начал осознавать, что все это было зря, и что это конец. Все это было глупо. Он струсил и не смог. Не хватило духа. Тварь он дрожащая. Теперь его найдут и посадят. Отнимут у него жизнь и свободу. Сколько он сегодня натворил? Лет на десять хватит. Ни карьеры ему теперь. Ничего... Ему внезапно стало себя жалко. Глаза налились слезами. Он почувствовал какую-то апатию ко всему. Тяжелым комом внутри быстро скапливалась вина перед матерью и сестрой.
– Простите, - всхлипнул он, сжимая руль и проносясь на перекрестке на красный свет.
– Простите, я не смог отомстить за вас...
Шмыгнув носом, Артур вошел в крутой поворот и утопил педаль газа в пол. Мотор взревел и его вжало в спинку кресла.
Стрелка спидометра ушла далеко за сто. Перед его мыслями всплыла улыбающаяся сестра.
Парень резко дал по тормозам. Оставляя огромный черный шлейф и дым от покрышек, Артур затормозил и полностью остановил машину. А если кто-нибудь выскочит на дорогу и он так же как и Тимербулатов станет виновником чьей-то смерти?