Супчик от всех бед

Renate Welsh: Dr. Chicken Soup © Wien G&G Verlagsgesellschaft mbH, 2011

– Мам, мне нужно два евро.

– Опять? На что?

– В школе сказали принести. К нам придет какая-то тетенька, будет что-то читать…

– Зачем? Вы что, сами читать не умеете?

– Конечно,

умеем! Но два евро сдать нужно. И вообще – я опаздываю.

– У меня денег нет.

Мама отвернулась. Юлия поплелась за ней в ванную.

– Мам, учительница просила…

Сквозь пену зубной пасты мама прошепелявила:

– Я же шкажала: женег нет…

Когда она сплевывала пену, маленький белый пузырек приземлился ей на блузку. Мама попыталась его смахнуть, но только размазала. Получилось пятно.

– Ну вот! Теперь и я опаздываю!

Юлия схватила рюкзак и, не прощаясь, выскочила на лестницу. Дверь за ее спиной захлопнулась, лязгнул замок.

Черт!

Фрау Крониг, старавшаяся впихнуть пакет с мусором в переполненный бак, услышав шаги, обернулась и поглядела на Юлию.

– Ты как будто сегодня не в духе?

– Мне два евро в школе нужно сдать, а у мамы мелочи нет…

– Главное, что у нее деньги покрупнее есть, – и фрау Крониг сунула руку в карман передника.

Юлия с облегчением поблагодарила соседку и пообещала:

– Я завтра верну.

Фрау Крониг кивнула.

– Ладно-ладно. Поторапливайся, а то без десяти уже!

Юлия бежала всю дорогу до школы, на лестнице обогнала учительницу и в классе еще долго не могла отдышаться. Откуда же взять два евро к завтрашнему дню?

Учительница стала собирать деньги. Тим поднял руку:

– Я дома забыл.

Наверное, правда забыл: для его-то мамы два евро точно не проблема.

– Понятно… Тим у нас как всегда. Хорошо еще, что голова у тебя к плечам приделана, а то бы ты и ее дома оставил.

– Это у нас семейное, – усмехнулся Тим. Он может такое себе позволить. Стоит ему ухмыльнуться, в улыбке расплывается даже завхоз. Никому и в голову не приходит сказать Тиму: «Ну-ка убери эту дурную улыбочку!» А всё потому, что он такой хорошенький нахаленок с красивыми темными кудрями…

Мама вернулась домой только к вечеру. Взгляд Юлии случайно упал на ее ногти: синий лак с белыми цветочками.

– Что ты так на меня уставилась?

В ушах зашумело, в животе закопошилась злоба. Юлия молчала.

«„У меня денег нет“, – говорила мама утром. А на цветочки на ногтях откуда-то нашлись!»

Мама обеими руками оперлась о стол. В лаке на ногтях заиграл свет.

– Послушай-ка меня… Я перед тобой отчитываться не обязана. Ясно?

Кухня медленно закружилась. Юлия повернула голову, мамино отражение в кране над раковиной стало расплываться.

– Долго мне ждать ответа?

Но разве могла Юлия ответить?

Казалось, стоит раскрыть рот, из него хлынет жуткий поток – она боялась саму себя.

Мама поджала губы.

Она сказала, что вообще-то не собиралась делать маникюр, это как-то случайно вышло. В конце концов, есть же у нее право иногда немножко побаловать себя или нет? Ведь когда сидишь на кассе, все смотрят тебе на руки, так что сидеть там с обломанными ногтями – просто невыносимо.

– Знаешь, когда я в последний раз себе хотя бы футболку новую покупала?

Мама зашагала по комнате, а потом вдруг резко остановилась, взяла Юлию за плечи и слегка встряхнула:

– Это ужасно несправедливо!

– Ты сказала, у тебя нет денег, – прошептала Юлия.

– Господи боже мой! Это ж не значит, что нет ни цента! Просто выражение такое!

– Да.

Ноздри у Юлии затрепетали. Выражение. Это что, еще одно название для вранья? Говоришь одно, а имеешь в виду совсем другое.

– Нечего мне так дакать!

Юлия кивнула. Мама шагнула к окну, побарабанила по стеклу – звук получился как от града. Потом вдруг снова подошла к Юлии, прижала ее к себе и тут же опять отвернулась, стала собирать крошки со стола.

– Тебя в школе из-за денег ругали?

– Мне фрау Крониг два евро одолжила.

– Ты что, попрошайничала?

– Вовсе я не попрошайничала… Она спросила, что случилось, я сказала, что у тебя мелочи нет. Тогда она дала мне два евро, а я обещала завтра вернуть.

Мама засмеялась было, но смех тут же замер.

– И откуда ты думала взять эти деньги?

– Не знаю.

Мама порылась в сумке, выудила оттуда кошелек и отсчитала Юлии в руку два евро мелкими монетками.

– Просто момент неподходящий, тем более с утра. Утро вообще не лучшее для меня время.

– Вечером я об этом не подумала, – ответила Юлия.

Они уютно сидели перед телевизором, когда задребезжал звонок.

На пороге стояла бабушка.

– Ты почему трубку не берешь? – вместо приветствия спросила она.

– Потому что деньги на телефоне закончились.

– Я же совсем недавно тебе карточку для оплаты приносила, – нахмурилась бабушка. – Я уж подумала, у вас тут бог знает что стряслось!

– Недель шесть назад, не меньше, – попыталась оправдаться мама.

– Ну ты бы хоть сказала!

Бабушка сняла пальто, аккуратно повесила его на вешалку и разгладила складки руками.

– Тебе чай или кофе? – спросила мама.

Бабушка выбрала чай – «только, пожалуйста, не такой крепкий, как в прошлый раз». Мама достала покупной пирог. Ноздри у бабушки сузились.

– Просто понять не могу, почему ты не печешь сама! Это вполовину дешевле выходит, и точно знаешь, что там внутри. Я за всю жизнь ни одного пирога не купила! Всегда сама пекла – даже когда сменами работала.